Страница 6 из 41
Атака была отбита, но подтянулись снайпера и переползать из окопа в окоп стало проблематично, чуть поднял голову и сразу выстрел. Ползать и менять позицию под огнем то ещё удовольствие. Потому я остался на старой позиции и стал расширять и углублять окоп. Перерыв оказался не большим и опять захлопали минометы. Этой группе ЗАНЛА была поставлена задача — захватить город и объявить о создании временного комитета на территории самой Родезии. Под это дело готовился запрос в ООН и применение войск по мандату ООН. Китай и США были готовы выделить войска для введения в Родезию для защиты освобожденной территории Зимбабве. Но пока на пути у этой банды оказались мы. Сборная солянка. Новобранцы, заканчивающие учебный курс и несколько рот регулярной территориальной армии. Историки никогда не признают тот факт, что на пути ЗАНЛА встали не только белые, но чернокожие в составе территориальных рот более 90% были чернокожие. Под прикрытием минометного обстрела опять была проведена разведка боем. Террористы обозначили натиск и после того, как попали под огонь сразу отступили. Недолгое молчание и тишина опять прервана минометным огнём. Затем снова яростна атака — атакующие негры перли безо всякого смысла прямо на пулеметы. Неспешные воды этой речки в буше опять были красными от крови и опять мертвые тела медленно поплыли по течению вниз по реке. Китайцы совершенно не жалели этих черных революционеров. Можно сказать они утилизировали негров. Атака почти захлебнулась, но на правом фланге внезапно началась ожесточенная стрельба. К этой колонне ЗАНЛА, подошли союзники из ЗАНРА/ те же самые негры, но из союзного на данный момент национально освободительного фронта. К трем тысячам атакующим в лоб, добавилась ещё тысяча боевиков с правого фланга. Спасло нас только одно. В ЗАНРА препараты для поднятия боевого духа, стимуляторы на основе наркотиков перепродали и в бой пошли обычные негры, которые в прямом боестолкновении никогда не отличались высокими боевыми качествами. На правом фланге восстановили позицию на наше положение было очень тяжелым. Срочно нужна была воздушная поддержка. Но авиация в Родезии поднималась в воздух по согласованию с командованием ЮАР. Выше я уже рассказывал о тяжелом положении ВВС с техникой и наш союзник Южно Африканская республика предоставляла технику и личный состав, но применять эту технику можно было только по согласованию с командованием ВВС ЮАР. Пока проходил запрос на авиационную поддержку и принималось решение уходило драгоценное время. Вторую атаку мы тоже отбили, но время уходило «птички» не прилетали в китайские минометы перепахивали нашу позицию. Патроны были на исходе и одну из винтовок разбило осколками мины. Несмотря на минометный обстрел и работу снайперов я пополз к позиции нашего пулемета. Судя по внешнему виду пулеметного гнезда, дела у пулеметчиков пошли наперекосяк. Так и было. Минометная мина угодила в окоп и расчет пулемета погиб. Но сам пулемет уцелел и остались патроны. Собрав патроны и подхватив пулемет, я вернулся в свой окоп и стал готовиться к третьей атаке. Время давно уже ушло за полдень и скоро будут сумерки. Ночью атака маловероятна и потому у нас может появиться дополнительное время если продержимся до темноты. Китайцы опять погнали негров вперед и те опять глядя вперед пустыми глазами полезли в воду этой безыменной реки и опять я стрелял в этих людей, которые механически переставляли ноги и брели к нашему берегу. Затем пришло время гранат и вот уже только отдельные боевики выбравшись на наш берег бегут к нашим позициям. Огонь в упор косит оставшихся в живых штурмующих наши позиции, и я выдохнул — всё уже сумерки и ещё одну атаку организовать они не смогут. Значит у нас есть ночь на перегруппировку наших сил и наконец возможно появиться авиация. Но эти надежды и планы оказались далеки от действительной обстановки. Под прикрытием это самоубийственной атаки к нам в тыл вышли боевики ЗАНРА и на правый фланг вышли китайские инструкторы. Боевики в тылу так и остались и не пошли в атаку. Китайские инструкторы в бой пошли и успешно взвод который оборонялся на правом фланге был уничтожен холодным оружием и на нашей оборонительной линии началось убийство наших бойцов. Никто не ждал атаки с позиций на которых был наш взвод и сопротивления оказать не успели и не смогли. Роты территориальной обороны смогли отойти к городу и заняли позиции на окраине. Наша рота уйти уже не смогла и теперь нас убивали Шансов у нас не было. С тыла навалились боевики ЗАНРА с фланга шла группа китайских инструкторов. Я успел различить китайские лица и открыть огонь, но мне не хватило времени на то, чтобы перестрелять всех. Звучит последний выстрел перезарядить пулемет я не успеваю, да и патроны кончились. Первый бегущий китаец нарвался на штык и сложился. Вырвать штык я не успел меня удар свалил с ног. Оружия у меня больше не было кроме одной последней гранаты. Я встал и когда меня окружили вырвал чеку и бросил гранату под ноги. Но я недооценил подготовку китайцев. Один из них успел среагировать и прикрыть гранату. Нет не своим телом, как возможно, подумали Вы. Китайский инструктор любил свою жизнь и не собирался умирать в африканском буше. Китайский инструктор свалил на гранату одного из негров, боевиков ЗАНЛА и негр совершил подвиг — спас окружающих от осколков. Вот такой принудительны подвиг. Меня свалили с ног и поволокли к месту сбора. В плен попали восемь белых. Все чернокожие успели уйти на позиции у города. Получилось мы остались прикрывать отход. Тоже вот такой невольный подвиг. На месте сбора стали устраивать походный лагерь этой банды. Палатки ставили только для китайцев. Северокорейцы и негры устраивались на земле. Нас, тех кто попал в плен оставили у костра. Связали нас качественно и руки развязать было невозможно. Со всех сторон к костру волокли хворост из буша. Негры собрались в толпу и чего-то ждали. Негромкие разговоры и какое ожидание. Чего они собрались и ждут. Видя наши вопросительные взгляды один из негров ухмыляясь, сказал- сейчас будут раздавать мясо тому, кто отличился в бою. Разговоры о каннибализме в ЗАНЛА ходили уже давно. Но то, что руководят процессом, китайские инструкторы как-то не особо верилось. Умирать на разделочной доске и послужить ужином для террористов это было уже запредельно плохо и страшно. Ребята о чем-то шушукались. Я не вслушивался в разговоры- мне под руку попал длинный зазубренный осколок минометной мины. Очень острый по краям. И теперь я исступленно пытался перерезать свои путы и освободить руки. Шум перед костром постепенно усиливался. Негры кричали всё громче. И какой-то деятель приволок барабан и стал отстукивать бодрую мелодию. В другое время я бы с удовольствием послушал этого барабанщика. Но сейчас у меня не было настроения наслаждаться барабанным ритмом. Наконец руки я освободил. Кровь хлынула по артериям и боль свалила меня. То, что я теперь лежал на боку, а не сидел на заднице никого не заинтересовала. Я же взял осколок и закусив губу от боли в руках стал освобождать своего соседа. Сначала он безучастно сидел и не понимал, что я делаю. Затем почувствовав, что руки у него свободны наконец вышел из ступора. Ему было удобнее резать путы у меня на ногах, и я передал свой осколок ему и попросил перерезать веревки у меня на ногах. Он кивнул и стал незаметно резать веревки у мен на ногах. Вс коре я был свободен от оков. Пока мы занимались своими делами из палатки вышел китаец и что -то прокричал в мегафон…