Страница 15 из 45
Возле камина стояли два детектива, а в углу в плетеном кресле сидела Роза, уставившись глазами в одну точку, в противоположном углу скорчился перепуганный «бедный Томми». Одет он был в какие-то отрепья, волосы у него были длинные и нечесаные, руки черные, заскорузлые. Когда Роджер направился в его сторону, он вскочил со стула и прижался к стене.
Роджер повернулся к Пилу.
— Отвези-ка его в Коннон-Роу и отыщи специалиста, понимающего язык глухонемых.
Пил с одним из детективов увезли Томми. Джузеппе принес еще чаю на подносе, но Роза жестом показала, что она пить не будет. Роджер отпил с полстакана, и лишь после этого заговорил:
— Не слишком-то удачный для вас день, Роза. Когда вы в последний раз виделись с Кирби?
— Я не видела его целый день! — крикнула она хриплым взволнованным голосом. — И не пробуйте меня спрашивать о Кирби, все равно я ничего не скажу!
— Это значит напрашиваться на неприятности, — спокойно сказал Роджер. — Послушайте, Роза. Вы никому не поможете тем, что станете вставлять в палки колеса. Мы вовсе не хотим вас в чем-нибудь обвинить.
— Зато вы хотите что-то пришить Кирби. Но вы его не увидите, как своих ушей, ясно? Он умнее любого фараона в Лондоне! Я не стану говорить, а вам его не видать!
Джузеппе покачал головой:
— Плохой девушка, Роза!
— Кирби убили сегодня утром, — негромко сказал Роджер.
Роза отшатнулась. Даже под толстым слоем штукатурки было видно, как она побледнела.
Джузеппе закричал напряженным голосом:
— Марта, Марта! Принеси бренди, быстро!
Роза вздохнула и тихо сказала:
— Это вранье.
— Нет, это не вранье. Он стрелял в полицейского. Потом побежал к своему приятелю, который ожидал его поблизости в машине. Ну, а дружок его и переехал.
— Это ложь! — завопила Роза, подбежала к Роджеру и вцепилась ему в запястье.
— Это неправда, — кричала она. — Вы мне врете. Просто хотите заставить меня говорить.
— Его тело сейчас находится в морге, — тем же ровным голосом сказал Роджер.
Она надолго замерла, потом как-то сразу поникла, отошла к стулу и упала на него. Ее затрясло. Джузеппе двинулся было к ней со своим бренди, но Роджер тихонько взял его за плечо и покачал головой.
— Обождите, — шепнул он ему, потом повысил голос: — Роза, мы ищем человека, который убил Кирби. Мы искали Кирби, но теперь он уже вне нашей власти. Никто ему не может ни повредить, ни помочь. И вы тоже. Убивший его человек иногда брал у него машину, взял ее и сегодня днем. Мне нужно про него все знать. Расскажи, как все было, а потом ты сможешь отдохнуть.
Сначала она молчала, но потом ее как будто прорвало. Боже, какая это была грубая, отвратительная речь. Она наделяла убийцу Кирби всеми известными ругательствами, проклинала и призывала на его голову все кары земные и небесные. Закончив, она откинулась назад и закрыла глаза, по-видимому, задохнувшись.
Роджер согласился:
— Что-ж, вы правы, Роза. Именно поэтому мы его разыскиваем. Как его зовут? Где он живет?
Она зашевелила губами, как будто ей трудно было говорить.
— Я не знаю, где он живет, — наконец сказала она, — зовут его Майклом. Майкл Скотт. Я вырву ему глаза…
Она вскочила, у нее началась истерика. На этот раз Роджер взял ее за плечи, силком посадил на стул и сделал знак Джузеппе. Пока она пила бренди, тот стоял рядом с ней. Ее нельзя было оставлять одну ни на секунду, поэтому Роджер дал указания детективам отвести ее в полицейский участок на Боу-стрит.
И все это время он думал об имени разыскиваемого человека: не Смит, а Скотт. А Джеремия Скотт уже фигурировал в данном деле.
