Страница 25 из 54
– Но здесь…
– Но здесь, – договорил он за нее, – здесь Внешний Мир, и есть только Джерри. Сегодня он спросил. И я солгал ему. И еще я дал ему обещание, – пробормотал он чуть слышно. – Это тоже…
Вовсе не обязательно было говорить ей это. И если все, что он рассказал ей, – правда, ему вряд ли придется гордиться этим обещанием по возвращении в Меру. Разве что гордиться тем, что он, Джерри Говард, всегда держит слово. Если он вернется в Меру.
В печке громко стрельнуло полено, и она подпрыгнула, почти в истерике.
А ей-то казалось, что она давным-давно успокоилась. Светлые полосы, протянувшиеся на полу от окон, вдруг повело в сторону.
– Это еще что за черт? – пробормотал Джерри, глядя на них.
На дворе что-то громко затрещало, потом стихло. Потом снова треск, громче… Свет на полу двинулся еще.
– Ох, ну это уже просто смешно, – вздохнул Джерри. – Такая клюква в нашу честь… Там, на дворе нет никаких тысяч демонов. Просто одно Зло, но большое.
– Может, у них там в Аду выборы? – предположила она. – А сейчас как раз раздача бесплатной пиццы? – Треск превратился в протяжный скрежет, и она почти ожидала чьего-то крика: «Дррррова-аа!!!»
Оглушительный грохот, мрак за окнами. Бурный восторг…
– Этот фонарь, – тихо произнесла она. – Он был на телеграфном столбе. Я сама видела… он же был толщиной в фут! Больше чем в фут!
И кто бы это ни был там, на улице, он просто снес его.
Она потянула к себе второй автомат, хотя руки ее так дрожали, что она не была уверена в том, что сможет стрелять»
Потом что-то ударило в угол дома с такой силой, что тот содрогнулся.
– Это он, – очень хрипло произнес Джерри, словно у него пересохло во рту.
– Он, никакого сомнения.
– Кто? – крикнула она.
Он поколебался, потом пожал плечами.
– Астерий.
Торжествующий вопль, мощный звериный рев волной прокатился сквозь дом.
– Что это? – прошептала она. – На что это похоже?
– Трудно сказать… он может принять почти любое обличье. Древним грекам он представлялся… – Его ответ был прерван еще одним ударом, на этот раз в стену. Она услышала, как стучат отлетевшие от стены доски.
– Ногами он пинается, что ли? – прошептала она.
Последовал третий удар, сильнее, и дом покачнулся. Зазвенели тарелки, поленница раскатилась по полу… Потом все стихло.
– Он обошел дом, – произнесла она, подумав про окно в спальне Алана и Лейси.
– Разницы никакой, – она скорее читала по губам, чем услышала. – Если это то, о чем я думаю, он пуленепробиваем. Чтобы пробить его шкуру, нам потребуется та самая противотанковая пушка, и даже так…
– Может, ему можно выбить глаза или что-нибудь еще?..
Он с досадой покачал головой.
– Он найдет нас по запаху или каким-нибудь еще демонским чутьем.
– А жезл? – спросила она; безнадежность в голосе Джерри страшила ее.
– Жезл будет жечь его, как раскаленное железо, но не нанесет ему серьезного вреда. И если мы возьмем жезл, Киллер умрет.
– Он так и так умрет, – сказала она. Лейси? Алан?
– Это не поможет, – вздохнул Джерри. – Имея жезл и быстрого коня, кто-то один, быть может, и смог бы удрать в Меру… такое бывало. Только это должен быть очень быстрый конь.
Дом содрогнулся. Бревна заскрипели, с грохотом полетели доски. За дверью заорал Грэм. Кто-то ломился через заднюю стену. Снова затрещало, словно кто-то вырвал кусок стены. Зазвенело стекло.
– Но должно же быть что-то! – простонала она, уставившись в запертую дверь. Джерри за ее спиной бормотал что-то неразборчивое.
Грэм закричал громче, к нему присоединился Карло.
Джерри поднялся.
– Все, что я могу придумать, – сказал он, – это стать перед дверью, и, когда это ввалится к нам в комнату, я просто упру ствол в его чертову тушу. Может, хоть так его проберет.
Или оно сграбастает его первым.
БУМ! Дом покачнулся, потом заскрипели половицы.
– Кажется, оно уже в доме, – сказала она. – Тяжелое… как черт.
