Страница 100 из 208
Важной составляющей этой войны стали так называемые специальные операции, направленные на информационно-психологическое воздействие на противника и мировую общественность в целом. Прежде всего необходимо отметить самый высокий уровень принятия решения об их применении. Поданным иностранной печати, в подготовительный период с августа по декабрь 1990 года президент Дж. Буш подписал три секретные директивы, санкционировавшие осуществление "самых разнообразных мероприятий по специальным программам". Эти директивы также определили порядок организации и ведения психологических операци и на весь период кризиса, регламентировали деятельность разведывательных служб, научно-исследовательских учреждений, занимающихся проблемами арабского мира, психологов и ряда армейских органов. Факт принятия этих документов свидетельствует о том, что психологические операции ставились в один ряд с боевыми.
В качестве основных были определены следующие задачи психологических операций: мобилизовать против Ирака мировое общественное мнение; способствовать деятельности антииракской коалиции; углубить существующий раскол в арабском мире; устранить возможность оказания какой-либо страной поддержки Ираку; разжечь эйфорию "ура-патриотизма" в США и других странах Запада; дезинформация командования вооруженных сил Ирака и широкой общественности относительно планов военных действий; подрыв доверия населения Ирака к президенту Саддаму Хусейну; поддержка движения сопротивления в Кувейте и оказание помощи оппозиционным силам в Ираке; убеждение в бесперспективности сопротивления многонациональным силам [769]. Все вышеперечисленные и другие задачи решались по каналам средств массовой информации, федеральных ведомств (ЦРУ, научно-исследовательские институты и т.п.), вооруженных сил (РУМО, формирований ПсО и т. д.). Особая роль в проведении психологических операций отводилась средствам массовой информации, чья работа превратила конфликт в Персидском заливе, по выражению французской газеты "Юманите", в "самый закрытый в нынешнем столетии". Достаточно сказать, что американские, британские и французские корреспонденты, включенные в состав аккредитованных при МНС журналистских пулов, в письменной форме обязались строго соблюдать жесткие нормы в отношении характера и содержания передаваемых сообщений, установленные военными властями.
Для "правильного" разъяснения международной общественности причин войны были выставлены следующие положения: а) восстановление утраченной независимости Кувейта; б) защита Саудовской Аравии, Объединенных Арабских Эмиратов, Катара и Омана от агрессивных поползновений С.Хусейна; в) защита свободы мирового (т.е. западного) судоходства в Персидском заливе; г) защита попранных прав курдов и шиитов в самом Ираке; д) необходимость установления демократического режима в Ираке. Благодаря доминирующему положению американских информационных агентств, поставлявших миру до 70% международной информации, США и их союзникам удалось навязать международным СМИ свою точку зрения на ход развития событий и длительное время манипулировать общественным мнением, "подкармливая" его зачастую явной дезинформацией. Уже после окончания войны, оправдывая политику дезинформации, министр обороны США Р. Чейни заявил: "Главное, мы должны решить нашу задачу. Это надо сделать за самую низкую цену в виде жизней американцев. А это важнее того, как вы обращаетесь с прессой" [770]. При этом такие хрестоматийные "демократические" понятия, как гласность и свобода слова, даже не упоминались [771].
Значительное место в специальных операциях США было отведено мероприятиям по нейтрализации возможной дружественной позиции СССР по отношению к Ираку. С этой целью американские СМИ распространяли различного рода дезинформирующие сообщения, выставляющие советскую сторону в негативном свете. Так, 14 ноября 1990 года на страницах "Вашингтон таймс" появилось подхваченное и другими изданиями со ссылкой на источники в разведслужбах США сообщение о якобы продолжавшихся поставках советских ракет СС-12 в Ирак. Эта кампания продолжалась на всем протяжении конфликта. В феврале 1991 года, когда военные действия союзников против Ирака были в самом разгаре, средства массовой информации Запада передали подборку материалов, в которых со ссылкой на анонимные источники из ЦРУ и представителей радиоразведки Саудовской Аравии сообщалось о якобы перехваченных радиопереговорах какого-то советского офицера, руководившего действиями иракского батальона, помогавшего иракцам обслуживать и наводить на цели ракеты "Скад", о неопознанном советском судне с военным грузом для Ирака, о целых транспортных колоннах, направлявшихся из южной части СССР через Иран в Ирак и т.п. [772].
Касаясь вопроса поставок Ираку оружия, следует сказать, что незадолго до начала кризиса в Персидском заливе (в период правления Маргарет Тэтчер) оружие режиму Саддама Хусейна поставляли некоторые английские фирмы – в нарушение эмбарго, введенного ООН в 1985 году.
