Страница 4 из 12
Аня своим пристальным взглядом была, кажется, способна прожечь в нём дыру.
– Ну, хорошо, – наконец, кивнула она, – я подумаю. Пока только подумаю и позже скажу, что решила.
Очень аккуратно и с большой осторожностью, она вытащила свою руку из-под его тяжёлой ладони. Этот короткий жест почему-то неприятно уколол его. Сжимать её изящные пальчики было очень приятно, а теперь ему казалось, что его прикосновения Ане не нравились. Это раньше он мог сесть рядом, положить голову ей на плечо, получить тычок в бок острым локтём и короткую отповедь вдогонку. Раньше… когда они дружили. Когда он всё не испоганил сексом.
Эти мысли он решил оставить при себе, а ей лишь широко улыбнулся, пряча за улыбкой паршивое в общем-то настроение.
– Спасибо, я пока никуда не планирую уезжать и очень надеюсь, что в ближайшее время мы увидимся все втроём.
Аня уже не смотрела на него, лишь залпом допила кофе, затем резко встала и сняла пуховик с вешалки. Он подорвался следом, но не успел за ней поухаживать. Она уже продела руки в рукава и застегнула молнию до самого горла.
– Значит, будешь в городе? – переспросила она.
– Буду, – подтвердил он, шагнув к ней ближе.
Боже, он уже и забыл, какая она миниатюрная. Буквально чуть выше его плеча. Раньше её рост казался ему каким-то никаким, ведь он привык иметь дело с длинноногими дерзкими красавицами. Но Аня тоже была красавицей, только её красота не была броской и яркой, скорее… мягкой и нежной. И если три года назад его это мало привлекало, то сейчас почему-то притягивало. Почему? Он и сам не понимал. Может, потому что она мать его ребёнка, и он посмотрел на неё другими глазами?
В груди у Мелёхина что-то ёкнуло, и ощущение это было странным.
Аня как-то замешкалась, надевая ремешок сумочки на плечо, затем вскинула на него взгляд. Глаза у неё были необычного цвета: тёмно-синие с карими крапинками вокруг зрачка.
– А жена твоя где? Возражать не будет, что ты в Нижнем на какое-то время осел?
Сказать, что вопрос его удивил – это ничего не сказать. Сергей, совсем её не понимая, нахмурился.
– Какая жена?
– Та самая, которая просила тебя больше не беспокоить, когда я звонила, чтобы сообщить о своей беременности.
Сергей смотрел на Аню, думая, что за дурацкую шутку она тут бросила, но, судя по выражению её лица, та вовсе не шутила. Напротив, стояла и смотрела на него, ждала какой-то реакции, и реакция последовала.
– Я не женат, Ань.
Он произнёс это спокойно и с нажимом, так, чтобы у неё сомнений не оставалось в его честности.
– Не женат?
– Нет, не женат и никогда не был, – уточнил он.
Она лишь кивнула и принялась подчёркнуто аккуратно надевать перчатки, уже не смотря на него.
– Тогда, вероятно, не стоит разбрасывать свои телефоны, где попало, – произнесла Аня ровным тоном, хотя тиски, сжимающие сердце, чуть ослабли, а потом сдавили его с новой силой.
Силой сожаления и упущенной возможности, когда она осознала, что всё могло сложиться иначе, а вышло так, как вышло. Только потому, что какая-то очередная девица Мелёхина сняла трубку и произнесла те самые слова, мучавшие Аню в кошмарах ещё несколько месяцев.
– Ань, так ты звонила, выходит?
Совершенно не думая, скорее, повинуясь импульсу и желанию задержать её, Сергей схватил Аню за плечи и слегка сжал их.
– Конечно, звонила. Это на случай, если тебе опять захочется обвинить меня, что я скрыла беременность, – она перевела дух перед новой фразой. – Но твоя «жена» была так убедительна, что я решила оставить вас в покое и не мешать твоему семейному счастью. Со своей «маленькой» проблемой.
Пальцы Мелёхина были крепкими и горячими, даже сквозь слой пуха и ткани Аня ощущала обжигающую силу его рук. А ещё сердце в груди стучало рваными рывками. Как хорошо, что она в верхней одежде, и Сергей не видит, как бешено пляшет пульс на шее.
