Эромант. Система Соблазнения

— Плохая идея выслеживать того, кто охоч до человечьей крови. Как бы нас самих не отловили.

— С чего ты взял, что тварь приманила людская кровь? — удивился Михаил.

— С того, что Мария порезала руку.

— Вот черт… — мужчина переменился в лице и всем телом навалился на руль. — Парни, греби к берегу — живо!

И в этот самый миг что-то ударило в днище с такой силой, что нос вельбота подбросило метра на полтора. Матросы удержались, Дюран с визгом кубарем покатилась меж банок, а вот Машу швырнуло в море, как из катапульты.

И не успела девушка вынырнуть, как прямо перед ней раскрылась громадная пасть с дюжиной рядов острейших клыков, куда без труда поместился бы теленок.

Глава 36

— Маша! — князь бросил руль, кинулся на нос и с разбегу метнул в пасть акуле сосульку размером с бревно.

Однако чудище каким-то чудом успело сжать челюсти, и снаряд просто раскололся надвое, не причинив особого вреда. Зато теперь тварь увидела в шлюпке прямую угрозу, резко ударила плавником и точно торпеда ринулась в борт.

И от такого удара вельбот наверняка бы треснул пополам, а до берега — метров триста, не каждому хватит сил доплыть. А если и хватит, акула просто сожрет всех по дороге, так что реагировать нужно срочно, иначе — конец.

— Маневр — уклонение! — заорал я и схватил гарпун. — Полный вперед!

Если бы Михаил поддал с водомета, а матросы навалились на весла, мы бы наверняка проплыли прямо перед мордой гадины и избежали удара.

Но безутешный отец щучкой нырнул за дочерью, а гребцы перепугались так, что принялись махать веслами, как попало, без слаженности и ритма, отчего шлюпка просто кружилась на месте.

Хрясь!

Корпус подбросило на добрый метр и разломило посередине. Лодка набрала воды и почти сразу затонула, на поверхности остались только мелочевка вроде разбитых досок. За них и цеплялись матросы в попытках спастись, однако ни девушек, ни бородача среди них не заметил.

Нырнул — и сразу увидел жуткую картину. Анри якорем шла на дно — линь от гарпуна обвился вокруг лодыжки, а сорванная со станины лебедка тянула в бездну. Мария, испуская пятками и ладонями буруны, шла на помощь, а к ней в свою очередь уже неслась гребаная акула.

Я загреб что было мочи, но без магического движителя не мог развить и десятой доли скорости блондинки. Хорошо, что здоровяк оказался рядом, и когда громадина раззявила пасть, снова сколдовал в ней ледяной столб, но направил не в глотку, а поставил поперек.

Акула клацнула зубами и затрясла башкой — столб засел в пасти прочно, не выплюнешь. Вот только вода у поверхности — очень теплая, и лед рано или поздно растает.

Однако князь все же выиграл себе немного времени, подлетел на кипучих струях к дочке, схватил ее и свечкой потащил наверх.

Маша сопротивлялась, тянула руку в сторону француженки, но отец свой выбор сделал — наследница для него всяко важнее залетной девки. Дюран же с ужасом вытаращилась и замахала руками, ведь от гибели ее отделяли считанные секунды.

Но я ее бросать не собирался — не смотря ни на что. Рванул на последних кропалях кислорода, уцепился гарпуном за канат и перерезал электрической дугой.

К тому моменту рыжая ослабла настолько, что уже не могла двигаться. Поймал ее под локоть и погреб к поверхности, вздрагивая от перенапряжения и кипятка в легких.

Князь меж тем спешил к нам на помощь, и без него я вряд ли бы справился, но осадочек все равно остался. Уже на подходе Михаил внезапно распахнул глаза и указал куда-то мне за спину. Обернувшись, я увидел дюжину рядов игольчатых зубов, что уже готовились разорвать добычу на куски.

Дальше все случилось машинально, на рефлексах. Направил в морду рыбине гарпун и ударил молнией. И то ли стальной прут сконцентрировал магию, то ли просто так совпало, но вместо ветвистой дуги по острому хитиновому носу врезал чуть изогнутый разряд заметно большей длины, чем обычно.

