Страница 39 из 57
Он даже напомнил Владыке зари его самого в юные годы. Но сейчас всё немного изменилось. За прожитые века ему довелось на многое поменять взгляды.
— Ох, вы тоже пришли на собеседование? — заприметил его парень, заговорив первым.
— Да. Рад встречи. Меня зовут Бондрюд.
— Ох... Карл Густав. — он показал слабую улыбку.
Учёный присел рядом с ним:
— Что же, вы пришли сюда, чтобы попытать удачу?
— Ах... Да. Слышал, сюда ищут учителя, но многие не проработали слишком долго. Но я уверен в своих силах и думаю, что у меня уда!..
Не успел он договорить, как дверь открылась. В ней показался некто невысокого роста со светло-голубыми волосами в лёгком голубом свитере и коротких шортиках. Вслед за ней показалась горничная с тёмно-зелёными волосами.
— Эй. Вы очередные учителя, да? — заговорил гном, чей рост едва ли достигал полторашечного.
— Какое милое создание. — произнёс Бондрюд.
— Э? — слегка зависло это самое создание.
— Эм... Мистер Бондрюд... — Карла аж передёрнуло.
— А ты со мной не согласен? А ещё посмотри на эти глаза. В ней виден разум. Кажется, нам попался совсем не обычный ребёнок.
— Э-э...
— Перед вами госпожа Лиезирил Альберт Эйнштейн. Прошу, убедите её взять вас на работу. — проговорила горничная, указав на мелкую, что пыталась прийти в себя.
— Эй! Ты! Как ты можешь быть таким грубым? — она тыкнула в Бондрюда.
— Мне было очень интересно, что же тут за ребёнок. А тут вот как получается. — мужчина поднялся со стула и взглянул на неё поближе. — Может, из тебя что-нибудь да получится.
Эйнштейн прищурилась. Не нравился ей этот белобрысый, который вёл себя так, словно самый главный здесь.
— Вот, возьми. — внезапно он дал ей небольшой кубик.
— Э? Что это? — переключилась на него девочка. За всем этим активно наблюдал Карл, который не знал, как подступиться.
— Простенькая головоломка. Тебе просто надо открыть кубик, в нём будет сюрприз. Даю тебе две минуты. — Властелин рассвета отпрянул назад, подойдя к окну.
Эйнштейн повелась на подобное из-за своей детской натуры и сразу же принялась разбираться с поставленной задачей. К её удивлению, кубик раскрываться так просто не собирался. Никак не поддавался, не двигался, да ничего вообще!
В это же время к Бондрюду подошёл Густав с ошеломлённым лицом.
— Эм... Что вы делаете?!
— Помогаю работать юной голове в нестандартных условиях.
— Э?
— По её виду можно было сказать, что причина ухода учителей проста. Они ей не нравились.
— Так разве... Вы не сделали только хуже? — Карл глянул на девочку, что пытливым взглядом вперилась в кубик, пытаясь его раскрыть. — Эм... Погодите...
— Эй! — внезапно выкрикнула Эйн с возмущённым видом. — Сколько максимальное количество вертикальных линий в кос!..
— Да нисколько. — остановил её Бондрюд, чем озадачил.
— Ты можешь выдумать сколько угодно. — поддержал его Густав с задумчивым видом.
Девочка смотрела на них с застывшим лицом, а затем по её щекам пошли слёзы. Карл даже испугался такой реакции, потому сразу же задвигал руками в панике.
— М-мы сделали что-то не то?!
— Наконец! Наконец! Вы должны стать моими учителями! — сквозь слёзы выдала она, указав на них пальцем.
— Госпожа, но вы ведь должны были... — хотела что-то сказать горничная, но...
— Тихо! Я тут решаю! И они мне оба понравились. Я готова у них учиться.
— Гм... Хозяин и хозяйка будут возмущены.
— Я с ними разберусь. А вы, господа. — вытирая слёзы счастья, обратилась к гостям Эйнштейн. — Располагайтесь. Моя горничная сделает всё, что вы попросите.
***
Долго ожидать новым учителям не пришлось. Уже через минут тридцать они встретились с хозяевами поместья, где с ними дополнительно переговорили, обсудили договор, план учёбы и всё такое в духе.
