Валентина

Розалан вошла в комнату, простирая к подруге руки и приготовившись прийти на помощь и утешить.

– Бедная голубка, – прошептала она, и Валентина оказалась в ее теплых объятиях. – Бедная голубка, какая ответственность! Такая тяжесть ляжет на эти хрупкие плечи! Я только что от эмира. Он еще спит и, кажется, пребывает в глубоком покое. Его уход в мир иной будет быстрым и безболезненным. Рамиф примирился с Аллахом, и в другой жизни его ждет только радость.

Щеки Валентины стали мокрыми от слез.

– Пусть Аллах улыбнется ему, – прошептала она.

– Так и будет, – успокоила подругу Розалан, – и там, куда он отправится, Рамиф снова станет достаточно молодым и сильным, чтобы охотиться на дикого козла. Не за него я боюсь, голубка, а за тебя! Мне известно об обещании, данном тобой старику, и об опасности, которой ты себя подвергаешь. Судя по тому, что я слышала о его сыне Хомеде, он человек подлый. В гареме Дагни считает дни. Она ждет не дождется, когда Рамиф отправится к Аллаху и Хомед вернется, чтобы завладеть троном.

– Дагни? Но какая ей разница, кто сидит на троне? У нее прочное положение во дворце.

– Валентина, не суди поспешно! Дагни развлекается с женщинами, это верно, но лишь с тех пор, как из ее жизни исчезли мужчины. В гареме все знают, что Хомед и Дагни прежде были любовниками. Кроме того, она утверждает, что в ее жилах течет королевская кровь. Я уверена, Дагни мечтает занять место на троне рядом с Хомедом в качестве его жены.

Валентина насмешливо искривила губы.

– Это невозможно! Несомненно, Хомед последовал мусульманскому обычаю жениться в юном возрасте, и, разумеется, у него уже есть другие жены.

– Другие жены – да! Но ни одной, которая претендовала бы на положение правительницы! Говорю тебе, Дагни жаждет этого и, очевидно, может доказать, что имеет достаточно высокое происхождение, чтобы разделить трон с Хомедом. Всего лишь на прошлой неделе она получила от него несколько посланий! Вероятно, Хомед питает к ней нежные чувства и очень благодарен за вести о состоянии здоровья отца. Получив послания, Дагни проявила большое любопытство, интересуясь твоими отношениями с эмиром. Можно с уверенностью сказать, что Хомед уже извещен о твоем положении во дворце.

– Я все понимаю, – тихо сказала Валентина. – Самый надежный доносчик у Хомеда – именно Дагни. Нам следует изгнать ее из Напура! Она должна покинуть дворец!

– Нет! Дагни должна остаться, чтобы мы могли за ней наблюдать! Если ты ее отошлешь, Хомед обзаведется другим доносчиком, гораздо более опасным для нас, потому что мы не будем знать, кто это.

– Конечно, ты права! Мне следовало бы самой об этом подумать! Я так и сказала Мохабу: во всей Святой земле нет более проницательной женщины, чем ты. Что бы я без тебя делала! – воскликнула Валентина, обнимая подругу.

Смущенная похвалой, бедуинка язвительно заметила:

– Без меня ты погибла бы в первый же день, оказавшись в лагере Саладина.

Высвободившись из объятий Валентины, Розалан попросила:

– Ну, а теперь скажи мне, что ты хотела! Ведь послала же за мной не для того, чтобы осыпать похвалами и выражать свою привязанность!

– Да, – Валентина слегка откашлялась, от волнения у нее сжалось горло. – Я хочу попросить тебя побольше рассказать мне об этом Ахмаре, из-за которого ты так часто в последнее время заливаешься румянцем и в чью сторону постреливаешь глазками. Что он за человек? Кому хранит верность? Подумай как следует, прежде чем ответить, Розалан! От твоего ответа зависит, останусь ли я «бедной голубкой» или же стану жареной гусыней.

– Я мало что могу рассказать тебе о нем кроме того, что человек он добрый и покладистого характера. Ахмар, конечно, очень осторожен, но это качество ему необходимо, чтобы выжить. И кто из нас осудит его за то, что он скрывает правду о себе? Разоблачение грозит ему смертью.

– Однако же он доверился тебе! – Валентина вопросительно посмотрела на подругу.

– Это верно, но никому больше! Думаю, меня он любит, поэтому и рассказал о своей тайне.

– А ты его любишь?

Щеки Розалан вспыхнули под пристальным взглядом Валентины.

– Да… то есть, нет… Я не должна его любить. Ахмар никогда не сможет зачать ребенка, а мне хотелось бы родить дитя, и потому я не смею любить этого человека.

Валентина решила, что будет нечестно продолжать расспросы. То, что Розалан смогла полюбить Ахмара, отдав ему свое сердце и доверив душу, для Валентины было достаточным основанием, чтобы положиться на него. И к тому же, больше ей не на кого было положиться.

– Розалан, Ахмар умеет читать и писать? В глазах бедуинки вспыхнуло удивление.

– Да, он ведет хозяйственные счета гарема. С цифрами Ахмар ловко управляется!

– Замечательно! Теперь скажи еще раз, можем ли мы ему доверять? До какой степени я могу на него положиться? Мне нужно это знать немедленно, сию минуту! Гости ждут у кладовых, когда им выдадут зерно. Я хочу, чтобы Ахмар занялся этим. И в других делах нам с тобой также потребуется мужская поддержка, а Мохаб слишком стар и за всем не уследит. Ты считаешь, Ахмар – наш человек? – нетерпеливо вопрошала Валентина.

– Ахмар – наш человек, – уверенно ответила бедуинка. – Я бы легко доверила ему свою жизнь.

– Так тому и быть, Розалан! – торжественно провозгласила Валентина.