Страница 23 из 27
– Да вот они. Бери, смотри…
– И никакие они мне не братья, – неожиданно добавил Миша. – В гробу я их видал.
Парковка перед тайским рестораном «Чанг Мэй» напоминала выставку-продажу немецких авто бизнес-класса: «Ауди», «Мерседесы», «БМВ». Мачо обратил внимание на машину, явно выбивающуюся из этого ряда, но зато полностью соответствующую полученным из резидентуры описаниям: старенький «Форд Фиеста» мышиного цвета, на арках – следы грунтовки, на лобовом стекле трещина в пять дюймов, ключи – в замке зажигания. Патриотично, по меньшей мере. И стильно, если принять во внимание модную у богатых американцев тенденцию рефлексировать по поводу своего благополучия. Хотя, скорей всего, Бицжеральд просто перестраховался в своем стремлении к незаметности. Здесь этот «Форд», напротив, бросается в глаза. Мачо подошел вплотную к машине и заглянул в салон. Ключи, действительно, были на месте. Хоть за это спасибо.
В начале пятого он открыл дверь ресторана «Чанг Мэй», вошел и сел за дальний столик. Заказал зеленый чай с козьим сыром и еще какой-то тайской еды, ткнув наугад пальцем в меню. Народу было немного, больше половины столиков пустовало. Он нашел глазами долговязого парня за вторым от стойки столом. Это, должно быть, и есть человек Бицжеральда. Парень принялся задумчиво почесывать затылок, словно взгляд Мачо каким-то таинственным образом воздействовал на его нервные окончания. Он не знает, кто сюда придет, и должен реагировать на каждого нового посетителя. Вот он энергично потер левую щеку. Мачо перевел взгляд на столик слева.
Там сидели двое мужчин, одетых не по погоде и не по обстановке. То, что они не сняли просторных курток, выдавало спрятанное оружие, а тонкие черные свитера удобны для спусков в холодные подземелья. Два блондина, один с явной рыжинкой, его безбровое лицо по цвету напоминало собачье вымя. Мачо достал фотороботы тех, кто напал на квартиру Хоря. Похожи.
Пришла официантка, похожая на измотанную в тяжелых боях самурайшу, принесла бесцветный чай и прикрытую фарфоровой крышкой пиалу с какой-то остро пахнущей тайской дрянью. Мачо отхлебнул чай, приподнял крышку и подумал, что экзотика экзотикой, но лучше бы эти два гангстера скорее сматывались отсюда, чтобы ему не пришлось есть то, что находится в пиале. Самурайша стояла рядом и смотрела на него, явно чего-то ожидая. Он отхлебнул пресный чай, сказал: «Превосходно». Потом обмакнул деревянные палочки в непонятное варево, сделал вид, что облизал их, и сказал: «Замечательно». Самурайша сладко заулыбалась, превратив на мгновение лицо в клубок желтых змей, и отвалила в сторону.
Парень за вторым столиком медленно приподнялся и направился к выходу, оставив на блюде для лепешек несколько смятых банкнот. Нежно прозвонила в колокольчик входная дверь. Тут же к освободившемуся месту подбежала уборщица и принялась рьяно протирать стул мокрой тряпкой. Мачо усмехнулся. За два часа дежурства этот тип подал столько «маяков», что персонал ресторана наверняка считает его чесоточным.
Мачо хлебнул еще чаю. Пока он демонстрировал свою лояльность к тайской кухне, блондины настороженно ощупали его взглядами и обменялись парой фраз. Ну и ладно, такая у них жизнь – всего опасаться. Никаких внятных подозрений он возбудить не мог.
Через пятнадцать минут после того, как Мачо перешагнул порог ресторана, они подозвали самурайшу и расплатились. Самурайша передала им бумажный пакет с надписью «Chiang Mai Restaurant» и два тяжелых кожаных плаща. Блондины встали, обнаружив без малого по два метра росту на брата. Теперь они напоминали героев голливудского боевика «Харлей Дэвидсон и ковбой Мальборо»: те носили похожие плащи, от которых отскакивали пули. Только в реальной жизни ни рост, ни пулезащитная одежда, ни физическая сила, ни боевые навыки не могут спасти от внезапной атаки разъяренного гремучника.
Мачо сделал еще глоток. Чай густо отдавал сливочным маслом и дымом бамбука.
Блондины вышли на улицу и, остро осмотревшись по сторонам, сели в черный «Мерседес» и выехали со стоянки. Мачо прервал чаепитие, положил на стол деньги и выскочил к своему зачуханному «Форду».
