Страница 245 из 266
Это не единичный случай. Во время наступления Западного фронта в январе у противника было захвачено большое количество боеприпасов, годных для использования нашей материальной частью.
В 20-й армии трофейные боеприпасы и боеприпасы, собранные на поле боя (годные для использования нашей материальной частью), составляли: по ружейно-пулеметным патронам – около 30% к полученным или прибывшим в армию с войсками за январь, по 50-мм минам около 20%, по 82- и 107-мм минам – более 50% и по 122-мм гаубичным выстрелам – более 30 %. Предоставлять использование захваченных у противника боеприпасов самотеку нельзя, их необходимо включать в план снабжения.
Вначале работники тыла и снабжения не справлялись с организацией маневрирования запасами. По мере накопления опыта работы в боевых условиях положение изменилось. В январе имели место переброски боеприпасов из одной армии (или соединения) в другую. В отдельных случаях излишнее перебрасывалось в полевые армейские склады. Так, например, 1 января 1942 года на машинах авторезерва Верховного Главнокомандования были перевезены 720 мин к 120-мм миномету из 412-го минометного дивизиона в головной склад одной из армий.
Несмотря на целый ряд недостатков в работе аппарата снабжения артиллерии, в решающие моменты наступающие войска своевременно обеспечивались боеприпасами. Преодолевая величайшие трудности, проявляя инициативу и изобретательность, снабженцы-артиллеристы внесли свою лепту в разгром германо-фашистских полчищ под Москвой.
Не меньше трудностей возникало при расчетах и планировании снабжения войск горюче-смазочными материалами. Для составления реального плана необходимо было учесть и предусмотреть большое количество крайне изменчивых факторов.
Снабжение автобензином в конце декабря было затруднено в связи с недостатком железнодорожных цистерн, хранилищ для слива в полевых армейских складах, автоцистерн и мелкой тары для подвоза войскам по шоссе и грунтовым дорогам. Эти обстоятельства требовали четкого планирования подвоза, экономного использования наличных запасов горючего.
В конце декабря отделы снабжения горючим фронта и армии составили месячный план снабжения частей горюче-смазочными материалами. При его составлении исходили из наличия материальной части к концу месяца и среднесуточного расхода горючего в последнюю декаду декабря, принятого для транспортных машин в 0,5 заправки и для боевых-0,3 заправки в сутки. В соответствии с этим было запланировано подать в январе 15 заправок на каждую транспортную и 10 заправок на каждую боевую машину.
Помимо месячного плана, для его корректировки в соответствии с новой обстановкой и условиями составлялись декадные (в некоторых армиях полумесячные) планы подвоза. В отдельных случаях они составлялись неряшливо, а поэтому и не достигали своей цели. 5-й армии на вторую половину января выделялось фронтом, как и на первую половину, 266 т дизельного топлива. Между тем заправка армии по этому виду топлива с 53 т на 1 января 1942 года снизилась к 10 января до 34 т и к 20 января до 20,5 т. Вследствие этого фактическая потребность армии в дизельном топливе на вторую половину января не превышала 125-150 т, между тем ей давалось 266 т.
Подобные просчеты планирующих органов приводили к загрузке транспорта перевозками ненужных в данный момент грузов, к накоплению в войсковом и армейском тылу отдельных видов горючего в больших количествах. В начале января половина всех запасов фронта крекинг-бензина {КБ-70) оказалась в 43-й и 20-й армиях. В первой из них было 27 заправок, во второй – 24 заправки, что обеспечивало двухмесячную потребность 43-й и 20-й армий в КБ-70.
Помимо опасности хранения такого количества горючего в непосредственной близости к фронту, засылка излишнего горючего в армии и соединения вызывала простои железнодорожных цистерн, автоцистерн и способствовала неэкономному его расходованию.
В снабжении войск продовольствием и фуражом в январе больших затруднений не было. Подвоз из глубокого тыла в сочетании с организованным использованием местных средств полностью покрывал потребность войск. Отдельные перебои в питании войск вызывались недостаточно организованной работой интендантского и тылового аппарата. У части работников этого аппарата первое время существовало мнение, что там, где побывала фашистская грабь-армия, из местных средств ничего нельзя достать. В действительности это было не совсем так. В стороне от больших дорог, куда немцы боялись заходить, сохранялись иногда в большом количестве овощи, фураж и другие продукты. Даже в городах немцы, не находившие поддержки в советском населении, не смогли полностью использовать имевшиеся запасы. В складах города Истры после немцев осталась одна тысяча тонн соли. Между тем 16-я армия, занимавшая этот город, испытывала большую нужду в соли до ее подвоза из тыла.
Там, где интендантские и тыловые работники проявляли инициативу и напористость в изыскании средств и способов обеспечения регулярного питания войск, им это удавалось. Несмотря на исключительные трудности подвоза и организации заготовок в условиях быстрого наступления, командование и работники интендантского аппарата 217-й стрелковой дивизии (50-я армия) сумели обеспечить бесперебойное питание бойцов и командиров. Во время сильных заносов автотранспорт застрял, вследствие чего создалась опасность перебоя в питании. Работники тыла дивизии вышли из этого затруднения, мобилизовав гражданский санный гужевой транспорт (67 подвод), и этим обеспечили своевременный подвоз необходимых продуктов.
В войсках 33-й армии (за исключением 222-й и 338-й стрелковых дивизий, в которых имели место отдельные случаи перебоев в питании) бойцы и командиры регулярно два раза в день получали горячую пищу. Чтобы добиться такого положения, работникам тыла приходилось преодолевать очень большие трудности.
Особенно сложным оказалось материальное обеспечение действий подвижных групп. В середине января Управление тыла фронта доносило в центр:
«Посланные в группу [генерала Белова] транспорты с боеприпасами и горючим пробиться не могут; автотранспорт Белова также остался в районе Подкопаево. Питание группы боеприпасами, горючим, продовольствием возможно только по воздуху».