Страница 66 из 74
В свете последних угроз, в частности подрывной деятельности на наших гражданских подводных объектах, решено было усилить подготовку соответствующих боевых подразделений. Не исключалась и возможность контрдействий, раз уж с недавних пор добрососедские отношения и даже прямая выгода для европейских соседей пустой звук. Фаттахов и сам считал, что в первую очередь должны видеть твою силу – духа, намерений, оружия. Уважение всегда начинается с признания если не превосходства, то равных возможностей. А значит всегда будь готов демонстрировать их в случае необходимости.
Самое современное боевое оснащение, как и качество подготовки потребовало финансовых вливаний, средства были выделены и для Калининградской базы. Судя по их объему, учебный полигон боевых пловцов на Балтике должен был стать основным, базовым местом подготовки, и курс был рассчитан на полгода. Затопленные подземные этажи старого Кенигсберга и морской полигон со множеством затонувших кораблей и судов решили оснастить самой современной электроникой и не только.
Это и был его участок работы – обеспечить самый высокий уровень эффективности полигона.
Несмотря на то, что он был в запасе, с самого начала ребята стали звать его по званию – товарищ майор. Находясь в этом звании, он получил тяжелое ранение, а после лечения был переведен на другую должность. А дальше, лучше узнав одну из его личностных особенностей, начальство предложило ему должность в Купавне, на засекреченном объекте с гражданскими подчиненными. И подписывать следующий свой контракт он не стал. Тогда это устроило всех, его в том числе – военная служба включала в себя отдельные понятия, отвлекающие от основных его обязанностей теперь.
Так и стал он опять майором. В силу необходимости здесь принято было обращаться друг к другу коротко, как можно короче, а его имя-отчество... Не по понятиям - как минимум.
Контингент, с которым он сейчас работал, был чисто мужским. И первое время Сергей неделями не покидал расположения, вникая в задачу, потому что – сроки… Здесь были не те конкретные, но почти творческие по сути своей задачи, которые ставились компьютерщикам. Тут имело место жесткое планирование, так же жестко привязанное к финансированию. Так что первый раз он взял выходной и вышел в город через полтора месяца после приезда в Калининград.
Зимой город был не так красив, зато сквозь прозрачные силуэты деревьев можно было рассмотреть старинные сооружения в малейших подробностях, чем он и занялся. Ходил, смотрел, вспоминал… Пару раз заходил перекусить в знакомые места.
Первый раз – в ресторан-пивоварню, где взял местное пиво, а под него треску в пивном кляре. Потом соблазнился названием «улов дня» и здесь тоже не прогадал, а на десерт попробовал вареники с вишней.
С площади Победы своим ходом добрался до острова Канта или Кнайпхофа – печального, но красивого напоминания о прусском Кенигсберге. Здесь во время ВОВ невероятно плотная застройка – город в городе, была полностью уничтожена и теперь увидеть, как выглядел когда-то остров, можно было только с помощью больших фотографий, расставленных по парку.
Сергей помнил его зеленым и уютным, но и сейчас отсюда открывались красивые виды на биржу, Кафедральный собор, Рыбную деревню и синагогу. Помнилось, что с наступлением темноты собор красиво подсвечивается. Он дождался этого, а потом рискнул отправиться в «Штайндамм», запомнившийся своей исторической атмосферой и изысканностью. Повезло – то ли по причине буднего дня, то ли зимнего времени – свободный столик нашелся, хотя в ресторане было довольно людно.
И здесь были женщины. Они обращали внимание на одинокого, дорого и со вкусом одетого мужчину с безукоризненными манерами и приятной внешностью. Проголодавшийся, он не особо разглядывал посетителей заведения и все-таки иногда ловил и просто заинтересованные, и откровенно призывные взгляды представительниц прекрасного пола.
Уставший и хорошо отдохнувший в этот день не так телом, как душой, Сергей быстро уснул той ночью.
Когда он уезжал из Купавны, как-то не было мыслей о том, чтобы найти здесь кого-нибудь для привычно-необременительных отношений. Он вообще не думал об этом – не до того было. Но в силу привычки и помня свое затмение разума возле Саши, когда всерьез казалось – скоро станет все равно уже – с кем… Совсем такого варианта он, наверное, не отрицал. Не задумывался об этом специально и уж точно не планировал, но, наверное, все-таки не исключал его. У него не было ни малейших обязательств перед Сашей - она фактически отказала ему, и он оставался свободным мужчиной с естественными мужскими потребностями. А желающие удовлетворить их обязательно нашлись бы, судя по откровенным взглядам в его сторону.
Но оказалось, что свободен он не абсолютно. Это уже было не по-мужски сложно - что-то из разряда высоких материй, поэтому мысль Сергей в тот вечер так и не додумал – уснул.
Потом было еще много одиноких ночей, когда он валился без сил или засыпал спокойно и в хорошем настроении после вечера отдыха с новыми друзьями. Уставшие за день мужики травили анекдоты, вспоминали интересные случаи из жизни и службы, резались в шахматы, обсуждали свою работу сейчас и международную обстановку – все, как должно.
И оказалось – у него до черта много времени «для обдумать» эти немужские сложности и тонкости его отношения к Саше.
Он уезжал с немного неправильной обидой и с правильной мыслью – да кто он такой, чтобы рушить в ней то, что и сам считал в глубине души правильным? Только так и должна вести себя любящая женщина – верить, ждать и не предавать, даже если вдруг соблазны… А он был для нее настоящим соблазном – чувствовал это, как и то, что мучает этим Сашу.
Правильная девочка. Иногда до изжоги и скрипа зубовного правильная – нельзя же так! Совсем похоронить себя в прошлом и жить с комплексом мученицы. Или только так и нужно? В любом случае, решать ей – и она решила.
Саша часто снилась ему такой, как увидел ее первый раз – с напряженно-деловым выражением лица, решительным и смертельно уставшим в то же время. Тогда и включился впервые его инстинкт наседки по отношению к ней – пока безобидный. Он помог ей в том, с чем с ребенком на руках она точно не справилась бы. За мальчиком присмотрели.
Из всего того, что выяснил о ней психолог, его закономерно интересовали ее проблемы и трудности. Исключив их, он максимально освободил бы ее для собственно работы. Трудности были, но тогда он счел их несущественными и устранимыми. Да уж… не представляя, что когда-нибудь они встанут между ними настоящей стеной.
- Александра недостаточно коммуникабельна и это недавно приобретенная особенность, результат случившегося с ее мужем несчастья. Она хорошо относится к людям, но не ждет от них и не ищет в них помощи. Надеется только на себя и свои силы.
- А причина? – удивился тогда Фаттахов.
- Разочарование? В безвыходный для нее период. Последние сроки беременности, потом младенец на руках, а значит руки связаны. Переживая за мужа, она не имела возможности ничего сделать для его поисков. Ее убедили делегировать это полномочие волонтерам и полиции, и она вынуждена была принять это и просто сидеть, и ждать новостей…
Глава 43
М-да… и он тоже потом обещал ей помощь от ФСБ. И тоже обещания своего получается не выполнил.
И еще была у Саши одна особенность – отдаваться без остатка работе и воспитанию сына. Так, будто от этого зависела жизнь всего мира. Кто-то спокойно и даже результативно работал, исполняя обязанности – Саша горела ею. А от ее лютой материнской любви – действительно – Вовку иногда хотелось защитить. Хотя что он мог знать об этом, не испытав на себе. Когда свое, плоть от плоти твоей... да и, собственно, все, что у нее есть – Вовка.