Роджер подписал счет, представленный ему Джузеппе, назначил четырех человек дежурить в гараже для того, чтобы опросить поздно прибывающих таксистов, а потом поехал к себе домой, в Челси. По дороге на него напала дрожь, он расчихался, раскашлялся. И стал серьезно подумывать, не простудился ли он во время дождя на крыше. Сейчас снова разъяснилось, хотя стало заметно холоднее.
Продолжая дрожать, он вытащил из сырого кармана ключи и открыл дверь. Ему придется потревожить женщин, так как он должен переодеться. И как бы ему хотелось принять горячую ванну! Включив в холле свет, он посмотрел на часы: начало третьего. Электрокипятильник нагреет воду в ванной за полчаса. Он тихонько пробрался на кухню и включил плитку, потом принялся наливать воду в чайник, при этом загремев крышкой. Обругав себя последними словами за неловкость, он замер на месте: как бы не проснулась Джанет. Однако в доме было тихо. В углу в буфете лежали кухонные полотенца. Роджер сбросил с себя мокрую одежду и начал энергично растираться, чувствуя, что ему иначе никогда не согреться. Постепенно по телу начало разливаться тепло. Вот весело запел чайник. Он повернулся, чтобы выключить плитку, и вдруг почувствовал, что откуда-то потянуло холодом. Медленно открылась дверь. Он заметил тень мужской головы и на всякий случай схватил со стола чашку, готовый запустить ее в злодея. Но тут голова просунулась в кухню — копна каштановых волос над его собственным шелковым халатом!
— Шумный дьявол, — проворчало видение, — не даешь человеку поспать.
Роджер опустил чашку.
— Марк, ослиная голова!
— И где справедливость? Я ему постель согреваю, — пожаловался Марк, входя на кухню и прикрывая за собой дверь. — Господи, мужчина во всем естестве! Что, под ливень попал?
— Я ходил купаться, — усмехнулся Роджер.
Джанет говорила ему, что Марк Лессинг интересовался, возвратится ли он до полуночи. Видимо, он прикорнул на его раскладушке.
Лессинг был высоким и худым, по-своему красивым, так что многие его считали строгим и суровым, но это была одна «видимость», как говорил Роджер. Он коллекционировал старый фарфор и писал об этом книги. Фарфор был его страстью. Но был у него и второй интерес, который по временам заслонял даже фарфор: он изучал убийства со всех точек зрения, включая прихологическую. Иногда он пытался «помочь» Роджеру, несмотря на сопротивление последнего, и порой успешно применял свои теоретические познания. С самого начала его сильно заинтересовало убийство Рэнделла.
— Ты, должно быть, здорово устал, — заметил он. — Иди, залезай в постель. Джанет оставила тебе пижаму, а я принесу чаю. Я же просплю остальную часть ночи в кресле. И не пробуй возражать!
— Можешь спокойно занимать раскладушку, — холодно заявил Роджер. — Я снова ухожу. Я же тебе неоднократно говорил: подобная работенка не по зубам дилетантишкам твоего склада.
— Горячий виски с кусочком сахара, горячая ванна, вот что тебе нужно, — с видом опытного врача заявил Марк.
— Раздобудь мне виски, будь другом, — взмолился Роджер.
Он поднялся в ванную, завернувшись в махровое полотенце, и плотно прикрыл дверь, а потом уже пустил горячую воду. Помещение в скором времени наполнилось паром. Роджер с величайшим наслаждением плюхнулся в воду и лежал в ней неподвижно минут десять, пока не появился Марк с подогретым виски с сахаром.
— Из спальни не доносилось никаких звуков? — спросил Роджер.
— Нет, а что?
— Одежда…
— Надевай мою, — не раздумывая предложил Марк, — а утром я подберу себе что-нибудь из твоих костюмов.
— Нельзя сказать, что тебе в голову никогда не приходят умные мысли.
Роджер одевался в гостиной.
— А для меня у тебя нет никаких поручений? — спросил Марк.
— Постарайся-ка утром отыскать Сайбил Леннокс, — весело ответил Роджер. — Нет, я не хочу, чтобы ты без нужды рисковал. Такой вариант меня совершенно не устраивает.