Дитё 3

Пока платежной системой были Новгородские деньги, но уже начал работать горн моего личного ювелира, и деньги меняли по тому же курсу на княжеские рубли и копейки с моим профилем с одной стороны и номиналом с другой. Пока монет было не особо много, но с каждым днем по мере их создания они вытесняли старую платежную систему. Да и как быть по-другому, у меня монеты ровненькие, красивые, а Новгородские грубые, как будто сделанные ребенком. Большая часть созданных монет были медными, их количество уже перевалило за две тысячи, вот серебряных было создано всего две сотни, золотых и того меньше, три десятка, да и то в качестве образца. Я их раздал всем боярам и купцам, чтобы знали, какие они.

Вчера удивил Шереметьев. Собрав свои немногочисленные накопления и вложив весь свой последний доход, он вчера пришел ко мне и выкупил один из трофеев. Двухмачтовый бриг из последних трофеев. Теперь у него был собственный корабль, и он уже начал погрузку на него, готовясь к дальнейшему плаванью.

Новгородские бояре, что плыли со мной на четырех судах, пока никаких проблем не доставляли, хотя я был очень удивлен, что они вообще на своих лоханках доплыли с нами. Я думал, что эти бунтари будут мутить воду, но ничего подобного, мои разведчики о таком не докладывали. У бояр, которые организовали свою общину, только и разговоров было о Новых землях, что и как они будут делать и строится. О бунте разговоров не было, как и об отсоединении, они твердо решили плыть с нами и дождаться пока я не выделю им земли в собственность, хотя до сих пор не принесли мне клятву на верность. То есть они не являлись моими вассалами. В принципе ничего страшного, континент большой, наружу им землю неподалеку от одного из своих поселений, чтобы они могли их посещать и делать покупки в лавках и магазинах, и пусть живут, продолжают свой род.

— Сколько еще займет постройка?

— Это он материалов завесит, князь, — ответил бригадир артели, что спустился с вышки, когда ему сообщили о моем приближении. Обычно я путешествовал по острову на своем коне в сопровождении трех конных воинов, но сегодня был только один, двое других участвовали в подъеме пушек на одну из крепостей, что была фактически закончена. Там остался только косметический ремонт.

— Постройка башни приоритетно, так что весь материал с лесопилки идет к вам. Я обогнал три телеги, что везут к вам брус и доски, скоро они подъедут.

— Тогда дня за три закончим, тут не самое трудное и сложное осталось. Крыша для вышки уже готова, вон она в стороне лежит, чуть позже мы ее поднимем.

В это время раздался крик с вышки, один из рабочих бросив случайный взгляд в море, заметил что-то темное на воде. Мгновенно по стропилам взлетев на верх, лестница еще сроилась, я достал свою подзорную трубу и посмотрел на предмет, что действительно выделялся на темной свинцовой воде.

— Действительно корабль, — известил я всех присутствующих. — Причем не наш. "Змейка" и "Ёж" вон с другой стороны острова в патруле, остальные в гавани. Да и не рыбаки это, оба баркаса левее, поднимают сети. Нет, это чужой.

— Странно, как он добрался сюда, пять дней шторм бушевал, работать не давал, вчера только стих, — сказал поднявшийся следом и вставший рядом артельный.

— Вопрос, — согласился я.

Продолжая разглядывать в подзорную трубу неизвестный корабль, я пробормотал:

— Двухмачтовый торговец… Вроде баркентина, корпус плохо видно, он еще за горизонтом, только мачты виднеются, — оторвавшись от трубы, я посмотрел на корабль простым взглядом и, покосившись на молодого плотника, который заметил корабль и спросил. — Как ты вообще его рассмотреть сумел? Точка на горизонте непонятная.

— Темное пятно с белым увидел, вот и понял что это корабль.

— Понятно, — хмыкнул я, и снова приложившись к трубе, продолжил рассматривать неизвестного, однако не долго, повернувшись к артельному, велел. — Продолжайте работы, вышку нужно закончить к сроку. Как вы поняли, она нам очень нужна.

