Страница 1 из 4
Марго Кален
Дневник реаниматолога
Предисловие.
************************************
Человек умирает столько раз, сколько
раз он теряет дорогих ему людей.
************************************
Жизнь очень сложная и непредсказуемая штука. Живешь себе потихоньку и как из «рога изобилия» в какой-то момент на тебя начинают сыпаться неприятности и неудачи, и ты думаешь: – Ну все, куда уже хуже то? А н нет, хуже всегда есть куда и нужно об этом помнить.
Есть хорошая поговорка:
«От сумы и от тюрьмы не зарекайся».
Так же и в моей книге, есть грустные и радостные моменты жизни обычных людей. Это реальный мир с жестокостью, любовью, слезами и радостью.
Я хочу показать мир с изнанки. Мир врача с другой стороны, не ту, которую видим мы, обычные обыватели, которые ходят в поликлинику и больницы, и очень часто даже не задумываются о том, что врачи и персонал тоже люди и им тоже бывает тяжело и плохо, а мы воспринимаем их труд, как должное.
Нужно уважать чужой труд, любой, а особенно труд тех людей которые спасают жизни.
От реанимации не застрахован никто!!!
Глава № 1 Печальное утро.
******************************************
Горе тому, кто любит только тела, формы,
видимость! Смерть отнимет все.
Учитесь любить Души, и вы найдете их вновь.
*******************************************
Утро настало как всегда быстро и внезапно. Я так не хочу просыпаться и вспоминать, что было вчера, но вставать нужно и идти гулять с дураком.
Вчера были похороны моей сестры. Приехало много народа, в основном коллеги по работе и старые друзья Киры по институту, с кем она продолжала общаться все эти годы. Ей было всего 45, когда ее не стало. Кира была замечательной, всегда улыбалась и я ее считала самым добрым человеком на свете. Мы с ней очень разные, я в папу-толстушка, хотя скорее крепкая женщина, я не толстая, просто кость широкая. За то все при мне, есть за что пощупать. А Кира пошла в мать-высокая и худощавая, ни сисек, ни жопы. Волосы всегда стриженые под каре и огромные голубые глаза, когда она злилась они почему-то становились зеленые. У меня же глаза карие и не меняются злюсь я или радуюсь.
Мы были очень близки, родители разбились на машине, когда мне было четырнадцать, а Кире было уже девятнадцать, и она взяла надо мной опеку. Так и жили вдвоем. Кира днем училась, а по ночам подрабатывала санитаркой в больнице. Я почти всегда была одна, но за то дома, а не где-то в приюте с чужими людьми. Так мы и жили. Когда я повзрослела, закончила колледж и начала зарабатывать на жизнь себе сама, мы продали родительскую трешку и разъехались, но виделись часто, а звонили друг другу каждый день, как по расписанию.
Я живу в городе, в квартире, немного добавила и купила комфортабельную двушку, с евроремонтом и всякой техникой, обожаю комфорт. Кира же, исполнила свою мечту, купила небольшой домик с участком на окраине и была счастлива такой жизни, только вот работа ее меня пугала. Она работала врачом в реанимации. Наверно это ее и сгубило или просто судьба такая.
Когда она переехала за город, то завела себе лохматого и слюнявого песеля, «смесь бульдога с носорогом», помесь питбуля с дворнягой, и получился лохматый бультерьер, где она его только нашла такого красавца. И имя этой образины «Буч». Я же зову его проще дурак. Он не послушный и шабутной, носится везде и слюни на пол капают. Только теперь он все больше лежит и грустит, я думаю он понимает, что хозяйки больше нет.
Кира сгорела буквально через полгода как мы узнали, что у нее рак, но она до последнего ходила на работу. Свою работу она обожала, хотя я этого не понимаю, что там может нравиться, но это был ее выбор.
Поднимаясь из теплой постели, я посмотрела в окно, шел дождь, он тоже плакал вместе со мной. Но как бы не было больно и плохо, жизнь продолжается, и я не думаю, что Кире бы понравилось, что я впадаю в депрессию. Надо двигаться дальше, что бы не случилось.
