"МАМА"

Его глаза, черные как ночь сверкнули злобой. За его спиной стоял молодой очень красивый римлянин в короткой белой расшитой узорами из золотых нитей богатой тоге с широким поясом с золоченой пряжкой.

С открытыми, почти целиком стройными голыми ногами в золоченых сандалиях на золотых пряжках, застегнутых на его красивых лодыжках ног и икрах.

Он смотрел на Миллемида синими, как небо широко открытыми обворожительной красоты глазами на миловидном мужском, как и у Миллемида прямоносом утонченном лице. Русоволосый с вьющимися кудрями на голове. На руках его были такие же, как у Миллемида изумрудные перстни. Наряд его был куда более богат, чем у простых римлян и всего здешнего плебса. Более походил на наряд из дворцовой знати. Тога трабея из пурпурной материи с золотыми полосами. Поистине царский наряд.

- Я ждал своего убийцу - произнес светловолосый молодой римлянин - Но не думал, что им будешь ты.

Миллемид молчал, только смотрел на своего врага черными, наполненными злобою глазами. Он стоял напротив Зильземира, расправив за спиной огненные яркие из астрального ослепительного света большие крылья. Его одежда вся светилась, и на ней двигались звезды и галактики.

Миллемид молчал. Он смотрел глазами полными не только злобы, но еще и какой-то обиды на своего противника, которого долго искал, как и другие ангелы.

- Хорошо устроился - произнес, вдруг неожиданно, сдавленным злобным голосом Миллемид – Соседи не беспокоят? Вы тут друг другу не мешаете? Или тебе их совсем не жалко? Не похоже это на Зильземира.

- Они просто крепко спят – ответил спокойно и не громко Зильземир - До твоего появления они все бодрствовали. И я им не мешал. Я был рядом, но они меня и не чувствовали. Сейчас просто спят и все. Зачем им видеть нас и слышать все, что ты мне сейчас наговоришь.

- Вот как! До этого не видели и не слышали, а теперь все услышат и увидят! - произнес, как бы удивленно, все тем же голосом Миллемид – Приятно слышать. Ты способен никого здесь ни беспокоить. Чего не скажешь о Небесах.

- Да, это возможно - произнес Зильземир – Ты вторгся в мой предел. И нарушил состояние моей земной тайной обители.

Миллемид сделал несколько шагов в сторону противника.

- Живешь у них на подселении – он снвоа произнес другому ангелу – Проще говоря, на шее.

- Нет, я их ни сколько не беспокою. И они меня – произнес все тем же тихим, сдержанным и спокойным голосом Зильземир – Просто живу с ними рядом.

Миллемид подошел еще ближе, но Зильземир даже не отступил.

Миллемид всмотрелся своими черными, светящимися светом мести, наполненными гнева глазами в синие как ясное дневное небо глаза Зильземира. Глаза, наполненные невинности и доброты. Их томный взгляд с горящим изнутри ярким светом пронзил снова небесной любовью наполненный обидой и злобой взор Миллемида. Он осмотрел противника с довольно красивых оголенных, почти целиком мужских стройных ног в золоченых сандалиях с золотыми пряжками. До довольно красивого молодого лица этого внимательно смотрящего на Миллемида своими синими, как океан глазами мужчины.

- Как всегда безобиден – произнес уже тише и спокойнее Миллемид - Сама невинность и любовь. Зильземир любимец Неба и самого Бога. Я думал, увижу старика, а увидел почти мальчика. Красивого мальчика. Красивую безобидную и безгреховную личину. Так ли это? Здесь на земле время совсем течет по-другому, чем среди звезд. Я вижу ты, такой, как есть. Все еще молодой и губительно красивый. Мой Зильземир.

- Ты не хуже, любовь моя – ответил Зильземир – И по-прежнему мною любим и любимым останешься всегда. Между мною и Богом.

