Страница 17 из 61
— Безоружный.
Это, блять, совсем не странно.
— Я недалеко от своего офиса. Отведи мужчину в морозильную камеру, где мы храним напитки.
Разворачиваясь, я направляюсь к секции, где хранятся все морозильные камеры, и встречаю Эмре, когда он разговаривает с Дэниелом, начальником охраны.
— Итак, этот парень постучал в дверь и потребовал поговорить со мной? — Я спрашиваю снова, не в силах поверить, что кто-то может быть настолько глуп или отчаянно хочет умереть.
— Evet , — кивает Эмре. Он жестом указывает на дверь холодильника, и, открыв ее, я настороженно смотрю внутрь.
Я сталкиваюсь лицом к лицу с мужчиной средних лет, который больше похож на больного бухгалтера, чем на солдата.
Хмуро глядя на него, я требую:
— Как тебя зовут и что ты делаешь в моем клубе?
— Филип, — отвечает он, обнимая себя руками, чтобы согреться. — Меня зовут Филип. Мистер Мазур послал меня проверить, мертва ли девушка, в которую вы стреляли.
Что?
Удивление скользит по моему позвоночнику, затем каждый мускул в моем теле напрягается.
— Какая девушка?
— Лара Новак. Одна из горничных. Камера видеонаблюдения показала, что вы подстрелили ее во время нападения и увезли.
Нахмурившись, я бросаю на мужчину предупреждающий взгляд.
— Ты чертовски храбрый, заходишь в мой клуб, настаиваешь на разговоре со мной, а затем требуешь, чтобы я дал тебе информацию. — Я подхожу на шаг ближе, прищурившись, смотрю на него.
Он напуган до смерти, но он должен был знать, что выполняет самоубийственную миссию, когда пришел сюда.
— Мазур гарантировал, что заплатит твоей семье за твою смерть? — Я спрашиваю.
Он даже не потрудился скрыть эту информацию.
— У меня осталось всего несколько месяцев. По крайней мере, так моя семья будет в достатке.
Я встречаюсь взглядом с ходячим мертвецом.
— У тебя подслушивающее устройство, — констатирую очевидное, на что мужчина кивает. Зная, что Мазур слушает этот разговор, я говорю. — Ты не можешь прятаться вечно, Мазур. Я найду тебя.
Мужчина прочищает горло, черты его лица напряжены от страха перед неминуемой смертью.
— Мистер Мазур также хочет знать, почему вы напали на него.
Я издаю мрачный смешок, медленно качая головой.
— Если Мазуру нужна эта информация, ему придется спросить меня лично.
Брови мужчины сходятся на переносице, он нервно облизывает губы.
— А девушка? Она мертва?
Если Мазур послал человека проверить, жива ли она, значит, Лара чего-то стоит. Или она, блять, лгала мне и делала это чертовски хорошо.
— Почему ты хочешь знать, мертва ли эта женщина? — Я возражаю на его вопрос.
— Мистер Мазур просто заботится о своих сотрудниках.
Точно, а я, блять, Санта Клаус.
— Она мертва, — вру я. Достав пистолет из-за спины, я поддерживаю зрительный контакт с мужчиной. — Да обретешь ты покой, который так отчаянно искал. — Избавляя его от дальнейших мучений по поводу того, что находится в потустороннем мире, я направляю дуло ему между глаз и нажимаю на курок. Я надеюсь, что ради него Мазур заплатит семье за его жертву.
— Похороните его, — приказываю я, прежде чем выйти из морозилки.
— Куда ты идешь? — Спрашивает Эмре, следуя за мной.
— Я собираюсь выяснить, что Лара скрывала от меня, — огрызаюсь я, гнев уже пульсирует в моих венах.
Глава 16
ЛАРА
Жизнь прекрасна. Я не могу перестать улыбаться.
С каждым днем мое сердце наполняется все большим теплом, и я так привязалась к Низе, что не могу представить жизнь без нее.
Мурат тоже пришелся мне по душе. Он всегда молчит в тени, но его присутствие успокаивает, давая мне чувство безопасности, о котором я даже не подозревала.
Я готовлю пиде так, как меня научила Низа, и поняла, что мне нравится готовить и печь.
