investigator

Глава 29

Домой я сегодня добирался через ЦУМ. Пришла осень и назрела необходимость в покупке теплых вещей. Первым делом зашел в сам магазин, поднялся на второй этаж и прогулялся по отделу одежды. Ряд с висящими на плечиках пальто меня разочаровал — в эти модели только партийных функционеров наряжать. Мне нужно было что-нибудь посовременнее.

Отвернулся от этого старья и пошел искать куртки. Нашел их на звук — в соседнем ряду между собой переругивались покупатели, определяя очередность — это-то меня и привлекло.

— Не больше одной в руки! — заглушил всех зычный голос продавщицы.

Я быстро пристроился к начавшей образовываться очереди — нарабатываю рефлексы, необходимые для выживания в Советах. Здесь даже если не знаешь, что выкинули — медлить нельзя. Нужно срочно вставать в очередь, а разбираться, надо тебе это или нет, будешь потом, когда застолбишь место.

— А чего дают? — спросил, подскочивший вслед за мной пожилой мужчина.

— Кожаные мужские куртки выкинули, — развернувшись, сообщила ему девушка, что оказалась впереди меня.

— О, надо брать! — определился тот.

Я посмотрел назад, хвост очереди уже уходил в соседний ряд. Местные соображают быстро.

— Молодой человек, — ко мне подбежала женщина с курткой в руках, — Померьте, пожалуйста. Вы такого же телосложения, как мой сын, — она умоляющим тоном, на грани нервного срыва, озвучила свою просьбу.

— Давайте, — решил примерить: если не понравится, так хоть стоять не придется.

Куртка была из черной хорошо выделанной кожи, на пуговицах и длиной доходила до середины бедра. В общем приличная, единственное, без утеплителя, но до ноября можно будет и в ней походить.

— Очень хорошо, — разглаживала и одергивала одетую на мне куртку покупательница, — Должно подойти. Спасибо, снимайте, — добавила она повеселевшим тоном.

— Вам очень едет, — обрадовала меня стоящая впереди девушка.

— А вы кому берете? — спросил я у нее, ведь та оказалась симпатичной блондинкой.

— Мужу, — улыбнулась она, продемонстрировав мне кольцо на пальце.

Облом. Но хоть куртка досталась. Не зря убил полчаса.

А вот в обувном ничего приличного не оказалось. Поэтому я отправился на поиски Константина. Нашелся он быстро, когда я спускался из магазина по лестнице, он как раз подходил к крыльцу.

— Здорово, — протянул я ему руку.

— Давно не виделись, — ответил он на рукопожатие, с интересом меня рассматривая.

— Понадобилась твоя помощь, — завуалированно сообщил ему я.

— Оказывать помощь жаждущим — мое призвание, — захохотал он, тряхнув гривой волос, что сегодня не была затянута в хвост.

Когда мы отдалились от магазина, я посетовал на невозможность найти нормальную демисезонную обувь. Костя мне охотно посочувствовал и предложил пару вариантов посмотреть уже сегодня. Показ осенней коллекции состоялся все в том же гараже. Мне были продемонстрирован несколько пар, но меня заинтересовали только черные кожаные ботинки на замке и липучках и такого же цвета кожаные туфли на шнуровке, с теплой стелькой из шерсти.

— Эти беру, — сказал я фарцовщику после примерки.

— Триста пятьдесят за две пары, — был мне ответ.

Пятница прошла скучно: работа по уголовным делам, обед с коллегами, политинформация на полтора часа, и заверения сотрудницы юридической консультации, что Зудилиной на работе нет.

Из новшеств — замотивированная Головачевым, Журбина усиленно пыталась меня строить, я в ответ безропотно, изображая безразличие, выполнял все ее требования. Так и не увидев на моем лице раздражения и не дождавшись протеста, к концу дня она выдохлась.