Все пошло не совсем по плану, но так бывало почти всегда, и Мачо к этому привык. По плану оба дружка-блондина из «Чанг Мэй» уже должны были примерять смоляные робы в аду. Но они еще жили, и жили неплохо… По их собственному, конечно, разумению. Вначале долго кружили по городу, заходя в разные офисы и мелкие фирмы либо встречаясь с какими-то людьми, которые выходили прямо к «Мерседесу» и подавали что-то в проем окна, над приспущенным тонированным стеклом. Потом заехали за довольно потрепанной, но броско одетой девицей, потом за другой, такой же. В палатках у метро накупили водки и закуски.
Мысленно вычерчивая маршрут, который они вместе проделали по городу за последние два с лишним часа, Мачо видел бессмысленные петли, росчерки и зигзаги… Как будто кто-то расписывал ручку на карте Москвы. Или обеспокоенный гремучник кружил по песку пустыни Мохаве… А может, гремучник рыскал по Москве? Ведь в мире все так перепутано… Но вот постепенно линия спрямилась, протянувшись на юго-запад. У гремучника появилась цель. Скорость «Мерседеса» возросла, Мачо с трудом удерживался «на хвосте».
На подъезде к Юго-Западу «Мерседес», не снижая скорости, свернул с проспекта Вернадского вправо, между высотками, выстроенными еще в начале восьмидесятых. «Форд» гудел, скрипел и натужно дрожал. Вряд ли он долго выдержит эту гонку.
И точно – банка глушителя отвалилась на «лежачем полицейском». Мачо видел в зеркале заднего обзора, как проржавевший кусок железа, подпрыгивая и высекая искры из асфальта, покатился к разделительной линии. Серая «Волга», что шла в нескольких метрах позади, притормозила, клюнув решеткой радиатора, и опасно вильнула задней частью.
– Упс-с, – пробормотал Мачо и придавил педаль акселератора. Под днищем, где-то под самым сиденьем, яростно загрохотали отработанные газы.
…Его догнал раздраженный сигнал «Волги», но Мачо больше не отвлекался. Друзья-блондины мчались, как пожарные на вызов. Дома расступались и снижали этажность – наверняка скоро здесь все снесут, и грянет большая стройка.
На кривоватой кустарной стрелке с надписью: «Гаражный кооператив „Калина“» – вороной штутгартский жеребец резко взял вправо и съехал с раздолбанного асфальтового покрытия на желтую, укатанную тырсу, будто приехал в дачный поселок. На неровной дороге ему пришлось сбросить скорость, а Мачо вообще остановился перед поворотом, чтобы блондины не увидели его в зеркале. Через пару минут, отпустив «Мерседес» на приличное расстояние, он двинулся следом.
Вскоре Мачо понял, что тырсовая дорога ведет в типичный для крупного российского города «кар-виллидж» – эдакий трущобный поселок из приземистых кирпичных, железных и бетонных коробок гаражей. Здесь течет своя жизнь, здесь с утра до ночи копаются во внутренностях изношенных, но любимых «Жигулей» пенсионеры, здесь зашибают трудовую копейку карбюраторщики, электрики, кузовщики и прочие автоспециалисты узкого и широкого профиля. Здесь играют в карты и домино, пьют водку с пивом, сюда привозят проституток и нетребовательных любовниц, здесь перебивают номера угнанных автомобилей, прячут оружие и краденые вещи, а иногда и скрывают заложников.
Проехав поднятый шлагбаум, «Мерседес» остановился у напоминающего крепость двухэтажного бетонного гаража рядом с вагончиком, над которым было написано «Шиномонтаж». Из гаража выскочил парень, почти такой же комплекции, как блондины. Он расцеловался с приехавшими братанами, похлопал по задницам не очень возмущающихся дам. Мачо медленно проехал мимо, чуть опустив стекла и безразлично глядя перед собой. Но увлеченные встречей блондины не обращали внимания на прекрасно вписывающийся в окружающий пейзаж убитый «Форд».
– А где ребята?
– Слон с Валерой снизу поднимутся, да и Славянин обещал подтянуться…
– С телками?
Больше Мачо ничего не услышал. В зеркальце он видел, как, выгрузив из багажника спиртное и закуску, все скрылись в бетонной крепости. Он проехал до конца гаражной улицы, где возле остова двадцать первой «Волги» ожесточенно спорили четверо крепко выпивших небритых мужиков. Потом развернулся, на первой передаче прокрался назад и, прижавшись вправо, припарковался у запертых ворот скромного железного гаража. Отсюда, не привлекая внимания, можно было наблюдать за воротами находящейся в полусотне метров двухэтажной крепости. Гремучник занял место за спиной охотников.