Страница 20 из 78
— Мы с ним… работаем над этим, Ваше Величество.
— Точно? А может ему интересней заниматься кутежами по Владимирским кабакам? Слухами улицы полнятся, и далеко не все из них ласкают мой слух.
— …
— Ладно, не будем о плохом. Лучше расскажите, как учится ваша дочь, Маша? Она вроде на втором курсе, не ошибаюсь?
Наутро меня встретила совершенно нездоровая атмосфера уныния и подозрительности. Мало того, что ГАРМ затянуло плотным туманом, и противоположное здание в окнах еле просматривалось, так еще и курсанты, едва покинув комнаты, разговаривали полушепотом и постоянно оглядывались. Коридоры двух этажей внизу напоминали настоящее поле боя, а комендант Шев за ночь, казалось, постарел лет на десять.
— Они к нам наведывались еще раза три за ночь, — бурчал он, сгребая выбитые доски. — Одного, слава богу вернули, а троих забрали. Черт те что! Сколько в ГАРМе работаю, такого безобразия давно не видел! Еще этот запах! Его теперь, поди, и в век не вытравишь!
И в подтверждение своих слов он громко чихнул. Розами в общаге пахло и вправду люто. Половина девчонок бегала, зажав ноздри, а другая половина откуда-то достала противогазы.
Картина просто фееричная. Вообще характерная деталь, что курсанты даже с золотыми поясами боятся инквизицию куда больше нексов.
— То есть как забрали⁈
— А вот так, молодой человек! — ответила престарелая медсестра, обозрев меня единственным зрячим глазом. — Приехало его сиятельство и забрала эту вашу настырную мадаму!
Да как так? Я пропускаю драгоценную тренировку и только ради того, чтобы мне дали отворот поворот!
— Что за сиятельство? Князь?
— Может, и князь, но а я откуда знаю? Да и вообще, некогда мне с вами разговаривать. Сейчас не приемные часы!
Дверь медпункта захлопнулась прямо у меня перед носом.
Дела… Семидесятилетний дедушка оказался куда более прытким, чем его восемнадцатилетний внук. Бедная Настя! Если князь Саблин умудрился вытащить внучку из ГАРМа, значит, он серьезно настроен задушить ее в объятиях, и сны Циклопа были недалеки от истины.
Время поджимало, телефона у сестры не было, а ходить вокруг медпункта больше не имело никакого смысла.
Я обернулся и тут уставился в глаза Кудряша.
— Уже знаешь? — спросил я Болконского-младшего.
— Угу, увезли ее еще вчера вечером. Я как раз заходил проведать… Кстати, я поговорил с отцом, и он не прочь возобновить отношения с вашим родом. Если столкуемся о цене.
— Я скажу своему управляющему. Давай контакты.
Обсуждая детали будущего сотрудничества, мы было отправился в погоню за столовкой, но тут откуда ни возьмись передо мной появилась знакомая цветастая тачка.
— Рэй тут и готов служить! — высунулся наружу патлатый водила. — Куда подбросить, ваше благородие?
Мы с Кудряшом с радостью прыгнули к моему новоявленному подданному, и снова окунулись в жизнь обычных — или почти обычных — курсантов ГАРМа.
За одним исключением…
…следующие несколько дней прошли под мрачной тенью Молота Нексуса, который сунул свою лапу буквально в каждую щель. Занятия постоянно срывались, преподы пропадали, а курсантам приходилось как-то учиться самостоятельно, а еще мотаться на «опросы» в башню Янковского. Даже столовка приходила на полчаса позже, а каждый раз нас обслуживали разные повара. Прежний питательный рацион тоже приказал долго жить.
Утром четвертого дня мы с друзьями расположились за столами, и едва я притронулся к своей порции, как в углу вагона зазвонил телефон.
— Да какого… — пискнула девчонка со второго курса, в кармане которой раздался роковой звонок. — Алло… Сейчас? Хорошо…
Она поднялась со стула и, бросив свой поднос на столе, поплелась к выходу.
— Ага, говорил же, что первой вызовут именно ее! — раздался довольный голос Ярослава. — Ал, с тебя червонец!
