Страница 18 из 118
Его голос дрожал, готовый сорваться на визг.
У Космик в голове как будто что-то щёлкнуло.
— Так это ты… — прошептала она и продолжила, повышая тон всё сильнее: — Это ты спёр кольца у Соника, чтобы толкнуть их по-тихому в Новой Эпплузе! Это из-за тебя меня тогда судили за то, чего я не делала! Скажи, это ты подговорил тех пони голосовать за моё изгнание?.. Ох, а я ещё тебе верила… Хотя… после того как ты пришёл ко мне в дом и пытался меня из…
— Заткнись!
Новый удар. Из разбитого носа Космик заструилась кровь.
Земнопони засмеялась.
— Ты ничего не знаешь! — прошипел Метал Доун, наклоняясь ближе. Его глаза гневно сверкали в ночи. — Да, это я стащил кольца у этого синего недоумка — но тебе что, и вправду его так жалко? Для Пустоши он никто, пустое место… зуб даю, он не выживет здесь и недели…
— Зачем⁈ — в отчаянии выкрикнула Космик, зажмурившись. — Почему тогда ты не осудил меня, чтоб перевести с себя стрелки?..
— Да потому, что я любил тебя, дура! — выпалил он ей в лицо. Брызги слюны смешались с текущей кровью. — Да, я хотел получить крышки, много крышек — но только для того, чтобы мы могли быть вместе! Построили бы новый просторный дом, уладили бы всё… Дискорд, я бы даже закрыл все свои долги перед Сильвер Старом и Мёрки!.. Мы! Могли бы! Быть! Счастливы!
На щёку Космик шлёпнулось что-то влажное и горячее. Она открыла глаза — и увидела, что Метал Доун плачет.
— Нет, Метал, — покачала она головой. — Это не любовь, а всего лишь стремление подчинить своей воле и обладать… что угодно, однако не то, чем это тебе кажется. И всё же — почему?..
— Мне… приказали. У меня не было иного выхода, мать твою! — Свободным копытом он с силой топнул по земле рядом с головой Космик. — Предложили одно дельце, когда продавал кольца… Выдали тысячу крышек и зебринский плащ-невидимку в качестве оплаты и пообещали пять тысяч в довесок, когда закончу и приду снова!.. — Голос жеребца вновь опустился до шёпота и сразу же взлетел обратно на крик: — Я согласился. Я не знал тогда, что всё так выйдет!.. И теперь, — хрипло закончил он, сильнее упирая ногу в грудь Космик, — я вынужден убить и тебя. Прости, Космик. Не я такой — жизнь такая.
Кобыла вдруг заметила верёвочку, привязанную к его колену. Соединённый с ногой револьвер в кобуре на боку был направлен точно в голову Космик. Одно движение — и земнопони, как и её отряда, не станет.
— Нет, Метал. Это всё ты. Такой, какой есть, — сказала она, прежде чем он успел убрать ногу, и, собрав все силы, откатилась в сторону.
Точнее, попыталась.
БАХ!
Выстрел прозвучал прямо над ухом. Левое плечо точно обожгло раскалённой кочергой. Космик завыла от боли, перевернувшись на бок. Перед глазами вспыхнули светлые круги — так крепко она зажмурилась. Теперь от любого движения мутилось в голове; земнопони едва не теряла сознание от невыносимого острого жжения.
По коже под бронёй потекло что-то тёплое. Кровь. Это её кровь. Взамен той, что она пролила, съездив тогда по морде несостоявшемуся насильнику.
За глушащей все чувства завесой боли она еле расслышала шаги подходящего к ней убийцы. Шурх… шурх… шурх… вновь остановился рядом. Но на этот раз у Космик не было ни сил, ни возможности на что-либо повлиять.
