Страница 39 из 133
— …вот этот кортик и вон тот колчан со стрелами. Снимите его, пожалуйста.
Я вздрогнул. Это не могла быть она! Но голос! На подкашивающихся ногах я повернулся туда, откуда доносился до боли знакомый мягкий и спокойный голос. Возле прилавка с эльфийским оружием стояла девушка. Лица не было видно из-за накинутого на голову капюшона.
Я начал быстро пробираться сквозь толпу, не обращая внимания на возмущённые крики не трезвых горожан. Неужели это Эдель? Что я ей скажу, если это окажется действительно она? Или мне померещилось…
Какой-то идиот уцепился за подол моего плаща. Я обернулся, чтобы вырвать ткань из рук ненормального, отважившегося остановить эмпата. На меня смотрели два мутных гномьих глаза. Оттолкнув его, я рванул на себя плащ и, повернувшись, ускорил шаг.
К моему разочарованию девушка исчезла.
Проклятие! Гнев начал вырываться наружу. Если бы этот пьянчуга был еще здесь, я бы разорвал его в клочья!
Постояв ещё несколько минут, но, так и не заметив тёмно-синего плаща незнакомки, я пошёл в гостиницу. Давно похороненные чувства начали вырываться наружу, сжимая сердце в холодных тисках боли.
Я еле поспевала за эмпатом. Как можно было быть такой дурой и принять его послание? Уж лучше бы проиграли! Хотя нет, всё-таки не лучше. А теперь вампир откажется брать меня с собой в Драгонию. И что я скажу Теоре? Простите, но я не оправдала ваших надежд и позволила раскрыть себя из-за каких-то глупых игр?!
Мы зашли в маленькую таверну под названием «Мёртвый гном». Надеюсь, это у них не фирменное блюдо. Никогда не было желания заняться каннибализмом. Хотя, гном не человек. И возможно, если его вкусно приготовить…Тьфу! Из-за этих переживаний всякая гадость в голову лезет!
Эмпат начал грозить, что если я ему не расскажу всей правды, то он бросит нас здесь, а сам свалит домой.
А если я ему всё расскажу, то он уедет в приятное место под названием психушка. В последние дни у меня крышу срывало от всех этих новостей, а каково будет ему? Если Вол узнает, что грядущая война разрушит их мир, все умрут, а я единственное существо, способное её предотвратить, хорошо эмпату точно не будет.
— Зачем это тебе?
Он ещё спрашивает! Мне вообще до лампочки их конфликты. Просто я пообещала помочь королеве и одному бледнолицему красавчику.
— Я должна поговорить с Лестой, а другого способа, чем стать посланницей, у меня не было.
Наконец-то! Принесли ужин. Теперь надо медленно жевать, пока не подойдут мальчики, а потом постараться исчезнуть. Может, попроситься в туалет, а там выпрыгнуть в окно?
— Вол, я не всё тебе рассказала. Просто дай мне время во всём разобраться, и ты узнаешь правду.
Вампир кивнул. Слава Богу, кажется, пронесло. На сердце сразу полегчало. Некоторое время мы сидели молча, пока спокойную и мирную атмосферу «Мёртвого гнома» не нарушило появление моих ребят.
Стэн светился от счастья, как фосфорная лампочка. Ещё бы! Стать победителем и при этом остаться в живых. Тут было чем гордиться. Рэй искренне радовался за брата. «Наверное, неплохо иметь рядом близкого человека (то есть эльфа), который не меньше тебя рад твоим успехам», — с лёгкой завистью подумала я, вспоминая свое безрадостное детство и юность. У меня было не так уж много друзей и все они на проверку оказывались самовлюблёнными эгоистами, не особо переживающими за других. Хотя, лично мне вообще было на всех плевать.
Вол покинул нашу тёплую компанию и отправился по своим делам.
Первый вопрос, который они мне задали, как только эмпат скрылся за дверью, был вопрос о меногонии. Я выразительно вздохнула и скороговоркой выпалила, что в некоторой степени владею телепатией, и приняла подсказку от Вола. И что именно я спасла Стэна во втором туре. Близнецы чуть со стульев не попадали, а Лориэн посмотрел на меня таким укоризненным взглядом, что впору было посыпать голову пеплом и идти в монастырь замаливать свои грехи. А что мне оставалось делать? Если уж Воллэн знает о моём секрете, то тем более не было смысла скрывать его от друзей.
— Там, на арене я случайно услышала голос эмпата. Оказывается, вся сложность меногонии состояла не в преградах и ловушках, а в том, чтобы суметь заставить себя отказаться от победы и спасти совершенно незнакомого тебе человека. Бред, конечно, но… — я задумчиво повертела чашку в руках. — Ведь только проходя через такие испытания, мы становимся мудрее и начинаем иначе смотреть на вещи… По крайней мере, я на это надеюсь.
Ребята молча согласились со мной. Разговоры об игре заставили их посерьёзнеть.
Когда первые эмоции утихли, мы с Лором рассказали близнецам о встрече с Верховным магом Драгонии. Я попыталась изобразить все диалоги в лицах, но весело ребятам не стало.
— Нарин, ну почему ты всегда лезешь куда тебя не просят? Разве так сложно было пройти мимо? — Рэй нервно постукивал пальцами по столу.
— И дать этому уроду издеваться над птенцом? Он начал выдёргивать из него перья!
Стэн поморщился, как будто это ему только что выдернули перо.
— Фениксы — очень чувствительные к боли птицы. Хозяин выдёргивает перо, причиняя фениксу дикую боль только когда последний сильно провинился. Например, не доставил вовремя срочное послание или несколько раз проявил непослушание. Это учит птиц быть покорными. Кенэт, конечно, та ещё сволочь. Но ты сильно рисковала, связываясь с ним.
— Если бы не Вол, не знаю, что бы он с нами сделал, — поддакнул Лориэн. Я покосилась на приятеля. С каких это пор мы стали защитниками эмпатов?!
Я подозвала девушку, чтобы расплатиться и встала из-за стола.
— Давайте не будем портить такой чудесный вечер. Лучше пойдем, отпразднуем твою победу, Стэн.
Мы вышли на улицу. Повсюду чувствовалось праздничное настроение. Неподалеку от «Мёртвого гнома» стояла сцена. Та, которую рабочие устанавливали прошлым вечером. Вокруг неё толпились зрители. Время от времени они что-то выкрикивали выступающим на сцене актёрам. Мы подошли поближе. На ней как раз играли молодые парень и девушка, изображая двух влюблённых. Честно говоря, игра оставляла желать лучшего. Но народу нравилось.