Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 41 из 43

– Я был вынужден привезти доктора Шедболта домой, чтобы он помог мне, – громко и весело сообщил старик. – А сейчас он очень устал. Иди в кровать, Хамфри, это предписание врача.

– Постель готова, сэр. И у меня есть горячий чай, если вы хотите согреться.

– Не возражаю. Принесите мне чашку в приемную. И пожалуйста, побольше сахара.

Они двинулись к лестнице, когда дверь приемной открылась и в проеме появилась мужская фигура. Незнакомец шагнул вперед и сказал:

– Доктор Шедболт? Доктор Коппард? – Эти слова прозвучали как нечто среднее между вопросом и утверждением.

Старик встал между визитером и Хамфри, который начал подниматься по лестнице.

– Да-да, – добродушно отозвался он.

– Я приму вас через минуту. Знаю, что вам пришлось ждать, но позвольте мне повесить пальто.

– Я хотел видеть доктора Шедболта, – сказал незнакомец, столкнувшись с доктором Коппардом, направлявшимся к вешалке.

Старик, казалось, потерял равновесие и ухватился за плечо посетителя, а потом за лестничные перила. Выпрямившись, он твердо заявил:

– Сейчас я не позволю его беспокоить. Он на ногах не стоит – прискакал верхом по моему вызову из Кембриджа и почти целую ночь работал как негр. Нет-нет! – воскликнул он, видя, что Хамфри повернулся назад.

– Я все еще твой хозяин, мальчик, и, если отправил тебя в постель, изволь слушаться! Доктор Шедболт не сможет работать по крайней мере двенадцать часов, сэр, но я готов вас принять. Только, с вашего разрешения, сяду и выпью чашку чаю, пока вы мне все расскажете. Я тоже почти всю ночь провел на ногах.

– Не хочу беспокоить вас, сэр, – с твердокаменным упорством произнес посетитель.

– Мое дело касается доктора Шедболта.

– Тогда с ним придется повременить. Очень сожалею, но доктор Шедболт изможден до предела и к тому же получил сильный удар по голове. Он лег в постель по моему указанию – вы же видели его. Если вам нужен врач, то боюсь, придется удовольствоваться мной. Меня считают достаточно компетентным.

Видя, что незнакомец собирается заговорить, старик продолжал:

– Только прошу подождать, пока я выпью чай. Благодарю вас, миссис Гэмбл. Вы не забыли про сахар? Теперь, сэр, расскажите мне о вашем деле, а я буду готов, когда вы закончите.

Протянув руку, он взял стоявшую под вешалкой трость с золотым набалдашником, без которой никогда не выходил из дому, поэтому каждый, кто хорошо его знал, понял бы, что этой ночью ему пришлось отлучиться в состоянии спешки, беспрецедентной за сорок лет практики. С тростью в одной руке и с чашкой горячего чая в другой старик повернулся к двери приемной.

Однако незнакомец преградил ему путь. Он был невысоким и коренастым, его крепкое телосложение подчеркивал костюм для верховой езды. Властный облик сочетался с явной нерешительностью поведения. Визитер был разумным и опытным человеком – он с самого начала ощущал нечто неправдоподобное в истории, приведшей его сюда. Заверения старой служанки, будто доктор Шедболт находится в Кембридже и приедет только утром, долгое ожидание в холодной маленькой приемной усилили это ощущение. Неожиданное появление молодого человека и его измученный вид наводили на подозрение, что дело нечисто. И теперь он стоял перед спокойным, медлительным стариком, держащим чашку чаю в руке, чувствуя, что разум и опыт подвели его. На мгновение он ощутил желание броситься наверх и схватить свою жертву. Но окажись его подозрения ошибочными, и он попал бы в глупейшее положение. К тому же он видел, что молодой человек не в состоянии убежать, и знал, что за домом наблюдают, а потому мог позволить себе пойти на риск. Бросив очередной взгляд наверх, посетитель шагнул в сторону, пропустил старого доктора в приемную, а сам остановился в дверном проеме, откуда мог следить за лестницей и входной дверью.

– Ну, в чем дело? – осведомился доктор Коппард.

– Боюсь, оно достаточно серьезно, если вы явились среди ночи.





Проницательный взгляд голубых глаз незнакомца остановился на лице старика.

– Я пришел не за медицинской помощью, сэр. Меня зовут Фулфорд. Я конный полицейский офицер этого района.

Он наблюдал за произведенным его словами эффектом.

– Если вам не нужен врач, мистер Фулфорд, почему вы пришли сюда?

