Страница 110 из 151
***
-Что же, весьма впечатляющее досье. - отложила в сторону папку с информацией об Агате настоятельница. Сложив руки на необъятной груди, она поджала тонкие губы, разглядывая Агату.- И сестра Сесилия хорошо о тебе отзывалась. Говорит, что ты была одной из лучших учениц. Это так?- склонила голову набок мать Сабрина ожидала ответа.
-Сестра Сесилия слишком добра ко мне.- уклончиво ответила Агата, боясь обвинения в гордыне, если осмелится признать правду.- Она преподавала у нас три года, и я до сих пор вспоминаю её с благодарностью.
Кажется, такой ответ удовлетворил настоятельницу.
-Что же, думаю, она не зря порекомендовала тебя. Тебе выдали расписание?
-Да, матушка.- кивнула Агата. Листок с расписанием монастырской жизни сейчас лежал на ее тумбочке.
-Что же, тогда добро пожаловать, Агата. - радушно улыбнулась ей настоятельница.- Скажи, ты уже выбрала себе послушание?
Агата удивлённо взглянула на женщину - разве можно его выбирать? Настоятельница, верно истолковав её взгляд, усмехнулась:
-Мы ведь- не исправительное учреждение, здесь всё основано на доброй воле. Иная Господу неугодна. Да и просто, если рассудить здраво, зачем отправлять человека туда, к чему не лежит его душа, верно?
Агата поспешила согласиться:
-Верно. Тогда, если вы не против, я бы хотела присматривать за детьми. - она смутилась, ожидая отказа. Но настоятельница кивнула:
-Достойное послушание. К тому же, я знаю, что ты и сама жила в приютах. - она задумалась на мгновение, а затем ещё раз кивнула.- Хорошо, я скажу сестре Констанце, и с завтрашнего дня ты сможешь приступать. А теперь ты свободна, ступай. И да прибудет с тобой благословение Господне.
***
-Надо же, повезло.- шепотом сообщила Беатриче, перевернувшись в кровати на живот.- Обычно мать драконов не такая добрая.
Агата нахмурилась:
-Это ты о матери Сабрине так? Извини, но мне это не нравится.- поспешила она одернуть соседку. Некрасиво давать людям прозвища, особенно, за глаза.
-Говори шепотом.- испуганно покосилась на дверь Беатриче, отчего её лицо в отблесках настольной лампы, накрытой тонким платком, чтобы не было видно света, показалось вдруг неживой маской, нежели лицом молодой девушки.- Разговоры после отбоя запрещены. Заставят потом ещё бездомным ноги омывать.- она содрогнулась, словно представив это в красках.
-Разве это плохо?- пожала плечами Агата, ещё раз бегло пробежавшись глазами по листку с расписанием.
-Нууу,- задумчиво протянула Беатриче.- Хуже этого только приступы Аннабелы - она скривилась, а после легла на подушку, подложив под нее руки.
-Аннабелы?- скорее, для вида поддержания беседы переспросила Агата, взволнованная мыслями о завтрашнем дне.
-Ну да. Ты ее видела, высокая девица из приюта. Слава Господу, ей осталось у нас недолго. В июне ей 18, поэтому она уедет.
Беатриче ещё что-то говорила, Агата слушала вполуха, пока речь не зашла об описании внешности девушки:
-И волосы эти вечно, свесит на грудь, как в фильме этом....Ну, из колодца где вылезает...- она выпростала одну руку из-под подушки, защелкав пальцами, словно пытается вспомнить название.
-Звонок.- облегчила ей задачу Агата, понимая, о каком ребенке, вернее, подростке, идёт речь.-А что с ней?
Беатриче как-то странно на нее взглянула:
-Ты меня совсем не слушаешь? Говорю же, у нее бывают, ну... Видения. Сатана, ангелы, сцены из Библии. Как-то она даже на странном наречии кричала, долго так. Настоятельницей тогда была мать Виктория. Так вот она отправила запись ее криков в Ватикан, и что ты думаешь?- Беатриче прищурилась- Там провели анализ, и ответили, что это - древнеарамейский. Какое-то старое предсказание, о приходе зла. Или тьмы, так уже и не вспомню.