И с сегодняшнего дня они оба начали обучать юное дарование, отличающееся особым складом ума. На самом деле, как только Бондрюд увидел эту девочку, то быстро смекнул о её интеллекте. Примерно такой же, как у Отто, может, даже поталантливей будет.
Хотя чего их сравнивать? Они гениальны в своих направлениях. Как минимум, Эйнштейн выбрала путь метафизики.
Но не стоит забывать и о Карле, который также оказался не шибком простым человеком. Выглядел довольно молодо, однако при этом обладал глубокими и обширными знаниями в своей области. Сам же Владыка зари изучил подобное давным-давно, пару сотен лет назад. Ему и так приходилось заниматься строительством космической базы на Луне, да и заниматься межпространственными перемещениями...
Когда-то космос казался чем-то крайне странным, диким, мистическим, но... Бондрюд даже чувствовал лёгкое сожаление, ведь раньше совсем не обращал внимания на небо. Да и в целом в его прошлом мире не было нужных приспособлений для более лучшего изучения пустотных пространств.
Покуда Густав проводил свой первый урок, учёный расположился неподалёку от них и попивал горячий чай. Он не хотел лишний раз мешать коллеге, потому молча наблюдал.
По другую сторону от него стояла горничная.
— Благодарю за чай. Впервые пробую такой вкус.
— Спасибо за похвалу. — сдержанно ответила та.
— Можно ли узнать ваше имя?
— Можете обращаться на «ты», а моё имя...
— Эй! Вы чего там шепчетесь?! — окликнула их Эйнштейн. — Учитель Бондрюд, вы не можете присоединиться?
— А моё вмешательство необходимо? Я мог бы заняться вами после Карла. — усмехнулся тот.
— Думаете, я не справлюсь с вами двумя?
— Что ж. Без проблем.
— Вам следовало бы научиться терпению и сдержанности. — деловито подметил Густав и поправил очки на глазах. — Впрочем, лучше всего что-то усваивать, если совершишь ошибку.
Эйнштейн что-то недовольно пробурчала себе под нос, потом снова заговорила:
— Кристафал, принеси сюда что-нибудь перекусить. Мне ещё долго предстоит тут пробыть.
— Как прикажете. — поклонилась девушка и вышла за дверь. Её оранжевые глаза слабо сверкнули.
К последнему II
Прошло некоторое время, как Бондрюд начал работать учителем для юного дарования. Эйнштейн действительно оказалась самородком в этом мире. Её пытливый ум, да и в целом усидчивый, любопытный характер лишь дополняли способности оной.
В общем, учить такую девочку являлось одним удовольствием. Тем более, ему в этом помогал Карл Густав, человек, что также мог похвастаться неплохими навыками не только в педагогике, но и знаниями своей области. Сам Владыка зари отмечал это для себя. У людей короткая жизнь, но им всё равно удаётся многое узнать, постичь и довести это до некоторого совершенства.
Он и сам когда-то таковым являлся. Но... Существовал предел, который ни один человек в мире не сможет преодолеть нормальными способами. У тебя отведённый срок, время. С каждым годом становишься всё ближе к смерти, а часть навыков, как и знаний, вовсе теряются.
Бондрюд и Карл сидели в гостиной, наслаждаясь спокойствием. Только-только закончилось очередное занятие, а рабочее время подходило к концу.
— Знаете, я рад, что пришёл на эту работу. — заговорил Густав. — Моей первоначальной целью были деньги... У меня с ними были проблемы, но сейчас... Не думаю, что только ради них.
— Интересно. Почему захотел об этом рассказать? — с улыбкой поинтересовался учёный.
— Да так. Под впечатлением от новой ученицы. Эйнштейн... У неё любопытное имя и такой же характер. Никогда не встречал таких детей. Она слишком умна для своих лет. Ха... Куда же так торопится учиться? У неё ведь ещё детство...
— Это её сознательный выбор, разве нет? Думаю, она ни о чём не будет жалеть, когда повзрослеет. — ответил исследователь.
— Хм-м... Какой дальновидный взгляд на жизнь.
— Для меня иного выхода нет.
Густав многозначительно посмотрел в окно. Солнце уже заходило, из-за чего вспыхивали первые огоньки света в городе. Совсем скоро он засияет новыми красками на чёрном фоне.