- Вот как! – удивленно и возмущенно, произнес громко Миллемид - Ты понятия не имеешь, как страдал я! Когда тебя сбросили вниз с Неба! Ты не знаешь, как я тебя любил! И люблю до сих пор! Не смотря на гибель своего брата Геромида! Он заступился, как некоторые из нас за тебя, Зильземир перед самим Богом и были просто убиты! Ты понимаешь, что это значит! Значит, для меня потерять своего брата Геромида!

- Прости меня, любимый! – произнес горьким сочувственным голосом Зильземир – Но я есть то, что я есть. И другим мне не стать. Прости и сделай то, зачем пришел. Я готов к смерти.

Глаза черные как ночь сверкнули Миллемида, и он крикнул - Заткнись! Хватит о любви, Зильземир! Твоя любовь привела к войне между нами! Так, что хватит и замолчи! Твоя такая вот любовь к самому Богу дорого обошлась нам всем. И особенно моему брату Геромиду! Он умер, защищая тебя, Зильземир! Как и Аббесинобод и Меорг, Вуаленфур и Аполипурус! И ты его, и их всех убийца!

- И ты пришел, чтобы отомстить мне за него и за всех их – тихо также как и раньше произнес ангел Зильземир - Отомстить за Геромида и погибших моих братьев и сестер.

- Заткнись! – снова прокричал громко и злобно Миллемид – Не смей даже произносить их имена! По твоей вине, они погибли, Зильземир! Как и многие из нас!

- Так забери мою в отместку жизнь, Миллемид – произнес очень молодой красивый светловолосый мужчина в короткой серебрящейся чистой, как небо белизной материи тоге. Затянутой довольно туго. На гибкой тонкой талии золоченным узорчатым поясом. С голыми стройными ногами в золотых сандалиях. Он положил крест, на крест, руки на своей груди ладонями, широко раскрыв тонкие, как и у ангела Миллемида, похожие на женские, пальцы. В перстнях в небесных сверкающих красотой изумрудах.

- Вот забери мою жизнь – произнес Зильземир ему – И я даже не стану сопротивляться. Лишь моя к тебе любовь останется вечной. И я буду любить тебя всегда Миллемид. И оставь моего мальчика. Прошу тебя не трогай его и защити Миллемид. Ради нашей в прошлом любви.

Он повысил голос, произнося - Молю тебя, Миллемид! Он Божий сын! Не трогай его! Он совершенно не виноват в любовных грехах своей матери!

Зильземир сделал вперед тоже шаг, навстречу Миллемиду.

- Я весь твой, Миллемид, только мальчика моего не трогай, он не причем! - произнес Миллемиду Зильземир - Гнев Божий велик. И он настиг и это безвинное создание! Я его мать и отвечу за все перед вами, но только не он! И я не прощу никому его смерть! Никому даже самому Богу!

Миловидное лицо Миллемида изменилось, видя отчаянное выражение лица Зильземира, и сделалось вдруг иным. Черные как ночь глаза, только, что мечущие искры лютого гнева, сменились на милость.

- Жертва - произнес тихо Миллемид - Снова жертва. Жертва ради жизни. Даже среди ангелов. Брось, Зильземир - произнес уже успокоившись, и видимо этого и желающий услышать, ангел Миллемид вплотную подошел к молодому русоволосому мужчине. Подошел совсем вплотную, чуть ли не касаясь его светящейся из лучей света ангельской одеждой. Он взмахнул огромными из лучей света крыльями.

- Смерть ради жизни – произнес Мидемид – И так всегда. И так был сотворен весь этот мир.

Он вздохнул всей грудью и добавил - Жертва.

Мужчина опустил свою русую голову, чуть ли не касаясь правого плеча ангела Миллемида. Он плакал. Плакал навзрыд и слезы его капали на одежду Небесного ангела. Превращались в новые звезды и галактики на длинной до самого дощатого пола в верхней комнате дома небесной звездной живой тоге Миллемида.