Страница 91 из 116
– Могу, братан, могу, – устало подтвердил я. – Подделки у нас на такой высоте, что мне и твоё служебное удостоверение скопируют, под лупой не отличишь! Но, блин, понимаешь, подделывать бумаги на собственного сына как-то совсем не комильфо…
– Азриэлла запрещает? – на раз угадал он.
– Да, моя жена в последние три дня пребывает в состоянии плохо контролируемой ярости, меня держат в предынсультном мандраже. А всё это из-за её идиоток-подружек, выгуливающих своих румяных чад у нашего подъезда, и их дурацких женских разговоров…
– В смысле?
– Дружище, понимаешь, они её просто заклевали – чего у нас было, как именно, где конкретно, сколько раз, как мы женились, расписывались, венчались, в каком загсе, в каком платье, где ребёночка регистрировали, когда крестить собираемся? И, штырь Сатанаилов им в глотку, всё такое бабское, в том же слюнявом духе.
– Ну?
– Ну а что она может им ответить?
– Правду.
– Издеваешься?
– Я всегда говорю правду.
– Так ты ангел, вы все по-другому запрограммированы. А мы, демоны, работаем на Андроиде, нам веры нет, – кисло ухмыльнулся я. – Короче, моя супруга упёрлась рогом – и не в фигуральном смысле, – требуя от меня подлинных государственных документов нашему сыну. Со всеми печатями!
– Но ведь…
– Именно! Пока мы с ней официально не расписаны, она и слышать не хочет о получении свидетельства о рождении для малыша. Ребенку уже почти четыре месяца! Что делать?
– Жениться.
– У демонов это бессмысленный и даже вредный ритуал, ибо не решает ничего, кроме обоюдного ограничения свободы и прав личности. Vous comprenez?
– Что вам мешает расписаться в загсе?
– Да чтоб меня за ногу и в гальюн рылом, она хочет всё как у людей – венчание, свадьба, крещение сына, гульба на три ночи и толпу подружек в гости! И ты всё ещё считаешь, что у меня нет проблем?!
Альберт потупил кроткий взгляд. Как ангел, он легче и снисходительнее относился к чисто женским слабостям. Уж не знаю, как там проходят свадьбы у них наверху, на Небесах, но мы, демоны Пекла, не слишком продвинулись в этом тонком вопросе.
То есть такие вещи, как свадебный торт (продажа по кусочкам!), похищение невесты (выкуп за деньги!), потеря туфли новобрачной (ещё один развод гостей на бабки!) – всё это нам, конечно, дико нравится. Как и всеобщая пьянка, грязные танцы, пошлая музыка, дебилизирующая людей попса, сопутствующая драка и, собственно, «оригинальные свадебные фото, которые вы сможете показывать вашим внукам и правнукам…».
Это, согласитесь, вообще жесть и феерия. Наши работали, по почерку видно! Вот если похороны, то это наверняка ангельская администрация регламентировала. Захотите проверить, сами сравните, как пляшут черти на свадьбах и как плачут ангелы на похоронах.
– У тебя телефон вибрирует.
– Не обращай внимания, он у меня нервный.
– Абифасдон, я серьёзно, у тебя вызов.
У меня каждый день вызов или даже несколько, работа такая. Да и у него, если подумать, тоже.
– У тебя тоже звонит. Прикольная мелодия, кстати.
– Григ, – с чисто скандинавской холодностью кивнул мой друг. – Мне тоже пора. Привет Азриэлле и Захарии.
– Целуй супругу, – подтвердил я и упреждающе поднял руку. – Нет, сегодня плачу я. Уж на два капучино моей зарплаты пока хватает.
Он пожал плечами, кивнул и вышел из зала под восторженные взгляды всех подряд – гостей, клиентов, официантов, бармена, кассирши, охранника и даже уборщицы, ангелов все любят. Судьба их такая…
– Сдачи не надо. – Я оставил на столе две новенькие пятисотки и приветливо подмигнул девушке за кассой. Она даже не улыбнулась в ответ.
Где справедливость? Нет её, но я привык. Мир так устроен, и сверху и снизу, можно долго ныть, можно принять его как данность, выбор за вами. Благо людям он предоставлен.
