Страница 67 из 98
Небось он после нашего ухода быстро закончил чесать языками с Шизукой и кабанчиком устремился следом. Ну да, тут надо меня настроить против Снежиночи, да и вообще снять с себя всякие подозрения, а то мало ли к каким нехорошим выводам может прийти глава комитета. И весь прикол в том, что дай кому всю имеющуюся информацию и после оставить наедине с мыслями, то на следующее утро тот проснётся с пониманием, что Коцубо – мудак, маньяк и ублюдок.
Физрук достал из небольшой почтальонки ту самую записную книжку Снежинки и продемонстрировал её нам. Именем Шираюки передом, конечно же!
- Вот доказательство её вины!
Вся наша компания с нескрываемым скепсисом посмотрела на физрука, словно на умственно отсталого. Кажется, он тоже начал это понимать…
- Товарищ Коцубо, вы сейчас серьёзно? – скептически бросил я, намеренно глядя на него, как на идиота. – Я читал этот ежедневник и помимо хороших пометок, подходящих для попадания в новой выпуск статьи и кучи матерных выражений, в нём нет плана убийства Кеннэ… тьфу! Убийства Микогами.
- Ты не прав, Аоно – этот блокнот был на месте преступления!
- Улика! – выпалил я, приняв стойку матёрого сыщика. – А какого лешего, да простит меня Герасим, она у вас? Вы уже заляпали её своими пальцами!
- Э-э-э-э-э… – мужик подвис вместе с девочками.
Хрена с два я ему дам нагнетать обстановку и без конца вешать на наши уши свои макаронные изделия!
- Во-первых, раз что-то случилось, то комитет должен чуть ли не первым всё проверять и расследовать! Можно ещё привлечь соответственные органы, но не думаю, что полиция демонического мира быстро доберётся до академии, так что пока стоит справляться своими силами. Во-вторых, вы и так неправильный физрук, так ещё теперь и в детектива поиграть решили? Не смешите меня! Вам сначала пить научиться надо, а затем закусывать! Только после этого можете порываться играть в Шерлока Холмса. Ну а в-третьих, отдайте вещдок!
Если бы я не добавил последний пункт, кракен бы уже начал сливаться в своих доводах и через несколько правильных оборотов и уточняющих вопросов его можно будет смело паковать и сдавать на милость директора или вести под белы щупальца в казематы комитета. А так Коцубо быстро нашёл за что зацепиться и теперь уже пытался отыгрывать от этого.
- Прощу прощения, Аоно, но я прочитал этот ежедневник…
- Всё-таки заляпали, – брезгливо произнёс я, глядя на физрука, как на новобранца. – А ведь эта книжица могла оказаться там совершенно случайно…
- Там было много чего написано, Аоно. И судя по содержанию я понял, что в этот раз Шираюки доставала тебя, да?
- Да не то, чтобы очень… просто кое-где Мизори пришла к неправильными выводам и создала себе ненужные проблемы, за что мне очень сильно хочется устроить ей выволочку.
- Знаешь, Цукуне, в начале первого триместра она влюбилась в преподавателя, – мужик снова сменил тему, явно поняв, что со мной надо сразу гнуть свою линию и не сливаться после того, как я начинаю говорить. Сразу видно – оно учится! – Естественно, эта любовь оказалась безответной.
- Жаль мне того преподавателя, раз любовь взрослого мужчины к девочке помладше оказалась без ответа. В России за подобное и посадить могли бы…
- Нет, ты неправильно меня услышал! – бровь кольца-кальмара дёрнулась. – Именно Шираюки влюбилась в учителя и «по-своему» проявляла свою симпатию, а в ответ получала только игнор. И она отомстила учителю, превратив того в кусок льда!
- Бедненький. Потом же долго размораживать мясо придётся…
Окуто примерил на себя термин «размораживать мясо» и подумал в нужном ключе, от чего сглотнул. Да и мой взгляд давал ему понять, что я поглядываю на него, как на хорошую закуску к пиву, отчего ему до сих пор не по себе.
