Страница 77 из 82
За ним повторили все остальные.
Дальше завертелось.
По всеобщему решению регентом при малолетнем царе будет его двоюродный дед. Тот самый брат покойного короля, как он себя кликал. Сам же мальчик должен был закончить обучение в России, регулярно приезжая сюда. Да и дети-внуки регента, равно как и всех влиятельных аристократов также должны были проходить обучение в России вместе с новым правителем…
Впрочем — это все были сущие формальности.
Стал Ваня царем и стал.
Куда важнее оказалось то, что это нападение, по сути, запустило процесс гражданской войны. Только раскидались с внешними врагами — сразу внутренние нарисовались.
И оставалось только гадать — французы это нагадили, австрийцы или эти ребята сами подсуетились? Ведь неисповедима человеческая глупость, а мир, как говорили отдельные мудрецы, прекрасен в своем идиотизме…
* * *
Алексей сидел на коне, на пригорке и наблюдал в зрительную трубу за происходящим на поле. За учениями.
Второй армейский корпус отрабатывал атаку неприятеля.
Полностью перевооруженный.
По новой тактике.
Вот он бодро маршировал походными колоннами по дороге.
Впереди полк карабинер — пятьсот всадников. Они уже собрались в кулак, убрав передовой дозор и заставу. Войдя на поле предстоящего боя они встали чуть в стороне, готовясь прикрывать идущие следом силы от кавалерийской атаки.
Следом втянулся пехотный полк.
Чин по чину.
Занял отведенную ему позицию на другом фланге.
Потом — артиллерийский полк первой дивизии корпуса. Тридцать две 3,5-дюймовые железные нарезные пушки лихо разместились и открыли огонь. Они могли «накидывать» через все поле. Чем и воспользовались, занявшись подавлением макетов вражеской артиллерии…
После того как три из четырех пехотных полка первой дивизии накопились, началось наступление. Первое. Они двинулись вперед батальонными колоннами под аккомпанемент 3,5-дюймовок.
Выйдя на отметку примерно в полторы тысячи шагов — начали перестраиваться. Здесь уже вероятность «поймать ядро» становилась реальной. Во всяком случае от гладкоствольных 6-фунтовок. И казалось более рационально развернуться широким фронтом — линией в четыре шеренги.
Тем временем на поле боя втягивались все новые и новые силы. Вон — появился тяжелый артиллерийский полк из тридцати двух легких 6-дюймовых гаубиц. Нарезных. И тоже стал занимать позицию, чтобы поддержать огнем наступление. Впрочем, не успевал. Так что, он включится, только если сорвется это наступление пехоты.
Карабинеры тоже накапливались. Уланы строились. Пехота втягивалась, строясь батальонными коробочками то тут, то там…
Алексей усмехнулся.
Пока все еще нескладно выходило на его взгляд. Вон — мушкетеры открыли огонь. Было видно — нервно и несколько неладно. Что и не удивительно — на такие дистанции они просто не привыкли стрелять. Впрочем, несмотря на эту «неотесанность» все получалось вполне действенно и продуктивно…
— Столько выстрелов в молоко, — покачал головой Шереметьев.
— Почему?
— Слишком далеко стрелять начинают.
— А если ближе подойдут — под картечь 6-фунтовок попадут. Еще шагов пятьдесят, и она станет до них доставать. С такой же дистанции, только ядром, а оно против линии в одну шеренгу едва ли продуктивно.
— А если так бить будут, то расстреляют все заготовленные заряды в пустую. Скольких они зацепят? Ты сам то на восемьсот шагов стрелял из винтовки этой?
— Нет, — честно ответил царевич.
— Попробуй. Ничего же не видно.
— Так цель не одиночная. Вон — толпа напротив. Ну вон те щиты ее обозначают.
— А руки у солдат что, только влево-вправо трясутся? — усмехнулся Шереметьев. — Вдоль щита? Нет. Увы. Чуть качнул вверх-вниз, и все — пуля ушла сильно выше или сильно ниже.
Царевич задумался.
На дистанции в полторы тысячи шагов батальонные колонны разворачивались в шеренги. Этот рубеж был назван второй позицией. Ибо первой являлась та, где войска первоначально накапливались и откуда била дивизионная артиллерия. Подавляя орудия противника и, если удастся, живую силу. Однако, при сближении она замолкала. Дабы избежать дружественного огня.
Именно по этой причине пехоте приходилось где-то шагах на восьмисот останавливаться и открывать массированный огонь на подавление. Просто «заливая».
Вариант?
Вполне.
Только вот боекомплект сгорал слишком быстро. А он был невеликий. В довольно большом поясном подсумке у солдат имелось всего по двадцать готовых бумажных патронов. Остальные требовалось или доставать из ранца, или получать из зарядных двуколок. Что сделать далеко не всегда возможно.
Если противник стоял открыто — не беда. Пять-десять залпов — и он рассеянный бежит, получив критический урон. При недостатке у него винтовок — тоже самое. А вот если он укрылся в редутах или иных полевых укреплениях, то… то эффективность винтовочного огня резко, прям критично снижалось. В случае же, если он еще и вооружен винтовками, укрывшись за стенами редутов…
— Может пушки им дать? — невольно спросил царевич.
— Ты, верно, не в себе, — покачал головой начальник генерального штаба.
— Отчего же?
— Так вот же пушки их, — махнул он рукой. — Уже дали. А вон — гаубицы.
— Я о другом. — отмахнулся царевич. — Им бы придать в усиление легкие какие орудия, нарезные. Чтобы останавливались на полутора тысячах шагов от противника и поддерживали их огнем. Можно даже 3,5-дюймовки, чтобы унифицировать по снарядам с дивизионными пушками. Только короткие. Этакие легкие гаубицы. Хотя бы по батарее на полк.
— Ну… — задумался Долгоруков.
— Полковая артиллерия. — патетично заметил царевич, подняв указательный палец. — Помнится Густав II Адольф менее века назад, применив что-то подобное, сумел добиться блистательных успехов.
— Так ты же сам был против полковых пушек. — удивился Шереметьев.
— В рамках линейной тактики они просто не нужны. Просто ни к селу ни к городу при нормально вооруженной и обученной пехоте. Но ведь тут уже не она. Здесь уже новое слово в военном деле, — кивнул Алексей на поле. — И теперь полковые орудия вновь могут вписаться в узор боя. Да и для удаленных театров боевых действий они бы пригодились…
Присутствующий генералитет начал думать. Хмурясь и эпизодически переглядываясь. Алексей же, вбросив им идею, вернулся к наслаждению зрелищем. В конце концов — такие масштабные учения красивы и эффектны безотносительно эффекта. Вон — уланы, опустив пики, пошли в атаку, имитируя контрудар для отражения натиска вражеской кавалерии на наступающие пехотные полки, развернутые в линии… красота!
[1]В политических реалиях начала XXI века получалось, что Тенкодого поставил под свой контроль всю центральную и восточную Буркина-Фасо и всю Гану. Плюс-минус, разумеется. Границ то тех здесь даже не наблюдалось пока.
[2] Ньёньос приняла в православии имя Нина.
[3] Легкий палаш имел вес в 2,25 старых фунта, то есть, 1020 грамм.
Часть 3
Глава 9
1713, ноябрь, 27. Исфахан