Ехать пришлось на другой конец города, в район старых домишек. Развалюха на развалюхе, но ведь как-то и здесь люди живут, всякое бывает. Власти у нас незаботливые.
– Расулов Наиль Исимбаевич? – не очень уверенно, по слогам прочитал я надпись над дверным звонком. – Хрень какая-то, мусульманами занимается другой отдел, у них своя крыша, свой профсоюз. И вообще, связываться себе дороже – налетит толпа узкоглазых шайтанов на кривых ножках и такой визг поднимут…
Но перезванивать и уточнять у нас не принято, в конце концов, я профессионал, если прикажут, то и президента Буркина-Фасо на раз-два арестую. Шучу! Не мой уровень, там другие шишки правят бал. Что поделаешь, везде своя бюрократия и иерархия, тут мы в Аду не исключение.
Я нажал пальцем на кнопку старенького звонка. Скучная трель огласила весь коридор.
– Кто там? – на чистом русском, без малейшего акцента спросили из-за двери.
– Наиль Исимбаевич здесь проживает?
– Да.
– Разрешите войти?
Раздался скрежет проворачиваемого ключа, щёлкнул замок, за настежь распахнувшейся дверью стоял широкоплечий носатый мужчина лет пятидесяти, лысый, как шар для боулинга, в мятой клетчатой рубахе и почему-то старых армейских штанах с лампасами.
– Чё хотел, парень?
– Я ненадолго и по делу. Разрешите войти?
– Давай. – Он пропустил меня вперёд, и последнее, что я помню, – это дикий взрыв затылка, темнота, боль, запах крови. Хуже всего, что не только моей…
Вполне естественно, что, находясь в человеческом мире, мы, демоны, принимаем человеческий облик. Со всеми вытекающими последствиями. Ну, в том смысле, что когда я в своей истинной шкуре, то на меня не действуют никакие простуды, болезни, микробы, вирусы, ВИЧ и всякая тому подобная хрень.
Убить профессионального демона вообще крайне проблематично. Если, конечно, не бронетанковым снарядом прямо в грудь или ядерной бомбой по кумполу. В принципе, вот этого, конечно, я могу и не выдержать, сдохну по-любому. В остальном мы практически неуязвимы, но, как вы помните, на момент подлого удара сзади я был человеком – мягким существом с хрупким черепом.
– Кажется, тут у кого-то хрустнула затылочная кость.
После некоторого размышления я пришёл к выводу, что это мои слова, а дичайшая головная боль подтвердила эту гипотезу как аксиому. Принято считать, что в подобных случаях на смену боли приходит холодная ярость. В моей ситуации почему-то всё шло не так, как принято. Да, ярость пришла, но не холодная, а обжигающе огненная! И не взамен боли, а сотрудничая с ней. Это бесило.
Люто бесило, если совсем уж честно…
– Очухался, мужик?
Резко вспыхнул яркий жёлтый свет. С трудом разлепив залитые кровью ресницы, я хмуро огляделся вокруг и, как говорится, не слишком обрадовался. Бетонные стены, подвальный запах застарелой мертвечины, коллекция самых неприятных пыточных инструментов от классических мясницких ножей до более изощрённых железок, купленных, видимо, на распродаже стоматологического оборудования.
Прямо передо мной, сложив руки на груди, стоял гражданин Расулов. Тот самый тип, которого я должен был забрать. Мамочки-и…
– Очухался, вижу. Дядя Наиль сильно не бьёт, меру знает.
Я напряг мышцы и понял, что прикован наручниками к газовой трубе под потолком. Любой начинающий пристав Пекла тут же принял бы свой истинный облик и сложил поймавшего его в ловушку человека шесть раз, словно салфетку в хорошем ресторане.
Поверьте, именно это первым стукнулось и мне в голову, но вторая мысль врезала в челюсть первой и практически в голос заорала: «Ты же опытный специалист! Лучший в отделе, с доски почёта не слезаешь, так неужели думаешь, что этот хмырь так туп и прост, как кажется?! Башку включай, а!»