Ну вот с псиной погуляла, пришла вся мокрая, самой аж противно, а этот дурачок нормально, отряхнулся и пошел к сразу к миске доедать остатки корма. У меня никогда не было собаки, так что я не знаю, чем их кормить и сколько раз, купила первый попавшийся корм в магазине.
– Кушайте что дают-господ тут нет.
Теперь и мне можно позавтракать и отправляться к Кире в дом разбирать вещи, Буч наверно будет рад там снова оказаться, вот только без хозяйки.
Приняв душ и плотно позавтракав, я начала собираться, теперь я совсем одна, ну не считая собаки. Надо разобрать вещи и выставить дом на продажу, а времени совсем нет.
На работе в связи с похоронами дали лишь три дня выходных, один уже прошел, и за оставшиеся два дня надо сделать все по максимуму.
Устроившись по удобней в моем Дастере, мы отправились наводить порядки.
– Устроившись это я сейчас не про себя, а про Буча. Я то рулю, а он тем временем обмазывает слюнями мое заднее сиденье. – Ну как можно быть таким слюнявым?
Мы почти подъехали к дому, вдруг Буч вскочил, уперся мордой в стекло и начал безумно махать хвостом, как будто увидел хозяйку, но к сожалению, это было не так. Хотя, а может и видел, ведь животные чувствуют и видят то, что не видит человек. Видел он Киру или нет не важно, она все равно всегда со мной, в моем сердце.
Подъехав к участку я припарковалась вдоль забора, так как на участке места для машины нет, собственно, как и ворот для въезда. Я вышла из машины и выпустила Буча. Он радостно побежал во двор виляя хвостом. На калитке замка никогда не было, сколько себя помню, только старый, ржавый шпингалет. Кира всегда говорила:
– У меня нечего красть в огороде, двери не должны запираться.
А у хитрого Буча был собственный вход, дырка в заборе, он сам ее и сделал, а вот починить руки не доходили.
Быстро оббежав всю прилегающую территорию, Буч рванул в дом, как будто его там ждала любимая еда и Кира, но дверь оказалась закрытой. Он начал скребстись в дверь и жалобно скулить.
– Сейчас открою, дай только ключи достану.
– Что за чертовщина? Где ключи? Брала же точно помню.
Еще не много порывшись в сумке я поняла, что ключей там нет.
– Что за херня?
Буч куда то убежал от двери, а я стояла и не знала, что делать? Неужели забыла? Но я точно помню, что я их брала. И вдруг к порогу подбегает Буч, а в зубах ключи от дома.
– Откуда ты их взял?
Пришлось их брать руками из этого слюнявого рта.
– Фууууу-Буч, ну можно хоть немного не быть таким противным? Но спасибо за ключи. Наверно выронила, когда из машины выходила.
Мы зашли в дом, в нем так пусто и не по себе, Буч побежал на кухню к миске, но там пусто, ни воды, ни еды. Я даже не знаю с чего начать.
Наверно начну со спальни.
Сам дом был не большой, но двух этажный, а если учесть чердак, то все три этажа-прям хоромы. На втором этаже была спальня и гардеробная, скорее это был чулан, но магия ремонта творит чудеса и вуаля, прекрасная гардеробная. На первом этаже была кухня, гостиная и санузел, ванны не было, но была душевая кабина, вот и все убранство. Участок был маленький, всего шесть соток, но Кире этого хватало, чтобы сажать небольшой огородик. Огурцы, помидоры и разная зеленушка.
Разбирая вещи сестры я поняла, что модницей она не была, пару платьев на выход, а остальное брюки да какие-то кофты, за то костюмов рабочих-хоть на выставку отдавай.
– Да уж, она жила только работой.
Комнат в доме не много, я надеюсь за два дня все разобрать. Я решила переночевать здесь, так как смысла ехать домой не было, завтра же опять приезжать. Да и Буч улегся в кресле и явно не хотел никуда ехать.
Еще немного порывшись в вещах, я пошла заварить себе чай и доширак, надо же хоть что-то поесть.