Отправляя тесто в духовку, я быстро споласкиваю руки и вытираю их. Низа занята приготовлением джема из свежей малины. Это невероятно, и мне нравится наблюдать за ней.
— Я начну готовить манты , — говорю я.
Я занята тем, что выкладываю небольшое количество измельченной говядины на квадратик теста, когда на кухню входит Габриэль, его лицо искажено гневом. Не говоря ни слова, он хватает меня за предплечье и вытаскивает из кухни.
Я почти спотыкаюсь о свои ноги, пытаясь не отставать от него, мое сердце мгновенно начинает биться в бешеном ритме.
За последний месяц мой страх уменьшился, и я начала терять бдительность. От внезапного агрессивного гнева Габриэля у меня пересыхает во рту, а по телу пробегает дрожь.
Меня затаскивают в его кабинет, затем дверь за нами захлопывается.
Мой взгляд скользит по его лицу, и от того, что его гнев направлен на меня, у меня почти немеют ноги. Мгновенно возвращаются мои инстинкты самосохранения из прошлого. Я опускаю взгляд на ковер и складываю руки перед собой, ожидая наказания за все, что я сделала не так.
— Ты солгала мне? — Тон Габриэля звучит совершенно опасно и безжалостно.
Это усиливает мой страх, пока не начинает казаться, что он душит мое сердце.
— Нет, Габриэль Бей , — шепчу я, мой голос полон уважения.
Я изо всех сил пытаюсь отключиться, запихнуть все свои эмоции глубоко внутрь себя, чтобы наказание причинило меньше боли, но я не могу. После нескольких недель обретения чувств невозможно снова стать замкнутым роботом.
Я должна была быть настороже.
Габриэль делает угрожающий шаг, приближаясь ко мне так близко, что я чувствую запах его древесного лосьона после бритья. Я слышу его сердитое дыхание.
Я съеживаюсь, превращаясь в мишень поменьше, готовясь к пощечине, которая обязательно последует.
— Какого хрена Мазур тебя ищет?
Мои глаза вспыхивают, но, видя его ярость, я быстро опускаю их снова.
— Я не знаю. — Мой мозг лихорадочно соображает, чтобы я могла дать ему ответ. — Вероятно, чтобы убить или наказать меня за то, что я ушла?
Я действительно не могу придумать другой причины.
Внезапно пальцы Габриэля обхватывают мое горло, и я прижимаюсь спиной к стене. Его рука сжимается на моей шее, и я вынуждена смотреть на него. Мои глаза широко раскрыты, мое дыхание – лишь неглубокие вздохи.
Не сводя с меня свирепого взгляда, он рычит:
— Мазур захочет тебя, только если ты будешь чего-то стоить для него. Какого хрена ты от меня скрываешь?
Даже при том, что он может легко задушить меня или, что еще хуже, сломать мне шею, его хватка не слишком крепкая. Это не больно.
Пока.
Бурные эмоции сеют хаос в моей груди, вызывая слезы на глазах. Я тяжело сглатываю, отказываясь плакать.
— Я ничего не скрываю.
Габриэль смотрит на меня долго и пристально, напряженный момент растягивается между нами, пока я не осознаю каждый дюйм его крепкого тела так близко к моему. Его прохладные пальцы на моем горле. Его дыхание скользит по моей коже. Золото вокруг его радужек сияет ярче, чем когда-либо.
После того, как я испытала все, что может предложить хорошая жизнь, мне есть чего бояться. Мне есть что терять. На кону больше не только моя жизнь.
Мне невыносима мысль о возвращении к Тимону. Я не проживу и дня.
Когда все это становится слишком сложным, мое лицо искажается в умоляющем выражении. Со страхом, пропитывающим мои слова, я шепчу:
— Я действительно не знаю почему. Я клянусь. — Я снова тяжело сглатываю, мой голос дрожит, когда я умоляю. — Пожалуйста, не отсылайте меня обратно.
Габриэль отпускает меня и делает шаг назад, его глаза все еще горят гневом.
Паника охватывает меня, лишая способности думать. Я просто реагирую, хватая его за руку и опускаясь на колени. Цепляясь за его пиджак, мольба срывается с моих губ:
— Умоляю вас, не отсылайте меня обратно к мистеру Мазуру. Я сделаю все, что вы захотите. Он убьет меня. Я не могу вернуться.