Страница 52 из 80
Капитулировал в войне, не смог ответить каким – то армянам, не искоренил коррупцию. Короче говоря, не сделал ничего. Как пришел, так и ушел, но проблемы остались. Но его любил азербайджанский народ.
А почему? И почему – я вот понял! Сказать тебе?
Дело в том, что он постоянно работал с народом. Он был хорошим оратором!
Выступая публично, он умел давить на массы. Это было единственное, что он делал правильно. А это не мало, этого не умеют многие.
Из восьми миллионов азербайджанцев, его поддерживал от души хотя бы миллион. Это точно. А этот миллион с собой тянул еще пол миллиона.
Для такой задрипанной республики, как Азербайджан, полтора миллиона – это уже сила, электорат. Иначе он у власти не удержался бы. Он что-то делал правильно. Повторяю, он давил шикарно на публику, на серую массу.
И умер как актер.
Нынешние политики этого не поймут, эти мудрые крысы, эти политические нули, парламентские гиены никогда не поумнеют. До них не дойдет, что главное для политика – чтобы его поддерживали массы. И их уже не переубедишь.
Кто сегодня завоевал улицы, завтра завоюет государство. Вот скажи, кто победит: Армия, КГБ, МВД или массы? Э – эх, братан! Не войском мы сильны, а мнением народным! Новая политическая идея должна захватывать улицы. Именно улицы, а не парламентские кресла. Народ должен поверить твоим словам.
Для этого ты должен быть прекрасным оратором. Слышишь, Имам! Я к тебе обращаюсь! Оратором! Гневно, страстно говорить, ярко, пылко жестикулировать! Чтобы твои слова проникли в сердца толпы! Чтоб ты сумел в их сердцах зажечь огонь! Это очень и очень важно.
– Сулик, это необыкновенные слова. Ты где их вычитал? – вмешался в беседу Исаак.
– Нигде! Это все мое!
– Хороша идея. Я согласен, политик должен завоевывать именно толпу.
Толпа всегда последует твоему примеру. Толпа будет равняться твоему жесту, движению и поступку, но никогда ни один человек не пойдет за тобой, если ты что что-то написал. Пусть даже нечто гениальное. Это закон. Книги, брошюры, статьи – все это не серьезно. Чтобы это понять, надо очень и очень много читать, чтобы ощутить всю писательскую пустоту. (Поглядывая на Имама) – Конечно, Исаак! Серьезному политику надо завоевывать сердца людей.
Причем, он должен знать специфику своего народа. Ни в коей мере он не должен недооценивать черную толпу. Он сможет посмотреть на эту толпу сверху вниз, сможет плюнуть на нее, давить ее, но только после того, как столкнется с народом лично.
– Политику разве необходимо говорить с чернью? Может ему лучше поговорить с интеллигенцией?
– Вот ты и ошибся! Запомни, Исаак! Революция совершается не аристократией и интеллигенцией, а именно черной толпой, рабочим классом.
Но этим и страшна революция, что без террора, без насильственной борьбы против правителя она не возможна. Для устрашения нужен террор.
А устрашение – это могучее средство политики, как международной, так и внутренней политики Война основана на устрашении. Так же, как и революция.
В основном истребляют именно незначительную часть армии или политиков.
Устрашая остальных, и сламывая их волю, революция побеждает. Она убивает единицы, но устрашает тысячи. А теперь вопрос: кто будет заниматься устрашением? Кто? Интеллигенты? Дворяне? Конечно нет.
Они идею подают, но практикуют в жизнь его рабочие и бедняки. То есть толпа, ибо именно толпа ущемлена, обделена вниманием, она зла на всех. И у нее единственный козырь – это ее чистая кровь!
И в Азербайджане эту идею можно претворить абсолютно без насилия. Без выкриков, типа – Президента в отставку, и пр. и пр. Нет, этого не надо!
Достаточно продолжить дело, начатое покойным Президентом Георгием Агаевым Хотя никакого дела и не было, но так надо (мигнул), чтобы его сын, нынешний властелин, тебя не тронул. Ведь ты же не идешь против политических принципов его отца. Запомни это, Исаак. Одно дело ты против правителя, другое – ты ему враг. Это разные вещи.
Вот скажи, почему СССР в середине 1950 годов слишком долго церемонился с Энвер Ходжой – президентом Албании? Почему? Что, Хрущеву было трудно посадить этого албанца на место? Да, именно было трудно! Потому, что Ходжа отрекся от политики Хрущева, а не от марксизма – ленинизма.
Ходжа был за коммунизм, но был против Хрущева. Как Хрущев мог его снять?
Под каким предлогом мог бы он его скинуть с трона? Хрущев злился, нервничал, ненавидел Ходжу, но все бес толку. Он был бессилен против Ходжи, ибо Ходжа не отрицал марксизма, более того, он защищал его. Не враг же он социализму! То-то! Ты понял, надеюсь.
Это было очень хитро задумано албанским правителем. Нашим политикам бы такой ум ты понял все, Имам?
– Сулейман, как твоя фамилия? – спросил его Исаак. Я имею ввиду твою первую, настоящую фамилию.
– Каддури. Зовут Атуба. Это подлинное имя. А по паспорту я Ходос.
Соломон Ходос. А вообще то я – Рагимов. Кошу под азербайджанца. Тем более и внешне похож.
– Да уж, с такой фамилией по морде получишь.
– Зачем, зачем же? Я вот знаю, что мусульмане только потому уважают старших, что на тот свет эти старые пойдут первыми. Мол, они умрут первыми, и в небесах займут свои места.
Поэтому перед старыми людьми мусульмане преклоняются, уступают им дорогу, уважают их. Понял? Чтобы за них эти старые перед богом замолвили слово, когда умрут они сами. И тут расчет. Ясно?
– Блин, и здесь такое.
Сулейман посмотрел на Имама.
– Ну что, Имам. Ты готов к престолу? Помни, народ изменчив как лакмусовая бумага. Везде измена! Везде!
– Понял (понурив голову).
Минут через 20 Исаак с Сулейманом прогуливались по бульвару.
– Сулейман! Ты считаешь, он сможет, потянет на трон?
– Время покажет, время. Этого не знает никто. У каждого человека есть место, но он его не знает. Вот, Рональдо, известный футболист. Слыхал?
Вооот. Так он по всему миру проколесил, и наконец понял, что он всю свою жизнь должен был играть в Испании. Сейчас он выступает за мадридский Реал. Дела идут как нельзя лучше. Все как по маслу. Но зато до этого он долгое время играл за итальянский Интер. Там он покалечил себя, его поломали. Травма, гипс, госпиталь, но он продолжал играть в Италии. Он там свое время терял зря. Это не верно.