— Я бы мог воспользоваться случаем и поиграться с тобой, — раздался над ухом его свистящий шёпот. — Но, боюсь, у меня больше нет времени. Скоро сюда придут наведённые работорговцы — за этим лохом из Тенпони. Но вряд ли их заинтересует раненая, истекающая кровью кобыла. Я облегчу твои страдания. Но сначала…
Его копыто опустилось на седельную сумку Космик. Сначала на одну, потом на другую.
— Это чтобы не оставлять добро гостям. И чтобы ты не могла сама вылечиться. Мне жаль, Космик. Ты вынудила меня так поступить. Считай это своим наказанием.
Земнопони не видела — знала, что на неё опять навёлся тёмный зрачок револьвера. Метал Доун выстрелил девять раз — значит, у него оставались ещё три пули. Более чем достаточно.
Значит, так всё и кончится?..
Космик попыталась сдвинуться с места, но силы покинули её окончательно. Вместо пульсирующей боли в плече внезапно пришла усталость, навалившись как истосковавшийся по любви жеребец и подмяв под себя не только её тело, но и душу. Больше не хотелось бороться — это было просто бессмысленно.
Уже проваливаясь в спасительное небытие, Космик успела заметить краем глаза, как взрывает черноту мчащийся к ним бледно-синий кусочек света.
Грохнул выстрел. Мир кончился.
Заметка: 50% следующего уровня.
Глава 7
Новая цель
— Боюсь, я облажалась в очередной раз.
Крошечный аппарат подплыл ближе.
— Я бы так не сказал. Почему бы тебе не опустить оружие и не рассказать мне обо всём?
«FoE: Проект „Горизонты“», гл. 21
Двойные двери дома были распахнуты настежь. С небольшого холма было видно огромный сад из почерневших голых деревьев, на которых, наверное, некогда росли яблоки.
Удивительно, подумала Космик. А ведь где-то их до сих пор выращивают. Иначе не приходил бы в Республику раз в один-два месяца контейнер с фруктами — пусть чуть лежалыми, но всё равно свежими по меркам этого мира, который вот уже двести лет как лежал в коме, замороженный радиоактивной вечностью. Удовольствие, конечно, дорогое; интересно, насколько дешевле продавались яблоки из этого сада? Хотя, кажется, крышками тогда ещё не расплачивались.
Космик отогнала непрошеные мысли и вновь обратила внимание на свой «Аргумент», упёртый прикладом в землю. Под спусковой скобой была продета сухая трухлявая палочка — других тут просто не находилось, — на которую так легко казалось надавить с двух сторон, чтобы карабин выстрелил. Конечно, можно было бы отломать скобу и нажать на спуск копытом, но земнопони что-то останавливало. Возможно, уважение к оружию, доставшемуся ей из загашников городского арсенала и ставшему верным спутником на долгие годы.
Жаль, что всё должно было кончиться именно так.
Космик навострила уши. С верхнего этажа доносилась какая-то возня и два звонких голоса. Наверняка Соник и его друг опять возятся с этой своей штуковиной. Техники-самоучки, чтоб их… В то время как она тут извращается с карабином и палкой, потому что весь грёбаный огнестрел в этой грёбаной Пустоши спроектирован так, что застрелиться из него может только грёбаный, мать его, единорог.
Да. Она облажалась. Потеряла всех, кто был ей хоть как-то близок. Четверо погибли, а ещё один переметнулся на тёмную сторону. Республика, может, и переживёт этот удар, но переживёт ли сама Космик? Примут ли её в городе после такого провала — или же заставят ответить за то, что она допустила?
Не имеет значения. Приговор себе она уже вынесла.
Резко заболело плечо, и кобыла сморщилась от боли. У неё больше не было лечебных зелий, да и бинты сейчас на ней были намотаны последние. Еда ещё оставалась — спасибо Метал Доуну, который раздавил или забрал с собой не всё из поклажи убитых товарищей, чтоб ему пусто было, — но тоже немного, да и вода во флягах была на исходе. Через пару дней пришлось бы отправляться куда-нибудь для пополнения запасов — в Новую Эпплузу, например… или же в Республику.