Страница 59 из 60
— Сэр, — обратился к нему Кирк. — При любых наших действиях мы будем стараться минимально вмешиваться в вашу жизнь и относиться бережно к вашим видам.
— А другие представители эт? — спросил Спок. — Как они? Они, похоже, склонны к уединению.
У Кирка возникло ощущение, что Мастер смеется над ними.
— В свое время были и они. Мистер Спок, в настоящий момент я — единственный представитель своего вида здесь. Нас много, но в данный момент это место принадлежит мне.
Кирк удивленно поднял брови. Действительно, все сканограммы Мастера оказались пустыми, никаких физических признаков его нахождения в данной местности получить не удалось. У орнов и лахитов, возможно, в чем-то сходная с эт наследственность, но фактического сходства очень немного. Мастер — великолепный конспиратор.
— А вы не ощущаете одиночества при таком образе жизни? — спросил Кирк. Мастер рассмеялся.
— Опекая целую планету, да еще два других вида? Едва ли. И теперь мы узнали еще один вид, на который не распространяется наше влияние. Разве можно говорить тут об одиночестве и скуке?
— Какое влияние? — спросил Спок.
— Защищать и охранять своих подчиненных. — Существо замолчало на минутку. — Где-то, возможно, происходят чудеса, это нам понятно, но увидев их здесь, мы получили огромное удовольствие.
— Сэр, — произнес Маккой, — вы никогда не мечтали сами о космических путешествиях?
На некоторое время воцарилось молчание. Все стояли и рассматривали зеленовато-голубую траву по пояс высотой, увешанную капельками росы, сверкающими подобно алмазам. Вокруг все переливалось при каждом дуновений ветра.
— Кому временами не приходят в голову мысли бросить свою работу и заняться чем-нибудь еще, чем то более интересным и полезным, — сказал эт. — Но чувство долга оставляет вас там, где вы нужнее. Нет, доктор, это мой крест. Я остаюсь здесь. Но, возможно… — У капитана возникло впечатление, что Мастер как-то необычно взглянул на него и на Маккоя. — Вы, кого я успел так хорошо узнать, а также ваши люди еще когда-нибудь вернутся сюда.
Кирку очень хотелось ответить существу однозначно: «да», но говорить ему только правду стало уже привычкой.
— Мы, к сожалению, не принадлежим самим себе, Сэр, — ответил он. — Нам бы очень хотелось вернуться сюда. Возможно, это когда-нибудь и произойдет, по все будет зависеть не от нас, а от тех сил, которые проявят себя только в будущем.
— Да, — сказал Мастер грустно. — Но я привык к этой вашей особенности.
Они продолжали свою прогулку по траве и промокли до пояса, но никто не замечал этого. Мастер передвигался так, что ни былинка, ни росинка не шелохнулись.
— Неплохо у него это получается, — обронил Маккой, до этого он все больше молчал, лишь изредка вставляя в разговор слово или два. Он никогда не принадлежал к категории людей-жаворонков, и для него этот час был чересчур ранним.
— Но когда-нибудь вы справитесь с этой проблемой и научитесь заглядывать в будущее, — утешило их существо. — Нет повода для печали.
— За исключением того, что я похудею после этой прогулки, — пробормотал доктор.
Они вошли в рощу с необыкновенными деревьями, при взгляде на которые возникало впечатление, что стволы светятся изнутри.
— Нам сюда, — Мастер повел их по тропинке, пожалуй, самой узкой из всех. Подернутые утренней дымкой, большие, похожие на папоротник, листья деревьев мягко касались лиц путников.
— Это место, которое я хотел вам показать, — сказал эт.
Выйдя из леса, они оказались на прибрежной полосе, залитой золотистым мягким светом. Оранжевая дымка висела над голубой поверхностью воды, а легкие волны нежно ласкали песок персикового цвета. Маккой улыбнулся.
— Спасибо.
— Я подумал, что это вам обязательно должно поправиться, — произнес Мастер. — Одно из моих любимых мест. Я благодарен вам за то, что вы согласились полюбоваться моими владениями.
— Сэр, — обратился Кирк. — Мы всегда рады встрече с вами, и большое вам спасибо за гостеприимство.
— Я со всеми стараюсь обходиться вежливо, ведь никогда заранее не знаешь, с кем имеешь дело… — сказал Мастер, засмеялся и исчез.
