Страница 82 из 83
― Хочу ли я знать? ― спросил я с ухмылкой. Конечно, хочу.
― Они собирались сделать объявление на Балу Солнцестояния, так что я своевременно появилась с оборотнем, пьяная до чертиков, и сообщила им, что у нас все серьезно. ― Ее глаза блестели, когда она закончила свой рассказ, но я почему-то знала, что это еще не все.
― Я так понимаю, им это не понравилось.
― Они отреклись от меня, ― небрежно сказала она. По-моему, в ход пошли слова «позор» и «шлюха».
От такого поворота событий у меня свело желудок. Жаклин рассмеялась, но горе в ее глазах было не скрыть. Она сделала то, что должна была сделать, но это стоило ей семьи. Эта боль была мне слишком хорошо знакома.
― И поэтому ты не участвуешь в Обрядах? ― мягко спросила я.
― Формально, ― ответила она, ― меня не приглашают.
― Почему?
― Меня не считают пригодной для брака. ― Она изобразила воздушные кавычки вокруг последних слов. ― Не без благословения моей матери, которого она никогда не даст.
― Мне жаль.
― Почему? Мне нет, ― сказала она, хихикнув. ― Я никогда не встречала никого ― ни мужчин, ни женщин, ― кто заставил бы меня отказаться от свободы.
― Все не так уж плохо, ― сухо сказала я.
― Тебе достался один из лучших, ― напомнила она.
Я не смогла удержаться от смеха. ― Похоже, этот лучший мог бы стать твоим.
― О, ты права. Я должна научиться не быть такой разборчивой.
Мы оба хихикнули.
― А что случилось с оборотнем? ― спросила я, гадая, встречала ли я хоть одного из этих существ.
― С ним? ― Она моргнула. ― Не знаю. Я подцепила его в баре на соседней улице. Он просто согласился.
― Даже когда ты объявила, что между вами все серьезно? ― Я хотела бы, чтобы у меня было хотя бы вполовину столько же наглости, сколько у нее.
― Мы были очень пьяны, но не волнуйся, я потом загладила свою вину перед ним, ― назидательно добавила она.
Каким был секс с оборотнем? Должно быть, вопрос был написан на моем лице, потому что злобная ухмылка Жаклин расширилась, когда она в последний раз поправила мои волосы. ― Скажем так: если бы я была Красавицей, я бы предпочла Чудовище.
Сказано достаточно.
― Нам пора идти. Твоя пара откусит мне голову, если я буду задерживать тебя дольше, ― сообщила она, проверяя время на своем телефоне.
― Думаю, он меня избегает, ― признался я ей, рассказывая, как он ушел, когда я проснулась, и с тех пор не появлялся.
― Что ж, пойдем найдем его, ― предложила она.
По дороге наверх Жаклин еще долго рассказывала мне истории о своих проделках, которые она объясняла тем, что является персоной нон грата на мероприятиях Совета.
― А сегодня вечером? ― спросила я, внезапно забеспокоившись, что ей не разрешат присоединиться к празднованию Солнцестояния.
― Сегодня вечером я в списке гостей Руссо, а список твоей семьи никто не проверяет, ― прошептала она, когда мы вышли в холл.
У меня свело живот при мысли о том, что я ― Руссо. Не потому, что я не хотела выходить замуж за Джулиана, а потому, что я не была уверена, что действительно являюсь членом его семьи. Как я могла стать ею без одобрения Сабины? А когда она узнает, что я могла быть порождена другим вампиром, насколько сильнее она будет меня ненавидеть?
Я уже собиралась сказать об этом Жаклин, готовая выложить все как на духу, когда она вывела меня на улицу. Вечерний воздух кусал мою голую кожу, но я была слишком увлечена своими мыслями, чтобы беспокоиться. Вдоль дороги тянулся след из лепестков роз, ведущий к ожидающему черному Mercedes.
Жаклин потащила меня за собой, не обращая внимания на вопросы, которыми я засыпала ее по дороге. Когда мы подошли к машине, водитель открыл дверь и показал пустое заднее сиденье.
― Здесь я тебя и оставлю, ― сказала она многозначительно.
― Что ты задумала? ― спросил я. ― Где Джулиан?
