Страница 7 из 23
"Чёрт, придётся ехать на метро…"- с досадой подумала я.
В сумке была карта метро, хотя бы она, пешком дойти было нереально. Я ненавидела ездить в метро так поздно, это было реально опасно, в такое время все приличные люди уже были дома со своими семьями.
Оплатив проезд, я прошла через турникет, и заняла место на эскалаторе. В метро дул неприятный сквозняк, и я поёжилась, чувствуя как волоски на загривке встают дыбом.
"Это точно не от сквозняка…"
Меня не покидало ощущение, что кто-то сверлит мне спину взглядом. Прошло несколько мгновений, пока я решила обернуться. Выше на ступень стояла фигура в тёмном спортивном костюме, лицо скрыто балаклавой и капюшоном. Внезапно незнакомец атаковал меня. Мощный толчок в грудь сбил с ног. Я отчаянно замахала руками в воздухе, пытаясь найти опору, но её не было. Потолок качнулся, и устремился ввысь. Острая вспыхнула боль в затылке и руке, в глазах потемнело на несколько мгновений. Слышу топот, возню рядом с собой.
"Мне конец…"
Проносится мысль, никакой паники, просто констатация факта. Я даже не успела огорчиться по этому поводу. Но незнакомец только выхватил сумку из моих рук, и побежал вниз по ступеням. Я хотела открыть рот чтобы позвать на помощь, но дикая боль пронзила голову.
"Волосы!"
Мои волосы застряли в ступенях эскалатора, и натяжение усиливалось. Казалось, скальп сейчас отсоединится от кости.
— Помогите! Остановите эскалатор! Я упала! — что есть сил закричала я.
Меня услышали, эскалатор остановился. Я лежала на полу, не в силах пошевелиться. Почему-то вспомнилось весеннее нашествие майских жуков в Москве. Эти беспомощные бедолаги, валяющиеся на спине посреди дороги. Я всегда поднимала их, и перекладывала на газон, жаль было тех, кого равнодушно давили прохожие.
— Девушка, ох… Как вы? — взволнованно спросила склонившаяся надо мной темнокожая служительница метро.
— Меня столкнул, какой-то парень… Забрал, кажется, сумку, — хрипло проговорила я, едва находя в себ силы на разговоры.
— Он успел запрыгнуть в поезд, я даже толком его не разглядела, — женщина с сожалением покачала головой, оглядывая меня. — Ох, деточка, ваши волосы… Не двигайтесь. Я уже вызвала 911, сейчас вас освободят.
Она была со мной рядом, пока не приехали спасатели. Накрыла меня своим кителем, он был тёплым и пах сладким парфюмом, какой любят женщины в возрасте. Мимо меня проходили люди, спешащие по своим делам, равнодушно сторонясь. Никому не было дела до чужой беды, даже помощь никто не предложил. Мне стало обидно до слёз, и остро захотелось домой, в Россию.
Когда приехали спасатели, им пришлось срезать волосы, чтобы освободить меня. Но хуже всего обстояло дело с моими руками и ногами, они были разбиты, и покрыты ссадинами.
— Мы сделали вам обезболивающий укол. На руку наложили фиксирующую шину, — отчеканил парень в костюме спасателя.
— Хорошо, — кивнула я, дотрагиваясь дрожащей рукой до своей головы, казалось, что она стала легче после этой насильственной стрижки.
Ничего не было хорошо, всё было плохо, этот враждебный город решил окончательно расправиться со мной.
— Мы рекомендуем вам поехать в больницу, — равнодушным тусклым голосом сказал спасатель, делая записи в небольшом блокноте.
— Хватит с меня приключений на сегодня! — выпалила я, наблюдая его безразличие. — Я хочу домой!
Губа моя дрожала, подбородок сморщился. Я не хотела ехать в очередное место где всем плевать на меня, я хотелак нему…к Генри.
"Он наверное спит, как всегда… Может ему тоже на меня плевать? Может мне кажется, что я ему нравлюсь?"
— Эй, леди… Есть кому забрать вас? — спасатель помахал ладонью у меня перед лицо, возвращая в реальность, откуда я на секунду ускользнула.
— Я сама доберусь…
— В вашем состоянии лучше…
— Лучшене надо, — я предостерегающе подняла указательный палец. — Вы понятия не имеете, что для меня будет лучше.
Женщина дежурная с сочувствием смотрела на меня.
— Мисс, вы не будете заявлять в полицию? Если что, я могу быть свидетелем, — мягко сказала она.