— Да блин…
Динь! — и червонец укатился в подставленные ладони Ярослава.
Начинался с недавних пор обычный утренний ритуал вызова на «опрос», и дергали нас так часто, что кое-кто уже начал делать ставки.
Может это и перебор, но первый страх прошел, и мы как могли адаптировались. Некоторым игра в жертв инквизиции уже приносила мазохистское удовольствие. Хотя к чему волноваться, если инквизиторы уже перебрали почти всех, а то и по нескольку раз?
— Помянем, — кивнул Тимур, и мы с ним чокнулись стаканами с компотом.
Спустя две минуты раздался новый звонок, и на это раз ожил и аппарат в кармане у Тимура.
— Во, Тимурка второй! Ал, давай еще червонец!
— Сука, предсказатель хренов!
Звякнувшая монетка снова пропала в ловких руках Ярослава.
— Блин, я же первокурсник, блин! — зашипел Тимур и ответил на звонок. — Алло… Доесть кашу-то можно? Хорошо, щас приду… Подстава! Даже доесть не дали!
— Бить будут? — спросил я друга, который направлялся к выходу.
— А хрен знает! Говорят, есть ко мне пара вопросов. Еще не хватало, чтобы зацепились за какую-то херню. Блин, уже начинаю жалеть, что мы выкуривали этих мудаков из той шахты!
— Да брось, ничего тебе не сделают. У них работа такая — действовать героям на нервы. Ни пуха!
— Смейся-смейся, — хмыкнул он, встав с места. — Все там будем!
Не успел Тимур уйти, как на его место плюхнулась Вика.
— Как твой экзамен? — спросил я.
— Ужасно! — воскликнула она. — Мало того, что препод оказался нексопоклонником, так он еще меня и чуть не завалил, падла!
— Серьезно? Ты же вроде умная?
— Ага! Умная-то умная, а вот препод с приветом. Поймал на какой-то мелочи, и все! Думала, мне крышка, но он кое-как согласился поставить мне четверку, раз в зачетке порядок. Не успела я обрадоваться, как ворвались инквизиторы и утащили его из аудитории! Не могли подождать минуту, пока он поставит свою закорючку, блин!
— Да тихо ты, — смутился Ваня. — А то…
— Блин, я этого препода некс знает сколько ждала, а теперь…
— Да не кипишуй, — махнул рукой Ярослав, сидевший за соседним столом. — Моего препода тоже взяли под белые ручки. Но в администрации сказали, что всем курсантам, у кого из-за ночных репрессий пропали преподы, поставят зачет автоматом.
— Так-то не зачет, дурень, а экзамен! Его никакими репрессиями не закроешь! Блин, вот невезуха-то…
Тут сзади нас с грохотом распахнулись двери, и в столовку ввалилась толпа изрядно помятых бледных людей.
— Дайте кофе! Дайте поесть! — заголосили оголодавшие жертвы Молота Нексуса, оккупировав раздачу. — Запеканка еще осталась?
— Опа! — воскликнул Ярослав. — Вика, гляди, твой препод!
У Вики нервно дернулась щека:
— Иннокентий Кондратьевич! Как? Вы же…
Нарыв в кармане зачетку, она подскочила на месте и пропала в толпе.
— Походу, выпустили тех, кого взяли лишком, — заметил Ярослав. — Бывает. Ала тоже чуть не замели той ночью, но оказалось, что ошиблись этажом.
Альберт тут же покраснел и пропал в кружке с чаем. У меня же в кармане зазвонил телефон. Та-а-а-к…
Неизвестный номер? Похоже, инквизиция решила взяться и за меня! Ко мне с ухмылкой тут же повернулся Ярослав, а Альберт, что-то бурча себе под нос, снова достал кошелек.
— Алло… — сказал я в трубку, а мне в ответ зашептали:
— Женя! Прости, что не позвонила раньше. Я у дедушки в усадьбе, у меня всего пара минут.
От облегчения я аж откинулся на спинку стула. Следующие несколько минут мне пришлось слушать жалобы Насти относительно того, как она хочет в рейд к Монолитам, и что пребывание рядом с ворчливым стариком страшно тяготит ее.