― Просто езжай, ― сказала она, подмигнув мне и подтолкнув к открытой задней двери.
Я сглотнула и посмотрела на нее, чтобы получить еще один ободряющий кивок, прежде чем скользнуть в машину. Сердце заколотилось о грудную клетку, когда машина повернула прочь от города и понеслась по изрезанным прибрежным дорогам в ночь. За окном царила темнота, звезды то вспыхивали, то исчезали, пока мы поднимались все выше и выше.
Когда мы наконец остановились на небольшой возвышенности, выступающей над морем, я выскочила из машины прежде, чем водитель успел открыть мою дверь. Я сделала два шага к скалистому обрыву, прежде чем остановилась. Тропинка, усыпанная лепестками белых роз, вела к самой дальней точке утеса. По обе стороны от нее тянулись стеклянные фонарики, освещая путь. Но именно то, что ждало меня в конце, выбило воздух из моих легких.
Вернее, кто ждал.
ГЛАВА ПЯТЬДЕСЯТ ПЯТАЯ
Джулиан
Тея пошла ко мне, и мир замер. Я смутно осознавал, что волны разбиваются о скалы внизу, что луна висит в небе цвета индиго, что жизнь продолжается вокруг нас. Но все это не имело для меня значения.
Существовала только она.
Она улыбнулась, накинув на плечи тонкую накидку, когда по склону скалы пронесся порыв ветра. Он погасил несколько свечей и вывел меня из задумчивости.
Я не учел, что мы находимся слишком далеко от магического центра города, чтобы попасть под его защитный щит, и что на ней… О, Боги. Что на ней было надето?
Я впился в нее взглядом, пока мчался к ней. Она пыталась меня убить. Платье казалось сотканным из воздуха. Почти невидимая ткань едва прикрывала ее восхитительные изгибы, спасали только вышитые крылья, обнимавшие ее грудь и бедра. Я снял пиджак от смокинга и обернул его вокруг ее стройного тела.
Я уже собирался извиниться за свою глупость, когда она подняла на меня свои сверкающие глаза. ― Что это?
― Романтика, ― нерешительно ответил я. ― С добавлением ветра.
Она рассмеялась, и этот звук зазвучал мелодией в моих ушах. Возможно, она была сиреной. Как я мог сказать? Она уже пленила меня душой и телом.
― Я уже сказала ― да. ― Ее рука скользнула в мою, теплая и мягкая. Никто из нас не надел перчатки. Она сжала мою руку, словно ждала этого момента, чтобы почувствовать мое прикосновение.
― Это так. ― Я потянул ее к краю обрыва, вдоль того, что осталось от тропинки, усыпанной лепестками. ― Но осталось одно очень важное дело. ― Я остановился, когда мы дошли до конца, и повернулся к ней.
― О? ― Тея не шелохнулась, лишь быстро обвела все взглядом. ― Что…
Ее вопрос замер на губах, когда я опустился перед ней на одно колено. Ее рука по-прежнему была зажата в моей, а другой я протянул ей маленькую бархатную коробочку. ― Ты уже сказала, что выйдешь за меня замуж, и я не собираюсь давать тебе шанс взять свои слова обратно, спрашивая еще раз.
Она тихонько засмеялась, ее глаза мерцали, как звезды над головой.
― Все, что я есть, я отдаю тебе. Я клянусь быть твоим защитником, твоим любовником, твоим лучшим другом до тех пор, пока мы будем ходить по этой земле. Более девятисот лет я искал в этом мире хоть какой-то смысл, и вот наконец нашел его. Ты. Ты ― мой смысл. Ты ― причина. И ты ― ответ. Для меня большая честь быть твоей парой, для меня большая честь связать свою душу с твоей, и для меня большая честь стать твоим мужем.
В лунном свете горло Теи дрогнуло, когда она высвободила свою руку и взяла коробочку обеими руками. Ее пальцы дрожали, когда она открывала ее. Она задохнулась, увидев внутри кольцо.
― Джулиан, я… ― Она начала качать головой.
Я ожидал этого. Она выросла в таком скудном достатке, что я подозревал, что мог бы подарить ей кольцо из автомата, а она попыталась бы отказаться от него.