Страница 22 из 41
Нас было четверо и теперь мы не шли, а не летели в сторону места на которое указывали координаты, написанные умирающим офицером. Пролетая над бушем, мы засекли две цепи боевиков. Одна цепь сжималась вокруг места лагеря откуда мы стартовали в полет, другая блокировала периметр, которым была выставлена блокада этого района. Боевики приняли все меры к тому, чтобы мы не выбрались из западни. Но не учли возможности нашей атаки центра управления этой самой западни. Лететь нам до места около двух часов и пока летели разбирали бумаги, которые захватили на трупах переводчика и старшего китайского специалиста. Бумаги были в основном на китайском и часть из них имела шифрованные записи. Но судя по значкам это были скорее геологические сведения, чем военные. До района, расположенного по нужным нам координатам, добрались даже быстрее, чем рассчитывали. Попутный ветер нас толкал и добавил скорости. Визуально определи полосу и приготовив оружие пошли на посадку. Ас не ждали и встречали ленивые любопытные взгляды. Этих любопытных и срезали первые выстрелы и затем мы разошлись веером зачищая полосу и два небольших ангара. Один ангар оказался складом и спальным помещением. Это был ангар побольше и второй ангар оказался центром управления. Всего на этом скрытом аэродроме было два десятка человек. Десяток из них были негры и самое странное в нашем камуфляже. Всё более запутанной становилась ситуация. Изучили трупы. Негры в нашем камуфляже. Пять человек — это китайцы. И ещё пять по всему видно европейцы. Дальнейший осмотр склада и центра управления принес сногсшибательные результаты. На складе я нашел ядерную мину. Компактный ядерный боеприпас. На упаковку были нанесены надписи указывающие, что этот ящик принадлежит армии Родезии. У нас не было ядерного оружия. Следовательно это готовиться провокация — будет произведен ядерный взрыв малой мощности и затем там найдут негров в нашем камуфляже и тару от ядерного боеприпаса с нашей маркировкой. Неконтролируемое применение и владение ядерным оружием это повод ввести в регион силы ООН. Документов у белых не было, но наколки на одном из белых были красноречивые — парашюты и самолет. ВДВ СССР. Было ли это так задумано не знаю. Допросить мы никого не смогли, всех убили раньше. И туи меня стукнула боль в руке. Я поднял глаза и увидел две дырочки на руке и сочиться кровь. Рука уже немела. И отползала змея. Гаснущие мысли — черная мамба. Всё песец подобрался незаметно. Уже ватными руками достал из разгрузки водку и стал хлебать, не чувствуя вкуса. Откинуть бутылку уже не было сил, но достать вторую я смог из последних сил и стал вталкивать в себя водку. Сколько я успел выпить из второй бутылки я не знаю. Рассказывали, что всё. Очнулся я уже в ночной прохладе. Жуткая головная боль просто раскалывала череп. Были мозги умер бы. Слабыми руками стал нашаривать свою разгрузку и наконец нашел бутылку с рассолом и жадно стал глотать лечебную настойку. И опять отключился. Снова пришел в себя утром. Думал прошли сутки, оказалось я был в отключке три дня и уже наступает четвертый день как мы сидим на этой полосе и ждем неприятностей на свою пятую точку. Змея действительно оказалась — черной мамбой, как узнали её успели прострелить после укуса меня она ещё некоторое время была в пределах видимости и змею разорвали автоматными очередями. Отомстили, так сказать. Меня списали сразу. Никто не ждал, что я очнусь. Судили и рядили только об одном — даст ли мне спиртное забвение и возможность умереть без мучений. Но я смог встать. Два негра входящие в наш патруль стали молиться своим богам, когда я встал и долго не верили, что я выжил и не зомби. Один из них, ткнул меня иголкой в руку, и только красная кровь, которая выступила на месте укола немного их успокоила. Я же мысленно поблагодарил не известного мне рассказчика, который рассказал о опыте применения большого количества крепкого алкоголя при укусе ядовитой змеи, от яда которой нет антидота. Видимо силен мой ангел — хранитель. Раз перед самым выходом заставил пойти и взять водку. Но второй раз можно умереть и от количества выпитого крепкого алкоголя. Но сейчас просто кайф, от осознания я остался живым в ситуации, где выжить невозможно.
