Страница 48 из 79
Я сажусь на стол и широко раздвигаю ноги.
Макс встает между моих бедер, и когда его пальцы касаются моего клитора, он говорит:
— Я бы задушил тебя голыми руками.
Он вводит в меня палец, вызывая у меня стон. Моя голова откидывается назад, открывая ему горло.
Возвращая другую руку к моей шее, он ласкает мою кожу. Я чувствую его член у своего входа, и когда он входит в меня, его пальцы обхватывают мое горло, и он перекрывает мне доступ воздуха.
Я задыхаюсь, и не могу сделать вдох. Мои глаза остаются прикованными к его глазам, когда он безжалостно входит в меня, и не проходит и тридцати секунд, как мой оргазм грозит захлестнуть меня.
Сдавленный всхлип вырывается у меня, и только тогда Макс ослабляет хватку и позволяет мне дышать.
Черты его лица мрачны и смертоносны, когда он приказывает:
— Кончи для меня, детка.
Я хватаю ртом воздух, когда удовольствие накатывает электризующими волнами.
Руки Макса обвиваются вокруг меня, и я прижимаюсь вплотную к его телу, пока он продолжает трахать меня жестко и быстро. Его светло-зеленые глаза держат меня в плену, наше дыхание учащается.
Когда мое удовольствие начинает угасать, я чувствую, как его пальцы касаются шрама на моей спине. На его лице появляется вспышка боли, прямо перед тем, как он опустошает себя внутри меня.
Должно быть, он видел шрам раньше, и я надеюсь, что он не спросит, откуда он у меня. Я не уверена, что готова кому-либо рассказать о самом мрачном времени в моей жизни.
Кроме моего отца, никто не знает, что в меня стреляли, когда мне было семнадцать.
Но, может быть, однажды я буду готова поделиться этим с кем-то, и, возможно, этим кем-то будет Макс.