Власть и Крах

Его облегчение скрутилось в твёрдый, жгучий узел.

Зал был пуст.

Он поднялся на ноги. Замешательство боролось с гневом. Он посмотрел на сад за окном, гадая, не опоздал ли он. Вечер только начинал сгущать краски, а это означало, что у него ещё есть немного времени. Почему зал был пуст?

Охранники в туннеле кричали друг другу, хотя звук был приглушённым. Каменная плита, на которой сидели его люди, сдвинулась, когда охранники внизу попытались сдвинуть её. Солдаты Макрама удерживали её, но он не был уверен, как долго они протянут.

— Наконец-то. Я чуть не умер от скуки, — произнёс мужчина.

Напряжение сковало мышцы Макрама, и он повернулся на голос, вытаскивая тренировочный клинок, который ему дали. Он слишком устал, раз уж совершенно не заметил чьего-то присутствия в комнате.

Фигура, сидевшая на одной из скамей Визирей в боковой части комнаты, закрытой от взгляда Макрама экраном, зашевелилась. Макрам обошёл экран его и сошёл с помоста. Мужчина лежал на скамейке, его руки были сложены на животе, одна нога лежала на полу, другая была согнута в колене и упиралась в скамейку.

— Что происходит? — потребовал ответа Макрам.

По одежде Макрам мог судить, что этот человек был дворянином, а Макрам слишком устал, слишком зол и испытывал слишком сильную боль, чтобы над ним издевался избалованный дворцовый отпрыск.

Мужчина сел и упёрся локтями в колени. Он оценил Макрама и ухмыльнулся, как будто увидел что-то, что его позабавило.

— Уважаемый Великий Визирь посчитал, что игра была несправедливо взвешена в вашу пользу. Поэтому он вернул всё в равновесие, переместив вашу цель.

— И где же моя цель?

Макрам едва сдерживал взрывное проявление своей силы, контролируя её дрожащей хваткой, которую он умудрился не ослабить. Мужчина встал. Он был примерно того же роста и веса, что и Макрам. Одет в невыносимо красные и оранжевые цвета огненного мага, меч гвардейца висел на поясе поверх желтой ткани, обматывающей его талию.

— Тсс, — сказал он. — В этом не было бы ничего смешного, если бы я просто сказал тебе, — он вскинул бровь.

Плита прогибалась под солдатами, и люди Макрама ругались и ёрзали, пытаясь удержать её.

— Хотя выглядишь так, как будто уже вдоволь повеселился.

Он указал на окровавленный кафтан Макрама и энтари.

— У нас нет на это времени, — Макрам указал наружу, на угасающий свет.

— Тебе придётся выкроить время.

Он вытащил ятаган, висевший у него на боку. Это был не тренировочный клинок. Кровь Макрама запела от магии и ярости. Было ли это тщательно продуманной попыткой его убийства? Почему у него был настоящий клинок?

— Кто ты такой? — потребовал ответа Макрам.

— Ах. Мои манеры. Мастер Джемиль Кадир, Сиваль Пятого Дома.

— Твоя семья как бич в Тхамаре, — в гневе выпалил Макрам.

Джемиль рассмеялся, а затем бросился в атаку. Макрам направил свой клинок против клинка Джемиля, чтобы отразить натиск, и уклонился от атаки. Джемиль переместился и нанёс удар, как кобра. Макрам увернулся от серии быстрых ударов крест-накрест.

Когда Джемиль стал кружить вокруг него, Макрам предпринял все меры предосторожности. Он сражался с магами огня в Саркуме, и у многих из них были те же черты: скорость огня и непредсказуемость. Они могли бы стать феноменальными фехтовальщиками, при достаточной подготовке и практике. До тех пор, пока могли сдерживать свой темперамент, что было редкостью.

Макрам никогда не сражался с Сивалем Пятого Дома. Но, конечно, он был таким же вспыльчивым, как и его отец.

— Неужели отец оставил тебя здесь, как дрессированную собаку?

Странные золотые глаза Джемиля почти светились от его раздражения, а в воздухе потрескивал жар. Он снова атаковал, надвигаясь на Макрама, пока их клинки не соприкоснулись друг с другом. Джемиль попытался заставить Макрама опуститься на колени.

— А ты здесь, чтобы переспать с принцессой. Так кто же из нас более благороден?

Джемиль зарычал, наваливаясь всем весом на их сцепленные клинки. Мышцы в боку Макрама, уже и так болевшие от неглубокой раны, напряглись от усилий, направленных на борьбу с нисходящим толчком Джемиля. Этот манёвр ответил на вопрос о его характере. Его собственный нрав встал на дыбы от насмешки Джемиля, но Макрам не был вспыльчивым тупицей, чтобы попасться на приманку в разгар боя на мечах.

Макрам позволил одной ноге податься под давлением и опустился на колено, а затем выставил ладонь, развернув свой клинок плашмя, чтобы выдержать вес Джемиля, давящего сверху. Это помешало Джемилю вонзить свой клинок в плечо Макрама и заставило Джемиля потерять равновесие при внезапной смене положения.

Макрам направил своё тело вверх, когда Джемиль споткнулся и, врезавшись плечом в живот Джемиля, отбросил его клинок в сторону. Он вывернулся из-под Джемиля и снова развернулся, чтобы нанести удар мечом ему в спину. Джемиль споткнулся, наполовину наклонившись вперёд, но извернулся. Упав на одно колено, он метнул в Макрама огненную стрелу.

Макрам резко метнулся в сторону, и стрела, пролетев мимо него, врезалась в решётку над креслом Султана и взорвалась искрами и ручейками, которые сгорели сами по себе. Эмре выкрикнул удивленное проклятие. Макрам бросился на Джемиля, но тот упал и откатился с его пути и вскочил на ноги за то время, которое потребовалось Макраму, чтобы остановиться и развернуться назад.

— Не можешь выиграть бой на мечах без магии? — подначил Макрам.

Джемиль сделал выпад и ударил Макрама в живот, зная, что расстояние слишком велико, чтобы у удара был шанс достать цель. Но Макраму всё равно пришлось увернуться от выпада, и пока он восстанавливал равновесие, по его спине прошёлся горячий хлыст. Он, спотыкаясь, двинулся вперёд, удивленно застонав от боли. Джемиль снова бросился на него, обрушив клинок вниз, к согнутой шее Макрама. Макрам извернулся, едва успев поймать клинок Джемиля, выставив свой клинок. Джемиль устремился вниз, и поскольку Макрам был повернут под углом, ему пришлось опуститься, иначе клинок Джемиля выскользнул бы из его руки и попал бы по руке. Он ударился об пол и перекатился, нанося удары по ногам Джемиля.

Джемиль вовремя отскочил в сторону и избежал удар Макрама. В то же время он опустил свой клинок, вскрыв рану в другом боку Макрама. Макрам выругался, когда боль пронзила его тело. Он заставил себя перекатиться на живот и оттолкнуться ногами, наполовину подпрыгивая. Боль в боках пронзила ноги, а мышцы свело судорогой. Он спрятал боль под всплеском гнева.

— Какой полезный трюк — гореть, не проявляя огня, — сказал Макрам, когда они снова сошлись вместе.

— Правда? У меня есть ещё, — сказал Джемиль, его золотые глаза сверкали отражённым огнём.

— Конечно, — сказал Макрам и отплатил за рану вдоль рёбер быстрым, косым взмахом клинка, который удивил Джемиля, — но ты всё равно проиграешь.

Джемиль схватился за бок, уклоняясь от следующего удара Макрама. Джемиль поднял руку, окропленную кровью раны на боку. Ещё один клубок огня взметнулся вверх по бедру и спине Макрама, когда Джемиль опустил руку. Макрам закричал, отпрянув от него, как будто это был физический удар.

— Агасси! — обеспокоенно позвал Эмре.

— Держите плиту, — проревел он в ответ.

Затем он бросился на Джемиля, и звук их мечей, ударившихся друг о друга, заглушил звук плиты, когда она приподнялась и упала обратно на место под следующей атакой охранников в туннеле.