– Сейчас объясню. Я хотел повидать доктора Шедболта в связи с расследованием… – Ощущение фантастичности ситуации появилось вновь.

– Послушайте, сэр, может, лучше я побеседую с доктором Шедболтом? Вы не имеете никакого отношения к этому делу, и я предпочел бы, чтобы вы держались в стороне.

– Это на ваше усмотрение. Но как я уже говорил, в таком случае вам придется ждать. Я чувствую ответственность за своего помощника, ибо вызвал его помочь мне срочно прооперировать очень трудного пациента. Операция сама по себе дело нелегкое, а тут еще пришлось иметь дело с полупомешанной женщиной, и Хамфри здорово досталось. Вы обратили внимание на его голову? Она лягнула его каблуком и притом ткнула ему в спину скальпелем. Это моя вина. Я не ожидал, что она так быстро придет в себя, и не сразу убрал инструменты. Но больше всего меня тревожит ушиб головы. У молодого человека может быть легкое сотрясение мозга, поэтому, как вы понимаете, я должен обеспечить ему полный покой.

Он допил чай и поставил на стол чашку. Несколько секунд мистер Фулфорд молчал, потом осторожно спросил:

– Насколько я понимаю, сэр, вы с доктором Шедболтом оперировали эту женщину всю ночь?

– Ну, не так уж мы медлительны и неуклюжи! Но пробыли у нее с восьми вечера. Она живет одна и, как я сказал, почти полоумная. Нам пришлось чуть ли не драться с ней, а после операции она схватила скальпель и ткнула им в Хамфри, так что мне пришлось повозиться и с ним. Потом Хамфри развел огонь, приготовил кашу, и мы ждали, пока старуха угомонится и заснет, что она с присущим ей упрямством согласилась сделать совсем недавно.

– И все это время, сэр, вы пробыли там с доктором Шедболтом?

– Вот именно. – Старик подался вперед, опираясь на трость.

– А не могу ли я для разнообразия спросить кое-что у вас? Какова цель этого допроса? Неужели для вас имеет значение, как мы с доктором Шедболтом провели время?

– Очень большое значение, сэр, хотя вас это касается только в той мере… Впрочем, давайте говорить прямо. Можете вы поклясться, что доктор Шедболт находился в поле вашего зрения, скажем, с десяти до одиннадцати?

– Если не в поле зрения, то в пределах слышимости. Он принес дрова и, как я уже говорил, сварил кашу. Слушайте, я пытаюсь быть вежливым, но мне выпала тяжелейшая ночь после достаточно трудного дня. Не могли бы вы выражаться яснее?

– Постараюсь. Ночью трое моих людей устроили облаву на ферме, где разгружали контрабандные табак, чай и спиртное. Владелец фермы был убит, а одного из моих ребят прикончил человек, который помогал с разгрузкой. Доктор Коппард, мне нелегко и неприятно это говорить, но я получил информацию из надежного источника, что с Нового года ваш ассистент доктор Шедболт был активным партнером в контрабандном бизнесе. Теперь вы, вероятно, понимаете, почему для меня так важны сведения о его ночном местопребывании. Возможно, сэр, учитывая серьезность обвинения, вы бы хотели изменить ваши показания?

– Я бы хотел изменить вашу манеру разговора, мистер Фулфорд. Что вы подразумеваете под «серьезностью обвинения»? Какого обвинения? И что означает ваше предложение изменить показания? Вы имеете в виду, будто я в течение последних десяти минут лгал вам? – Доктор обнаруживал все признаки разумного человека, в котором незаслуженная обида борется с чувством справедливости. – Согласен, что вы обязаны исполнять ваш долг, но это не дает вам права врываться в мой дом, безнаказанно обвинять доктора Шедболта и называть меня лжецом. Я не привык, чтобы мои слова подвергали сомнению, мистер Фулфорд, и если я говорю, что с восьми вечера мы с Хамфри были у миссис Нейлор, то ожидаю полного доверия.

Однако офицера оказалось не так легко обескуражить.

– Я не сомневаюсь в вашей личной честности сэр. Но я веду трудное и неприятное расследование, и предпочел бы побеседовать с доктором Шедболтом. Вы это запретили, поэтому прошу вас еще немного потерпеть мое присутствие. Полученная мной информация может быть правдивой хотя бы отчасти. Вы утверждаете, будто доктор Шедболт провел вечер и ночь в вашей компании. Но в другое время он мог помогать этому контрабандисту, Планту Дрисколлу?