— Таинственное существо, — заключил Кирк. И, вздохнув, добавил. — Мне жаль покидать эту планету.
Зачарованный Спок продолжал любоваться открывшейся перед ним картиной, расцвеченной красками дивного утра.
— Капитан, — в конце концов произнес он, — полагаю, что могу понадобиться лейтенанту Ухуре для отладки алгоритма транслейтора. Нам удалось рассортировать глаголы и местоимения лахитов.
— Действуйте, Спок, — отозвался Кирк.
— Нет никакого смысла удерживать его здесь, когда у него столько работы, — высказался Маккой, не отрывая взора от утреннего моря.
— Разумеется, — согласился Кирк. И пройдя немного вдоль берега, приблизился к большому валуну, наполовину засыпанному песком. — Извините, — произнес он, смахивая с камня песчинки и присаживаясь на него.
— На всякий случай подстраховался, капитан? — спросил Маккой, прогуливавшийся по берегу неподалеку. Подняв из кучи песка раковину, он стал внимательно ее рассматривать.
— Я ведь не геолог. Для меня все камни кажутся одинаковыми, и не хотелось бы усесться на очередной говорящий валун. В любом случае, лучше сначала извиниться.
— Странное место, однако, — сказал доктор, присаживаясь рядом на песок.
— Да, необычное, — согласился Кирк. — Хотя, не самое странное из тех, где нам доводилось бывать, Необычна здесь не столько обстановка, сколько все, что здесь происходило.
— Это ты мне объясняешь, — проворчал Маккой. — А сам, наверное, собираешься спрятаться где-нибудь в местных кустах и ждать, пока не перенесешься еще на несколько дней вперед?
— Не беспокойся на этот счет. Находиться в одном месте и в одно время — вполне достаточно для меня. А Мастер пусть живет, как считает нужным.
— Так я и не выяснил, как правильно произносить его имя, — вздохнул доктор.
— Ты был занят совсем другим, — виновато произнес Кирк. — Извини меня. Если бы я знал, что будет происходить с моим кораблем…
— Забудем об этом, Джим. Откуда ты мог знать? Здесь столкнулось множество интересов, которыми манипулировала чужая воля, не совсем нам понятная и не совсем понятным образом. Хотя цели мне вполне ясны. Если за вступление планеты в федерацию мне пришлось поволноваться пару деньков, то, я считаю, это не слишком большая цена. А твое мнение?
— Ну, вообще-то…
— И к тому же, но забудь, что при этом я кое-чему научился.
Джим засмеялся.
— Нет, я серьезно, — заверил Маккой, — Я прежде помнил постоянно, кто настоящий хозяин на корабле, но тогда это знание носило, скорое, абстрактный характер. А сейчас оно конкретно. Всегда легко критиковать и советовать, если не принимаешь решения сам. И признаюсь, теперь мне больше нравится, когда все на своих местах, когда ничего не происходит. Я не собираюсь когда бы то ни было менять свою профессию на какую-нибудь другую.
Кирк кивнул.
— И все же, — добавил доктор, — на днях я отыщу благовидный предлог, чтобы сделать тебе парочку биопсий. И тогда мы посмотрим, кто на этом корабле является универсалом.
— Нет, спасибо.
Некоторое время они сидели молча. Кирк продолжал любоваться утром и вздыхать.
— Мне не очень хочется улетать отсюда. Здесь, на этой планете, я испытываю какое-то глубочайшее умиротворение.
— И безмятежное спокойствие, — добавил Маккой. — И очарование.
— Состояние какой-то необыкновенной защищенности, — сказал Джим.
— Думаю, это все благодаря Мастеру. Его работа, — произнес Маккой. — Хочется пожелать ему долгой жизни.
— Что касается других представителей его вида, то он говорил мне… — Кирк сделал глубокий вдох. — Интересно, где они сейчас все?
— Если я прав в подозрениях, то, возможно…
— О каких подозрениях ты говоришь?
— О чем-то обоснованном говорить пока рано. Просто мне пришла в голову одна забавная мысль. Как-то я задумался об одном мудром изречении, — начал Маккой, — и эт прочитал эту мысль в моей голове, согласился с ней и посчитал интересной. Смысл моих размышлений заключался в том, что всегда нужно проявлять доброту по отношению к незнакомцу: вдруг в нем скрывается ангел.