Страница 123 из 126
— К сожалению… бу-бу-бу…
— Да, но, может быть, уже можно будет, к тому времени… бу-бу-бу…
— А скажи, Серёжа…, — взглянул на меня, заложил руки за спину, — скажи, Саша, а у тебя был роман с мальчиком? – я взглянул на доктора, на смутившуюся маму, спросил:
— В смысле? – Женька больно куснула меня. – Ай!
— Прости! – понял доктор, почему малышка кусается. – Я имею в виду, до секса, случайно, не дошло? До петтинга?
— Нет! – резко ответил я, потом подумал, что всё равно надо сказать: — Но мысли мелькали.
Погладив сестрёнку по головке, прошептал:
— Кушай, кушай, больше не буду…
— Например? – не отставал Вячеслав Фёдорович, насторожившись.
— Ну…, — я посмотрел на маму, которая сидела, широко открыв глаза, и замолчал.
— Не надо ничего скрывать, Саша, — мягко сказал доктор, — особенно, от мамы. Она, оказывается, почти ничего о тебе не знает! – я передёрнул плечами. Конечно, где ей знать? У неё Серёжка свой есть.
— Скажешь? – Настя опять занялась моими плечами, заглядывая мне через плечо.
— Ничего не было, потому что у Мишки девушка была. Они с ней, наверное, что-то делали, не при мне. С Мишкой мы только целовались. Мне этого хватало.
— А ты знал, о их связи?
— Знал, конечно. Он же нормальный парень, а я малышка была, ростиком ему по грудь.
— Но всё-таки, какие мысли у тебя были на его счёт? – я покраснел:
— У меня была специальная наклейка на… вот сюда, — показал я на изнывающий членик, — там была устроена искусственная вагина. И…, ну сами понимаете, сзади тоже специальное отверстие. Девчонки мне советовали, но я отказалась. Страшно было предлагать, а сам он меня ребёнком считал…, — я часто заморгал глазами, пустил слезу.
— Не плачь, Сашенька, — Настя вытерла мне слёзки платочком, — может, ты обычный бисексуал, и никаких опухолей и синдромов у тебя нет. А с этой проблемой Вячеслав Фёдорович справится. Малышка наелась? Отдай её маме, а мы возьмём у тебя анализ, пока есть возможность.
Откуда-то у Насти появился контейнер для анализов, она пристроила его к моему членику, открыла головку, подышала на него, сделала пару движений, и из меня вырвалась небольшая струйка белёсой жидкости!
Я быстро подсчитал дни, пришёл к выводу, что получилось даже позже, чем ожидал.
— Вот умница! – обрадовалась девушка и не удержалась, поцеловала меня сначала в губы, потом украдкой слизнула каплю молока с груди, закрыла крышечкой баночку со спермой, отдала врачу и стала сдаивать остатки молока в кюветку.
— Не трогай, я сама, тоже на анализ. Не часто мы получаем мужское молоко. Надо же знать, чем твоя сестрёнка питается! – глаза у медсестры блестели, я понял, что ей понравилось со мной возиться, и она с удовольствием выпила бы моё молочко. И не только из груди. Даже отпустило напряжение, расслабились мышцы живота и груди, быстро выбежало оставшееся молочко.
Благодарно посмотрев на Настю, понял, почему Вячеслава Фёдоровича так любят пациенты, и почему у него такая слава врача от бога. Его помощнице хотелось всё рассказать и показать!
А с девушками, скорее всего, он сам работает.
Мама ничего не спрашивала, доктор сам ей сказал:
— Не волнуйтесь, Нина Павловна, с вашим сыном… Хм. С Сашей всё в порядке, скорее всего. И с Серёжей, тоже будет всё хорошо. Меня только волнует его фертильность, но, если что, назначим ему заместительную терапию, а ещё лучше, назначим антиэстрогены, подстегнём выработку собственного тестостерона. Тогда постепенно лактация пропадёт, мальчик начнёт развиваться по мужскому типу.
— А это не вредно? – показала мама на меня.
— Лактация? Если у него опухоль, удалим, само пройдёт, пусть пока кормит или сцеживает, ему же больно будет, если прекратить. Зачем мучить ребёнка? Кожа у него молодая, эластичная, всё сгладится, со временем, грудь не будет обвислой.
— Хорошо, если так, а то я уже волноваться стала…, — я хрюкнул, рассмешила! Мама обиделась, наверное, замолчала.
Я опять переоделся в девочку, Настя помогла с макияжем, мама занялась Женькой, держала её на руках.
Когда вышли, очередь зашумела, расплёскивая негатив, типа мы блатные. Сделав покер фейс, вышли из больницы. Мама со мной не разговаривала.
Забрав у неё ребёнка, я остановила такси.
— Саша? – удивился таксист. – Еле узнал! Твой ребёнок? От кого?
— Это моя сестричка, Женя, — не стал я возмущаться, устраиваясь на заднем сиденье.
— А тебе идёт быть мамой! – хихикнул таксист, дождавшись, пока моя невесёлая мама устроится рядом с ним.
— Всё ещё впереди, — загадочно сказал я, и таксист согласился со мной:
— Да, конечно, тебе ещё гулять да гулять!