Причем об этих незаконных торговых операциях правительство страны было осведомлено еще в 1988 году. Один из директоров фирмы "Матрикс Черчилль", поставлявшей Ираку оружие, Пол Хендерсон, работавший также на английскую разведку МИ-6, в интервью лондонской газете "Сан" сообщил имена этих высокопоставленных чиновников. Среди них министр торговли Майк Хезелтайн, министр обороны Малкольм Рифкинд, министр внутренних дел Кеннет Кларк и заместитель министра иностранных дел Тристиан Гарел Джонс. Всего, по данным западных средств массовой информации, Ираку было продано вооружения на 37 млн. долларов [773].
В конце февраля 1991 года Ирак был вынужден согласиться на условия ООН о прекращении огня. СМИ оповестили весь мир об успешном завершении войны "высоких технологий". Этот термин должен был пропагандировать выдающиеся характеристики американского оружия нового поколения высокой поражающей мощности. Для укрепления этого определения на всех этапах войны в средствах массовой информации восхвалялись точность ударов американских самолетов-"невидимок", крылатых ракет (включенных в головной эшелон воздушного массированного удара), французских и английских истребителей-бомбардировщиков, действия космических средств разведки, связи и целеуказания, самолетов контроля за полем боя. Однако, как выяснилось позже, вся эта апологетика была элементом массированной психологической обработки общественности. Ее цели сводились к устрашению противника (и потенциальных врагов), убеждению населения стран "западных демократий" в "легкости" проведения подобных операций и "протягивании" новых образцов американской продукции на международный оружейный рынок. Реальные сведения об эффективности "высокоточного" оружия стали просачиваться в прессу спустя три-шесть месяцев после войны в Персидском заливе. Оказалось, что доля применения высокоточного оружия составила всего 7%, а оставшиеся 93% пришлись на обычные (неуправляемые) боеприпасы, разработанные по технологии периода вьетнамской войны, и бомбы свободного падения – продукт Второй мировой войны. Влиятельная американская газета "Вашингтон пост" в апрельском номере 1992 года написала, что малозаметные самолеты F-117А, изготовленные по технологии "стеле", поразили около 60 % целей, а не 90. 288 крылатых ракет "Томахок" морского базирования, запускавшихся по плану воздушных массированных ударов, поразили менее 50% целей, а не 85, как сообщали ранее представители ВМС США. Кроме того, как сообщил журнал "Флайт" от 7 сентября 1993 года, "американская разведка завысила потери противника в танках, по крайней мере, на 100 процентов, а возможно, даже на 134 процента". Да и с потерями американцев и их союзников дело оказалось нечистым. Через полгода после операции "Буря в пустыне" агентство "Франс пресс" довело до сведения читателей информацию, что причиной 15% всех людских потерь со стороны коалиции была стрельба по своим. Американская газета "Ньюсдей" оценила потери в живой силе от огня собственных огневых средств примерно в 50%. По этой же причине было уничтожено или полностью выведено из строя 30 танков. Основная вина в этих случаях отводилась авиации. Так, стали достоянием общественности факты, когда штурмовик А-10 ВВС США нанес удар ракетой с лазерным наведением по бронетранспортеру морских пехотинцев, в результате чего шесть человек погибли. Другой штурмовик по ошибке атаковал опорный пункт многонациональных сил – погибли восемь английских солдат [774].
[769]
Волковский Н.Л. История информационных войн. СПб., 2003. 4.2. С. 473.
[770]
Цит. по: Крысько В. Секреты психологической войны (цели, задачи, методы, формы, опыт). Минск, 1999. С. 430.
[771]
Для проведения широкого комплекса мероприятий по дезинформации противника в рамках стратегической психологической операции были задействованы 252-е командование и 96-й батальон по работе с гражданским населением, а также 8-й батальон из состава 4-й группы психологических операций (численностью около 200 человек). Эти силы располагали мобильными типографиями, теле- и радиостанциями, звуковещательными станциями различного класса. Непосредственно при штабе командования многонациональными силами (МНС) в Эр-Рияде была создана рабочая группа, укомплектованная офицерами психологической войны, отвечавшая за все "психологические операции", проводимые в интересах многонациональных сил. Устной пропагандой в ходе боевых действий занималось 66 групп специалистов со звуковещательными средствами, приданных командирам частей и подразделений по всему фронту действий МНС. Группы были выделены из состава регулярных 6-го и 9-го батальонов психологических операций армии США, а также из пяти резервных рот. Интенсивно осуществлялась и печатная пропаганда. Всего за время операции было распространено более 30 миллионов экземпляров листовок. Главными темами листовок были: бесполезность сопротивления; неизбежность разгрома; склонение к сдаче в плен, к дезертирству, оставлению оружия при отступлении; возложение всей вины за войну на С.Хусейна.
[772]
Волковский Н.Л. История информационных войн. СПб., 2003. Ч. 2. С. 473.
[773]
Новое русское слово. 1992, 12 ноября.
[774]
Волковский Н.Л. История информационных войн. СПб., 2003. Ч. 2. С. 480.