С сожалением посмотрев на длинные столб, который лежал на земле возле вырытой-вырубленной ямы, мы его собирались использовать для подъема флага Княжества и как сигнальный, для сообщений в случае обнаружения противника, убрал трубу в чехол и, махнув рукой сопровождающему воину, чтобы подвел коня, быстро спустившись вниз, запрыгнул в седло. Через пару минут мы уже спустились по тропинке с холма и, пропустив встречные телеги с материалом, галопом понеслись в порт.

К сожалению, на "Беде", Дубов проводил внутрикорабельные работы. Она была вытащена на берег и было снято часть обшивки вместе с медным листом, шла шпаклевка смолой, поэтому я пронесся мимо нее и, натянув поводья у пирса, который был почти закончен, строители сбивали настил, укрепляя пристань, оставил коня сопровождающему воину. Отдав приказ дежурному порта поднять взвод стрелков и сообщив ему о причинах ажиотажа, я побежал по свежим струганным доскам пирса, перепрыгивая через провалы под которыми плескалась вода, к "Неве". Нашему дежурному боевому кораблю, который находился готовым к выходу как раз на такой момент.

Полусонная команда, встряхнувшись, тут же начала работы по отходу от причала, но особо не торопясь с этим к нам от казармы бежал с пищалями взвод стрелков, три десятка. Собраться они не успели, поэтому несли все в руках, ничего нам под ветром долго маневрировать, чтобы выйти из порта, так что успеют надеть амуницию.

В течение полутора часов из-за неустойчивого встречного ветра мы выбирались из порта и отходили от острова. Пришлось идти в крутой бейдевинд, да и то прошли буквально в кабельтове от рифов, но все-таки вышли на чистую воду. Повезло, что вообще умудрились выйти из порта со встречным ветром, одно гласирование в узком проливе не песня, сказка. Тут только одно помогло, опытная команда, которая последние два месяца выходила в море в составе боевой группы для учений, которая справилась с заданием и не посадила корабль на скалы.

— Бочкарев! — крикнул я капитану "Невы". — Ветер усиливается, как бы опять не шторм. Нужно поторопиться. Идем левым галсом круто к ветру, подняв все паруса кроме грот-бом-брамселя.

— На бок ляжем, командир! — крикнул в ответ капитан. Он уже ходил в штурмовой ветер, когда запоздал с возвращением в порт и знал что говорить. Две реи тогда потерял, и несколько канатов пришлось менять.

Посмотрев на уже поднятые паруса и матросов, что по вантам поднимались наверх, я отрицательно покачал головой.

— Нормально.

Подняв практически все паруса, мы с крутым креном на правый борт врезаясь носом и бушпритом в крытые волны Атлантики, буквально понеслись к неизвестному кораблю, который стал виден с палубы невооруженным взглядом, стараясь зайти к нему с подветренной стороны, чтобы у нас было хотя бы преимущество по ветру.

— Капитан! — закричал с мачты сигнальщик. — Наблюдаю выходящий из-за острова "Ёж".

— Поднять сигналы "Князь на борту", "Наблюдаю с подветренно стороны неизвестное судно", - тут же откликнулся Бочкарев и тут обратился ко мне. — Командир?

— Пусть оба сторожевика поучаствуют, — кивнул я, подходя к корме.

Капитан тут же стал отдавать приказы по поднятию флагов. Через минуту прозвучал холостой выстрел сигнальной пушки, заканчивающий общение с помощью флагов. Оба корабля, "Ёж" и показавшаяся из-за острова "Змейка" прибавив парусов, пошли навстречу неизвестному. Правда сильно южнее от нас, но зато неизвестный не сможет уйти по ветру, его прихватят наши сторожевики.

Через пятнадцать минут, когда до неизвестного осталось буквально пятнадцать кабельтовых, сигнальщик сообщил: