Страница 31 из 126
— Эй, — он проводит рукой по моей щеке, привлекая мое внимание. — Ты где там? Явно не тут. — Его теплые губы скользят по моей челюсти. Он зарывается лицом в мои волосы. — И почему, черт возьми, ты всегда так хорошо пахнешь? Как банановый хлеб только что из печи. Так бы и проглотил.
В моем животе порхают бабочки, а область между бедер сводит от желания.
— Единственная проблема: я не знаю, с чего начать. Хочу быть везде и сразу. Например… — он проводит рукой по моей шее, кончики пальцев скользят по моей груди. Я покрываюсь мурашками, когда он касается большим пальцем моего соска. — Тут.
Мои губы с дрожащим выдохом раскрываются на то, как он смотрит мне в глаза и проводит по соску языком.
— Но я также хочу быть… — Картер прерывается, как и его губы, которые медленно мучительно движутся вниз по животу, где он целует мой пупок. — Здесь.
Меня трясет от нетерпения, все нервы к черту, и в моем горле раздается стон, когда его рот неторопливо спускается по моему телу. Он делает паузу, чтобы присосаться к косточке на бедре, что оставляет засос, а затем поднимает мою ногу, чередуя влажное скольжение языка и прикосновение губ, когда он направляется к промежности.
— И здесь, — шепчет он, останавливаясь на пересечении моих бедер. — И блять, — это дыхание, трепещущее дыхание, которое охватывает мой клитор, и я не могу дышать: — Здесь, Оливия. Вот где я хочу быть больше всего.
Я со стоном откидываю голову назад, когда он прижимает язык к моему основанию и одним томным движением лижет снизу верх. Кончик его языка обводит мой клитор, а потом засасывает его. Мои пальцы перебирают его шелковистые волосы, когда он закидывает мои ноги себе на плечи. Он зарывается лицом между моих ног и делает то, что обещал: пожирает меня.
Он буквально ест меня как зверь, который голодал несколько дней. Он горячо касается меня языком и обжигающе целует, когда я прижимаюсь к нему и вжимаюсь тазом в его лицо.
— Блять, — стону я, по моему телу разливается жар. Моя спина выгибается, и я задыхаюсь, когда он вводит в меня два пальца. — Картер, я… я… я не могу.
— Можешь.
Он неумолим. Он дикарь, который в одобрении рычит, когда наблюдает за тем, как я становлюсь все ближе к оргазму, и когда достигаю его, зажимаю рот рукой, чтобы подавить стон.
Картер оттягивает мою руку и прижимает мои запястья над головой, нависая надо мной. — Еще раз закроешь рот руками, и я привяжу их к кровати. Я хочу слышать, как ты выкриваешь мое имя, когда кончаешь со мной внутри тебя. Поняла?
Говорить не получается, поэтому я киваю.
Картер ухмыляется, ползая по моему телу. Он придерживает меня за подбородок.
— Нечего сказать, Ол? Кажется, я сломал твой механизм.
Закрыв глаза, я делаю глубокий вдох и расслабляюсь. Я целую его губы, а затем всю линию его челюсти до уха.
— Ты еще не поломал меня, но надеюсь, что, скоро сделаешь это, если я буду хорошей девочкой.
Его взгляд темнеет.
— Черт, я хочу дать тебе все, что ты захочешь.
Я прижимаюсь к нему губами.
— Уничтожь меня, Картер.
Наши рты сталкиваются в неистовой страсти: зубы скрежещут, языки скользят, а прикосновения даже слегка болезненны. Я спихиваю его на матрас и облокачиваюсь на его бедра, потому что мне нужно мгновение, чтобы как следует полюбоваться произведением искусства — его телом. Он широкоплечий и крепкий, под золотистой кожей проступают твердые, напряженные мышцы. Я провожу кончиком пальца по рельефной дорожке его торса, вокруг пупка, и двигаюсь по мягким каштановым кудрям, что исчезают под поясом его боксеров.
— Ты такой красивый, — бормочу я.
— Я? — он проводит ладонями по моим бедрам и обхватывает меня за талию. В его взгляде есть что-то непонятное и в то же время такое открытое, такое уязвимое, будто он хочет, чтобы я это увидела, но не знает, как мне это показать. Он проводит по моей губе мозолистой подушечкой большого пальца, его взгляд следит за этим движением и возвращается к моему. — Ты, блять, безупречна, Олли.
Тяжелый, быстрый стук в моей груди заставляет сжаться все, в том числе и мое горло, когда мной снова овладевает страх. Я не знаю, что здесь делаю, почему отдаюсь ему. Если бы не огромное желание отпустить контроль и прочувствовать его нужду во мне, перемешанное с алкоголем, что ослабило наши правила, я могла бы остановиться. Нам нужно поговорить, но, когда все, что я вижу — его тело, я сверху и этот головокружительный взгляд в его глазах, я не помню, как разговаривать.
— Эй, — шепчет он. — Что случилось? Если хочешь остановиться, мы остановимся. Мы обнимемся и посмотрим фильм. Я не против, — его лицо подтверждает искренность слов, но жар тела выдает, как сильно он надеется, что я не попрошу его останавливаться.
Он обхватывает мою челюсть, и когда наши глаза встречаются, я бормочу: — У меня был секс только с двумя людьми, — и поскольку я не могу замолчать, я добавляю: — Я сплю только с теми, кто мне не безразличен.
Я чувствую себя такой незащищенной, жду его оценки. Не знаю, о чем он думает, и это только сильнее раздражает меня.
— Мне жаль, что я не могу сказать то же самое, — наконец говорит он. — Но я буду честен, если бы я занимался сексом только с теми, кто мне дорог, я бы потерял девственность лишь сегодня, в свои двадцать семь.
Конечно, это не может быть правдой. Не может быть, чтобы я была единственной, которая когда-либо…
— Я никогда ни к кому не испытывал таких чувств. Никогда, Олли. Я просто хочу, чтобы ты подумала… подумала о том, чтобы дать мне шанс. Дай мне шанс. Это все, чего я хочу, Ол. Шанс с тобой, — он нежно целует костяшки моих пальцев. — Мы можем поговорить об этом утром, — он притягивает меня к себе в объятия, укрывая нас одеялами и утыкается лицом мне в шею, бормоча: — Банановый хлеб.
— Картер, — Я растеряна, а это совсем не то, чего я хочу, когда настолько возбуждена. — Что ты делаешь?
— Обнимаю тебя, — очевидно, и он прекрасно с этим справляется. Чему я удивлена, ведь, я почти уверена, что это впервые. — Я никогда раньше не обнимался, — как я и думала. — Думаю, у меня это чертовски хорошо получается, — и здравствуйте, высокомерие.
— У тебя отлично получается. Но что ты делаешь? — и почему его штурмовик прямо сейчас не вторгается на мою территорию? Судя по тому, как он тычется мне в зад, я предполагаю, он очень сильно хочет оказаться внутри меня, примерно настолько же, как я сама.
— Прекратить… остановится? — я сдерживаю улыбку от его нерешительности. — Разве ты не этого хочешь?
— Когда это я просила тебя остановиться?
— Ты сказала… я… ну, вроде ты… не просила.
Я кладу руку на его ключицу и толкаю его назад, когда заползаю на него. Я прижимаюсь к нему, наслаждаясь его стоном и тем, как грубо он обхватывает меня. Я отодвигаюсь настолько, чтобы он увидел мокрое пятно, которое осталось на его серых боксерах от меня, прямо там, где он так и хочет выбраться на свободу.
— Ты сказал, что хочешь услышать, как я выкрикиваю твое имя, когда кончу. Так ты доведешь меня до оргазма или нет? Если ты не готов к такому испытанию, я могу справиться сама.
Рыча, Картер переворачивает меня на спину и прижимает к матрасу. Он опускает голову и зубами касается моего горла.
— Болтливая девчонка, — прорычал он. — Ты хочешь, чтобы с тобой разделались, да? Если ты действительно этого хочешь, я могу сделать так, что ты не сможешь выйти отсюда.
— Докажи это.
Я оказываюсь на руках и коленях, не успев понять, как оказалась в этом положении, когда ладонь Картера резко приземляется на мою задницу. Я содрогаюсь от вспышки боли и удовольствия, что отдает между ног.
— Боже, эта киска, — он слезает с кровати и подтягивает меня к краю. Я слышу, как его боксеры падают на пол, но все, что я чувствую, — это его пальцы, которые погружаются в меня и я отчаянно вдыхаю воздух, подаюсь вперед, цепляясь за простыни ногтями. Он вытаскивает их, оставляет на моем бедре мокрый след и переворачивает меня на спину. Все связные мысли стремительно покидают мой мозг при виде того, как он стоит там совершенно голый и трогает свой член.