А в субботу мне предстояло тащиться в гости — выполнять обещание, данное Митрошину. Решил пойти часов в пять, чтобы сильно там не задерживаться. Алина, конечно, девушка красивая и даже в моем вкусе, но ведь с ней не получится завязать привычные для меня отношения: развлечься, наскучить друг другу, а после разбежаться. Боюсь, ее отец этого не поймет и погонит меня пинками в ЗАГС, а мне этот маршрут совсем неинтересен. Да и портить с заместителем прокурора отношения, с которым у нас начал складываться отличный тандем — надо быть полным идиотом. Вот и не знаю я, как мне поступить, чтобы все довольными остались — я, Алина и ее папа.

Оделся демократично — синие джинсы с кроссовками, водолазка и новая куртка, на случай если к вечеру похолодает. Посмотрел на себя в зеркало и завис с мыслью о переодевании в свой старый студенческий прикид, в нем я точно Алине не понравлюсь. Но потом вспомнил, что Митрошин видел меня в приличном костюме и такой мой финт вызовет у него подозрения. Сплюнул и вышел из квартиры.

Час езды на автобусе с заездом на рынок, и я на месте. Пощелкав пальцами, все-таки нажал на дверной звонок. Как-то неловко я себя ощущаю, когда иду через двор этого дома и подхожу к квартире. Вот когда переступаю порог, вся скованность уходит. Внутри другая обстановка и там мне ничего не напоминает о детстве и моих стариках.

Дверь раскрылась и на пороге в изящной позе застыла Алина. Она тоже была в джинсах, только расклешенных к низу и в кофточке с неглубоким декольте. Светлые волосы также, как и при первой нашей встрече были распущены и падали ей на плечи. Глаза сияли хитринкой, губы изображали легкую усмешку.

— Привет, — поздоровалась она, пока я ее разглядывал.

— Привет. Это тебе, — я протянул ей одну белую розу.

— Как мило, — улыбнулась она, показав мне ямочки на щеках.

Приняв символический подарок, девушка отступила в прихожую. Я шагнул следом. Снял обувь с курткой и прошел в гостиную. Алина же убежала с цветком куда-то в сторону кухни.

— Здраствуйте, — поздоровался я с четой Митрошиных. Борис Аркадьевич сидел в кресле и читал газету. Увидев меня, он ее отложил и, поднявшись, протянул мне руку.

Светлана Григорьевна при моем появлении что-то расставляла в стенке. Обернувшись, она расплылась в приветливой улыбке.

— Вы как всегда прекрасно выглядите, — сделал я ей комплимент. Меня еще отец учил, что разговор с женщиной надо всегда начинать с комплимента, даже если это ссора, больше дивидендов от общения получишь, а в последнем случае, быстрее перейдешь к стадии примирения.

— Альберт, рада тебя видеть, — сообщила она мне, — А мы уже заждались.

— Я спешил как мог, — заверил я.

— Молодец, что пришел к ужину, — похвалила она меня, не убирая улыбку с лица. — Вы тут пока пообщайтесь, а я на кухню, — сказав это, женщина упорхнула.

— Ну, рассказывай, как там у тебя дела? — Митрошин указал мне на второе кресло.

— Да, нормально. Строят, — ответил я, пожав плечами.

— Строят? — засмеялся он.

— Ага, дрессируют. Надеюсь, надолго их не хватит, — легкомысленно поделился я тем, что, если честно, и проблемой-то не считал. Поизображает Журбина строгую начальницу, а через неделю, максимум две, все вернется на круги своя. Эти риски были заложены в стоимость услуги.

Митрошин никак не прокомментировал мой прогноз, лишь кивнул головой в знак согласия.

— А у вас, Борис Аркадьевич, никаких проблем из-за меня не было? — спросил я, наблюдая как в комнату зашла девушка, поставила на журнальный столик тонкую вазу с белой розой, после чего присела на банкетку возле отца.

— У меня? — вновь засмеялся он. — С прокурором мы обсудили тему применения залога и пришли к выводу, что на поток его все же ставить не надо, а как исключительная мера сойдет. В юридической практике и не такое случалось, — крутанул он ладонью, словно отмахиваясь от несущественного.

— То есть прокурор не запретил применять залог? — уточнил я.

— Посмотрим, как еще Москва отреагирует на наше применение закона, о существовании которого все уже успели позабыть, — притормозил меня Митрошин.