— Не буду… До свидания, — я поправила свою изорванную одежду, и пошла на платформу.
Голова кружилась, меня мутило, я могла получить сотрясение. Но Эрика это вряд-ли разжалобит, да и позвонить я ему не могла, на память его номера я не знала. Добравшись до нужной станции, дрожа всем телом, я кое-как пришла к дому. Ключей у меня не было, всё осталось в сумке. Я нажала кнопку домофона, раздался пронзительный гудок, прозвучавший как набат в ночной тишине. Генри подошёл почти мгновенно.
"Ого! Он не спит?!"
— Ирина, заходи скорее! — даже искажённый электроникой его голос звучат встревоженным.
Он встретил меня прямо в парадной, сидя в своём кресле. Его шокированный взгляд прошёлся по мне, оценивая масштаб катастрофы.
— Боже… Что? — его голос запнулся, он сжал губы, стараясь справиться у чувствами.
— На меня… Напали, — я почувствовала как запекло глаза, слёзы задрожали мутной пеленой, и заструились по щекам.
Увидев его протянутые руки, я не раздумывая бросилась к нему навстречу. Чувствуя, как рушатся все преграды между нами. Подбежав к нему, упала прямо на пол парадной, и уткнулась лицом в его колени. Беззвучно рыдая, боясь испугать соседей, я хваталась за его штаны. Руки Генри нежно гладили мою голову и плечи, пока я не успокоилась.
Глава 7. НАКОНЕЦ-ТО
Я сама не заметила, как очутилась на коленях у Генри, а он нежно гладил меня по спине.
— Пойдём внутрь, — мягко сказала он.
— Да, идём…
Он отвёз меня внутрь на своей коляске, а я держалась за его футболку так крепко, будто боялась, что он прогонит меня.
— Тебе надо переодеться…
— Не хочу, — безразлично ответила я, прижимаясь к нему сильнее.
— Вся одежда грязная и порванная, и твои волосы, — он тяжело вздохнул. — Ты обращалась в полицию?
— Нет…
— Плохо, — Генри нахмурился.
— Да что толку от этого?
— Боюсь, что ты в опасности, — он мягко приподнял мой подбородок своими прохладными пальцами.
— Да кому я нужна?
— Посмотри, что с тобой сделали, — в его взгляде читалась боль, когда он осматривал мои сбитые руки. — Я не могу никак защитить тебя, а если нападавший сделает это снова?
— Это какой-то малолетний наркоман, не бери в голову, — отмахнулась я. — Никто его и искать не будет… Подумаешь, пропала сумка у какой-то русской…
— Давай-ка переодевайся, но одежду оставь, не выбрасывай, вдруг понадобится. Свидетели были?
— Ну перестань… К чему это? — нахмурилась я.
— Я боюсь за тебя…
— Да с каких пор тебе есть до меня дело? Ты столько времени меня игнорировал, — я ткнула кулаком в его костлявую грудь.
— Ты… Ошибаешься, — глаза Генри были полны горечи.
— Мы с тобой даже не пересекались в эти дни. С чего вдруг такая забота?
— Ирина, — Генри застонал и прикрыл Глаза, затем сделал глубокий вдох и тихо произнёс. — Да я как маньяк слежу за тобой, — он снова открыл глаза, и теперь смотрел на меня. — Каждый раз жду, пока ты придёшь, даже спать не ложусь…
— Чушь… Спишь как сурок, даже носа не покажешь из своей комнаты, — я начинала сердиться от этой наглой лжи.
— Ну же… Как быстро я сегодня подошёл к двери? — нахмурив брови, спросил Генри.
— Почти сразу…
— Потому что я сидел возле неё! Ирина, это дикость, так следить за человеком, но я ничего не могу с собой поделать, — он грустно вздохнул, и откинулся на спинку своего кресла, отстраняясь от меня.
Я коснулась ладонью его лица, и мягко повернула к себе, в голубых глазах дрожала плёнка слёз.
— Можешь…
— Ирина, — он выдохнул имя в мой открытый рот, которым я прильнула к его губам.
Генри попытался меня остановить, но это было сопротивление хрупкой ели на склоне под натиском лавины. Я хотела его не просто физически, а всей душой, поглотить его, слиться с ним, стать одним целым. Оказавшись побитой и сломленной, я будто преодолела какой-то барьер для него, стала равной, и он позволил себе то, чего так страстно желал.