Теперь надо уносить отсюда ноги. Хотя операция у противника здесь сверхсекретная, но все-таки четвертые сутки эта база не выходит на связь с центром и вполне сюда может отправиться контрольная группа. Нас же здесь всего четверо и долго мы не продержимся. Горючее на заправку вертолета нашли, этого горючего на базе полно много и потому к местам минирования доставили по бочке с горючим, что бы хорошо горело.
Отрыв от полосы и вот наконец мы в воздухе. Нас догоняет ударная волна и вертолет трясет в воздухе. Это взорвались база и склады с боеприпасами и ГСМ. Снова предстоит долгий полет, но теперь мы летим домой, и мы смогли сорвать провокацию с использованием ядерного оружия и ещё немного мы добыли нашей Родине, нашей Родезии времени на существование. Вертолетный винт долбит небо, и мы летим домой. Мы наконец осознали по какому краю прошли и ловим отходняк. Вот внизу мелькнула водная лента пограничной реки, и мы теперь в зоне безопасности. Что означает «зона безопасности» это территория Родезии, на которой идет война с боевиками ЗАНЛА, которые приходят на землю Родезии убивать всех белых и черных. Тех, кто не разделяет эти бессмысленные лозунги — Африка для черных и прочие глупости. С каждой минутой мы приближались к своей базе и вот уже можно определить, что о нашей базы осталось меньше ста километров. И тут внезапно как электросварка на земле замелькали огоньки и треск, и лязг и вертолет повело. Что это было. Это была передвижная установка — ДШК, установленный на внедорожнике. Нас или просчитали и ждали в засаде или вообще просто попали в засаду. Итог один вертолет падает, у нас же в багаже ядерная мина. Рвануть она не должна при падении. Или мина никому нечего не должна. Если рванет, мы всё равно уже нечего не почувствуем. Но сели и даже не поломались сами. Теперь надо очень быстро рвать когти с места аварийного падения вертолета. Боевики, которые нас обстреляли обязательно придут посмотреть на свои успехи. Надо бежать и надо уносить мину. Том, это боец, которого травмировали при захвате вертолета снимает с себя всю амуницию и пристраивает поудобнее упаковку с миной на спине. Парень он здоровый и сможет её донести до места. Я понимаю и начинаю готовить позицию к бою надо задержать погоню и дать возможность уйти Тому с его грузом. Второй Том меня останавливает и говорит — ты пойдешь с ним. Твоя удача сможет спасти вас обоих. Уходи. Мой белый напарник — да, уходи. В крайнем случае останешься и прикроешь Тома если мы не сможем остановить погоню.
Больше не сказано ни слова. Всё и так ясно. Они умрут в бою, и это лучший вариант. Но они сами выбрали свою судьбу и теперь нам надо доставить эту ядерную мину в штаб, чтобы жертвы не оказались напрасными. Опять сухое русло и мы бежим немного в сторону что бы покинуть вектор погони. Бегать по бушу в любой период занятие, которое не приносит никакого удовольствия. Бежать тяжело, жарко и пот сохнет соленой коркой на обмундировании и тогда этой коркой можно порезаться. Но мы бежим. Позади нас идет бой. Автоматные очереди густо кроют. Наши стреляют реже и выстрелы наших автоматических винтовок пока слышны. Затем тишина. Проходит десять минут и снова густо автоматные очереди и гранатные разрывы. Затем тишина. Это всё. Два бойца из нашего специального полка выполнили свой долг до самого конца и теперь всё зависит от нас. И скорее от Тома насколько у него хватит сил бежать в таком темпе. И бежать с грузом на спине. Опять гул вертолета. Сколько же у них этих вертолетов. Гул двигателя и нас быстро нагоняет вертолет по сухому руслу. Ну сейчас я ему покажу у меня магазин заряжен только бронебойными. И только показался вертолет я стал стрелять. Остекление кабины посыпалось, и пилот ткнулся вперед и сразу вертолет развернуло и взрыв в буше. Погоня на вертолете получила свое. Пешие нас догонят или нет, это сложный вопрос. Самый главный противник — это внедорожник с ДШК и сейчас он явно перекрывает нам дорогу отступления. Взгляд на карту. Сухое русло выводит нас к дороге. И там нас будет ждать засада. Значит перед выходом на дорогу надо притормозить и попытаться разобраться с засадой раньше чем до нас доберется погоня.