Серёжа не прикасался к ней целую вечность, и теперь даже такие странные объятья смутили Аню окончательно. Дестабилизировали и грозили вывести на эмоции, а с Мелёхиным стоило держать ухо востро.
– Анют, я даже не знаю, кто это мог быть.
– Конечно, – горько усмехнулась она, – конечно, ты не знаешь, кто это мог быть. Ещё бы… почему-то я и не ожидала другого ответа. Всё, мне пора.
Это его «Анют» её разозлило. Никакая она ему больше не «Анюта», да и раньше была ею, только когда Мелёхину было что-то надо от неё. Например, помощь с курсовой работой или контрольной перед зачётом. Ну, и ещё в ту ночь в отеле он расщедрился на комплименты. Но это он для себя старался, тут Аня не обольщалась. Надо же было её как-то расслабить и настроить на секс. Она слишком хорошо помнила, какой зажатой и неуверенной была, ещё боялась, что Сергею не понравится. Куда ей там было тягаться с опытными девицами, с которыми он привык кувыркаться в кровати.
Она выразительно посмотрела на него, и Сергей отступил, опуская руки.
– Когда мы встретимся?
– Я позвоню, – бросила Аня уже через плечо, направляясь к выходу.
Растерянный вид Мелёхина, который по-прежнему стоял у вешалки, не зная, то ли уйти следом, то ли остаться, совсем её не радовал. Оказывается, что-то может выбить его из колеи и озадачить. Что ж, пусть подумает, иногда это полезно.
Сергей подождал, пока за Аней закроется дверь и вернулся за столик, подозвал официантку, чтобы расплатиться за заказ.
Разговор с Аркадьевой выбил почву из-под ног. Значит, она всё-таки звонила. Хотела с ним поговорить. Не собиралась скрывать свою беременность. Он помнил, какой тогда была Аня, и мог представить, насколько растерянной и напуганной она, наверняка, стала, узнав о своём положении. И всё же осмелилась ему позвонить, хотя он перечеркнул своим поступком целых четыре года нормального дружеского общения между ними. Что ему мешало остаться с ней в отеле? Проснуться утром, поговорить, проявить нежность, понимание, а потом со временем как-то закруглить эти отношения, дав понять, что продолжения не будет. Не то чтобы тогда она не понимала, на что шла…
Но нет… он поступил по-скотски. То есть привычно. Уехал и всё. Исчез. Как и с остальными до неё. Она-то не звонила и не писала, а он и рад был, что не навязывалась. Даже не вспоминал о ней. Только если иногда. Воскрешал в памяти, как нежна, трепетна и неопытна она была в своей любви. У него никогда не было девственниц, кроме неё. Неумелые партнёрши в сексе его никогда не интересовали, а учить он никого не собирался. Хотя вот сейчас, если б Аня захотела повторить, он бы всё сделал по-другому. Он бы её научил…
«Ой-й-й, – зашипел Сергей про себя, – какие неправильные мысли. Совсем не в том направлении».
Да и с чего он взял, что за три года рядом с ней не нашлось опытных учителей? Аня уже не та краснеющая тихоня, вон как словами бросается – одно острее другого!
Мелёхин накинул куртку и выбежал из кафе в морозный декабрьский вечер и сразу же притормозил, внезапно увидев знакомое лицо.
– Паш… ты? Здоров!
Кого уж кого, а Варганова он в Нижнем встретить не ожидал.
– Серый? Привет! Какими судьбами.
Мужчины обменялись крепким рукопожатием.
Возраста они были примерно одинакового, Павел чуть старше, но нередко оказывались в одной компании, да и по делам служебным пару раз пересекались.
– Да по личным вопросам тут, а ты?
– А я в филиале нашем по поручению отца вроде бы порядок навожу, но как все мои сказали – отправил он тебя в ссылку, в глушь, в Саратов… то есть в Нижний, – усмехнулся Паша, перефразировав классика. – По меньшей мере, до лета буду здесь, а, может, и дольше. Посмотрим.
– Может, посидим где вечером? Поговорим, выпьем? Места-то тут приличные есть? Я буквально пару дней назад приехал, города не знаю.