Джерри обошел диван и стал перед дверью, взяв автомат на изготовку. Она оставалась на месте; ее всю трясло.
Потом что-то громко затрещало – судя по всему, тумбочка, решила она – и послышался далекий стук падающих предметов, словно вошедший выбрасывал всю мебель на улицу.
Грэм замолчал… Карло замолчал… еще стук… тишина. Джерри молчал.
Дом трясся, доски скрипели. Казалось, тот, кто ворвался в дом, ступает очень осторожно, боясь, что пол под ним проломится.
Потом дверь спальни с треском слетела с петель и обрушилась на пол. В темноте горели два глаза – слишком далеко друг от друга… слишком высоко…
Боже, какое огромное!
Она слышала его дыхание – глубокое, редкое, словно огромный зверь принюхивается… Да и запах шел как от зверя: зловонный, едкий.
Джерри всхлипнул.
Оно снова взревело – рык заполнил весь дом и не смолкал, полный злорадного торжества и ярости. Огромная рука вцепилась в косяк и вырвала всю перегородку от пола до потолка, отшвырнув ее в сторону, и она вдруг увидела его целиком: черный нос размером с бельевую корзину, почти упирающиеся в потолок рога, плечи, которые вряд ли прошли бы в дверь, необъятная грудь, свисающие по сторонам руки, и…
НЕТ, ТОЛЬКО НЕ ЭТО!
Страх куда-то исчез, и на его место пришла бешеная ярость; она щелкнула рычажком, переводя автомат на стрельбу очередями, и открыла огонь.
И в доме воцарился сущий ад.
Глава 9
Джерри стоял перед дверью, прислушиваясь в темноте к тяжелому дыханию.
Его мутило от зловонного запаха, и он изо всех сил старался, чтобы его автомат не дрожал так сильно. Он решил, что Астерий знает, что он здесь и ждет его, и поднял негнущуюся ногу, чтобы шагнуть вперед…
…и оказался на полу. Автомат куда-то делся. Он так и не понял, что же отшвырнуло его, само чудовище, обломки дверной рамы или интенсивность рева. Грохот автомата Ариадны, звон разбитого срикошетившими пулями стекла, треск дерева – все это потонуло в вопле боли, подобном голосу огромного органа, невыносимом для слуха в такой маленькой комнате.
Темнота, вонь карбида, рев – и удар. Сложившись в поясе, опустив чудовищную голову, тварь рванулась в комнату. Стол и стулья, разлетевшись грудой щепок, забарабанили по дальней стене. Дом закачался, как лодка.
Джерри съежился в комок и зажал уши. Обезумев от боли, монстр метался по комнате, круша все на своем пути. Холодильник пушинкой отлетел в сторону, разбив шкаф. Потом он выпрямился и, не прекращая реветь, бросился на Ариадну, встретившую его новой очередью. Взревев еще громче, он пронесся совсем рядом с ней и, пушечным ядром врезавшись в пианино, вместе с ним пробил стену и исчез.
Дом с грохотом осел.
Пошатываясь, Джерри поднялся на ноги. Сквозь клубы порохового дыма и отверстие в задней стене он увидел начинающее светлеть небо. Еще даже не рассвет, но все равно добрый признак.
Неужели спасены? Нет, правда! Демоны исчезли, хотя он понятия не имел куда и почему.
Закашлявшись от дыма, он проковылял во вторую спальню, где застал Мейзи в обнимку с Лейси и Ариадну, державшую в руках Алана. Несколько минут он стоял, привалившись к косяку; почему-то он испытывал скорее стыд, чем облегчение. Дети притихли и теперь только всхлипывали.
– Что все-таки случилось? – допытывался Джерри. – Что, черт возьми, ты с ним сделала?
Ариадна оторвалась от ребенка; в темноте лицо ее виднелось светлым пятном.
– Что я сделала? – огрызнулась она. – Стреляла ему по яйцам. Вот сюда…
Джерри задохнулся и тряхнул головой, пытаясь привести мысли в порядок.
Собственно, а почему нет? Пули не пробьют шкуры чудища, но кто сказал, что ее необходимо пробивать? Он никогда не слышал о таком методе, но в нем определенно имелся смысл.
– Черт, да ты вписала новую главу в демонологию, Ариадна! – рассмеялся он вдруг. – И кто, кроме женщины, додумался бы до такого?
– Старо как мир, – рассеянно ответила она.