Щелчок вышел весьма удачный. Тварь зажмурилась, захлопнула пасть и дернула хвостом. Из-за всего этого вместо укуса гигант просто проплыл рядом, дав возможность уцепиться за хитин бородками гарпуна. Поддав еще немного вольт, я вынудил рыбину всплыть и с огромным облегчением вдохнул полной грудью.

В мыслях сразу родился план — использовать молнию как кнут и загнать чудище прямо в док рыбзавода — похоже, то большое кирпичное здание около левого пирса он и есть.

Но задумка очень быстро разбилась о суровую реальность — от молний гад метался куда угодно, но только не туда, куда нужно. И чаще всего стремился уйти на глубину в попытке избавиться от боли.

И во время такого родео меня занесло в такую пучину, что без посторонней помощи уже бы не выплыл. И как не хлестал акулу по морде, рыбина разряд за разрядом погружалась все ниже и ниже.

Если дело так пойдет и дальше, я или околею, или банально задохнусь. Да, здесь еще не так глубоко, чтобы сильно пострадать от кессонной болезни — судя по блеску волн, надо мной меньше двадцати метров: опасно, но не критично.

Да и дно совсем близко, однако склон, заваленный обломками лодок, рваными сетями и прочим мусором, полого спускался в кромешную тьму, и тварь норовила юркнуть именно туда.

Пока что удавалось сбивать ей курс разрядами по глазам, но долго так продолжаться не могло. К тому же, с каждым новым ударом дуга выглядела все тоньше и тусклее — очевидно, мана подходила к концу.

И просто опустить акулу я не мог. Во-первых, мне пришлось бы медленно всплывать, а чудище наверняка попыталось бы отомстить за все обиды. Во-вторых, моряки и подруги еще не добрались до берега, и освободиться — значит, обречь на гибель и их.

И тогда на ум пришел последний — самый дерзкий и отчаянный план — придуманный простым перебором доступных заклинаний. Молния показала себя весьма посредственно, соблазнить тварь вряд ли получится, но что если прозондировать ее мозг ментальным щупом?

Быть может, удастся простимулировать определенную зону, которая заставит ее выброситься на берег или беспрекословно следовать моим командам?

Шансов мало, но иной вариант всего один — смерть. Как только чудище расслабилось, я перекинул гарпун поближе к башке, подтянулся и с размаху зарядил фиолетовый отросток прямо в мозг.

А затем я увидел мир чужими глазами. Мыслей подобных человеческим мне не открылось — все же у гадины нет разума, зато все тело пронзили пульсирующие всплески гормонов: опасность, страх, тревога, боль.

Существо не понимало, что с ним происходит, и всеми силами пыталось избавиться от странного паразита. И крохотный мозг буквально заливал черный туман, включающий попеременно инстинкты и рефлексы, но не один еще не привел к успеху.

И среди этой бури лишь на одном участке сохранялось относительное спокойствие — поэтому-то я сразу его и заметил. Очевидно, если эту часть коры не терзают негативные «эмоции», значит, это тот самый центр удовольствий.

Потянулся к нему магическим щупальцем и соединил со зрительными нервами, попутно объединив подобно контактам в микросхеме. Я видел и чувствовал все, что видела и ощущала акула, но не мог приказывать ей напрямую.

Поэтому подал «напряжение» на зоны мозга таким образом, чтобы связать блещущий на поверхности свет с покоем, сытостью и безопасностью.

И это сработало. Морской великан расслабился и медленно поплыл наверх, точно аквариумная рыбка при виде корма. И тогда я понял, что концентрируя на чем-то свой взгляд, вынуждаю акулу смотреть в том же направлении.

А если для мотивации простимулировать зону удовольствия, то примитивный гигант неспешно двинется в указанном направлении. То есть, я все же мог им управлять, пусть и опосредованно и задом наперед. Но этого вполне хватило, чтобы выжить самому и спасти всех остальных.