Внезапно дверь распахнулась, на пороге показалась сестра Сесилия, чьи глаза горели праведным гневом:
-Погасить немедленно!- кивнула она на лампу - И доброй ночи.
***
Агата уже неделю работала в приюте, и находила, что это послушание ей очень нравится. Дети тянулись к ней, все, кроме одной. Казалось бы, зачем тратить силы на почти взрослую девушку, что скоро покинет стены монастыря, но Агата не могла не заметить грусти в глазах Аннабелы, когда та наблюдала за игрой остальных детей. А ещё из головы не выходило всё, что наговорила ей болтушка Беатриче. Неужели всё настолько плохо?
-Здравствуй, Аннабела.- ласково обратилась Агата к девушке, усаживаясь с ней рядом на скамью. Сегодня был её выходной, но она всё равно пришла в большой зал, где дети из приюта слушали святое писание каждый вечер.
-Здравствуйте. - слегка удивлённо обернулась к ней девушка. Агата свела брови к переносице- и отчего эту девушку едва ли не открыто обвиняют в сумасшествии? И сестра Тамара, главная в приюте, и другие сестры, что ухаживали за детьми,- все как одна сочувствующе вздыхали, едва речь заходила про Аннабелу.
-Не хочешь сесть ближе, рядом со мной?-указала ей на место в первом ряду Агата. Во взгляде Аннабелы отразилось сомнение и неуверенность, словно она уже и сама поставила на себе крест, как бы двусмысленно это ни звучало в святой обители. Агата, заметив и крохотный огонек желания в глазах девушки, поняла, как действовать:
-Давай, оттуда и слышно лучше, и хватит уже сидеть на вторых ролях. Пора стать главной звездой.- с улыбкой подмигнула она опешившей девушке.
Только строгость сестры Сесилии заставила всех перестать глазеть на Аннабелу, что впервые решилась сесть вместе со всеми, да ещё и впереди. Агата нервно потирала вспотевшие ладони- как отреагируют на такое самоуправство сестры? Может, лучше было сперва спросить? Но после чтения сестра Сесилия, ничего не сказав Агате, просто покинула зал. А две других сестры, что сегодня следили за детьми, лишь время от времени удивлённо поглядывали на то, как Агата ведёт беседу с нелюдимой раньше Аннабеллой.
***
-Я не вру, но они мне не верят.- опустив голову, Аннабела понизила голос- Я слышу, как он зовёт меня. Таблетки, что они мне дают...
Агата покачала головой- а вдруг всё дело наоборот, в таблетках. Аккуратно выпросив у девушки, в какое примерно время ей начали чудиться голоса, она пришла к неутешительному выводу, что лекарственная терапия вполне могла быть их причиной. А то, о чём говорили другие сестры, приступы, могло быть эпилепсией, которую мозг просто " перерос"- по крайней мере, о таком Агата читала. И сейчас собиралась найти в телефоне максимум информации по подобному.
-А ещё я родилась шестого июня, в шесть часов. И они говорят, что я принадлежу дьяволу. - продолжала тем временем Аннабела.
Агата моргнула, возвращаясь в реальность.
-Кто говорит?
-Голоса. Они... Вот. - внезапно будто догадалась девушка. Наклонившись ещё вниз, она раздвинула руками волосы на затылке - Видишь?
На нежной коже был след, похожий на три маленьких цифры " 6", расположенных в виде треугольника.
-Когда говорю об этом или показываю, сестры злятся и запирают меня в подвале. - вдруг разоткровенничалась девушка, а у Агаты сжалось сердце. Даже взрослый человек, запри его в подвале на несколько часов, может и с ума от страха сойти! Что за варварские методы?!
***
С разбитым сердцем Агата несла горшок с мертвым флориумом. Он зачах за несколько дней, не желая принимать живительной влаги. И всё равно Агата ухаживала за ним, надеясь на лучшее. Но он оставил её точно Веро́ника.
-Агата.- раздался тихий девичий голосок позади. Обернувшись, девушка увидела Аннабелу в одной из арок. Та поманила Агату пальцем, и, хоть ей сейчас было не до подопечной, но девушка устало поплелась обратно.
-Здравствуй, Аннабела. Что-то случилось?
Аннабела, бегло оглядевшись вокруг, отрицательно покачала головой.