- Именно из-за этого случая Шираюки перестала ходить в школу, – Коцубо снова отвис и принялся подводить какие-то итоги. – По её поведению сразу видно, что она из себя представляет.
- Зажатая девочка со странностями в общении и поведении, которой тяжело общаться с новыми людьми. Жизнь в отдалённой деревне, акклиматизация после переезда и проблемы с коммуникацией на новом месте учёбы – такое кого угодно заставит озвереть! – важно произнёс я, сильно осаживая ошалевшего от моих слов физрука. – Когда жил в мире людей, я повидал немало таких. Одна моя знакомая вообще хотела зарезать своего парня, но там вовремя приехали санитары и спросили у неё, как та вообще умудрилась сбежать из палаты. Другая не могла разобраться в себе и постоянно пыталась найти «своё я» в разных увлечениях и порой бросалась в крайности. Там мой приятель смог с ней сойтись и вроде у них сейчас всё хорошо… но это всё лирика и вообще я ушёл от темы. Скажите, учитель, к чему вы сейчас нас подводите?
- К тому, что лучше бы Шираюки здесь не было, Аоно. Что думаешь, об этом? – ухмыльнулся он, глядя мне прямо в глаза.
- Отчасти соглашусь с вами, товарищ Коцубо, – я сделал пофигистичный взгляд и пожал плечами. – Мизори больше подошло бы учиться в людском мире и учиться лучше контролировать свои силы. Особенно в моменты эмоциональных порывов. Думаю, там бы Шираюки жила более насыщенной жизнью, чем в своей деревне на самообучении, а потом здесь, вляпавшись в дурно пахнущую историю…
- То есть ты можешь согласится, что нет разницы, будет она ходить в академию или нет?
- Самообучение… а потом договориться об индивидуальной сдаче экзаменов со знакомыми преподавателями. Хм… такое вполне возможно, особенно если хорошенько заплатить. Ей можно выделить куратора, который в будущем поможет написать ей дипломную работу и всё – работай из дому, если уж совсем нелюдимая…
Сейчас Коцубо старается расшатать меня, но я тупо стою и отвечаю ему. Да ещё и так, что физрук сам старается не сорваться и создать себе проблемы посреди академии. Он, бедный, не знает, раскрывать ли ему свои заготовленные карты или уже начать уходить от темы? Хотя приятно, что Окуто продолжает говорить со мной, видя, что я не тупо молчу и пребываю в шоке или шевелю мозгами, а даю вполне обоснованные ответы – таких кретинов ценить надо! Он вообще не понимает, что практически выдаёт себя главе дисциплинарного комитета, который вскоре может скрутить его и кинуть в подвал, принявшись с пристрастием допрашивать.
- Она действительно тебя не раздражает, Аоно? Эта девка липнет к тебе как грязь к ботинкам! Я уже не раз замечал, как она постоянно наблюдала за тобой, преследовала и докучала. Понимаю, какого тебе.
Я же достал из кармана сигарету, прикурил её, хорошенько затянулся и после глянул на кракена безучастным взглядом. А ведь теперь он более вдумчиво подбирает слова, ибо крякни он «видел» или «наблюдал», а не «замечал», то дал бы мне лишний повод докопаться до него.
- Знаете… – я выдохнул негустое серое облачко, – я уже какое-то время много обдумывал один случай и собирал всевозможные слухи про девочку, заморозившую преподавателя, и пришёл к выводу, что…
- Верно, это был я! – перебив меня, нагло заявил он, оттягивая рукав своего свитера…
- ДИО?! – вот тут теперь уже я отыграл невиданное удивление и даже отошёл назад, показывая, что я немного напуган. Принял стойку и сделал вид, что приготовился к бою.
Девочки охренело вылупились на меня, а Коцубо вообще растерялся.
- Какой, к Владыкам, Дио?! – охренело выпалил физрук, что уже демонстрировал на своей руке последствия его ледяного ожога. – Кто это?
- Дио Брандо – не вампир, а настоящая сволочь, которую боялись даже пользователи хамона!