Страница 3 из 12
Дракон скользнул под купол и приземлился на большую свободную платформу, в центре которой виднелся круг, сделанный из камня и огороженный деревянными перилами. По краю платформы шла череда массивных колонн, на которых и держался купол.
Чёрный дракон влетел на платформу чуть в стороне от нас и, сложив крылья, обернулся уже знакомым мне мужчиной со шрамом.
– Добро пожаловать в академию Айсхолл! – с торжественной улыбкой произнёс он и вступил в круг по центру.
Райнер, не опуская меня на ноги, сложил крылья, спрятав их неведомым мне образом, и тоже прошёл в центр.
Внизу что-то загудело, платформа содрогнулась и начала медленное движение по спирали вниз.
Мне было неуютно на руках у дракона, но и попросить отпустить меня я тоже не решалась. С двух сторон на стенах зажглись электрические лампочки, привлекая моё особое внимание: в моей деревне ни у кого не было столько денег, чтобы раз в месяц приглашать грозовых драконов для наполнения электрических резервуаров, поэтому мы пользовались только паровыми и механическими машинами, а освещать дом приходилось подручными средствами. Среди прочих, правда, была у нас одна колдунья, которая умела побольше моего, и легко зажигала маленькие, но яркие светлячки, которые парили за ней в воздухе.
Эта колдунья даже взяла меня в ученицы, когда мне было десять и сила начала проявляться. Но быстро определила во мне бездарность. Единственное, что у меня получалось – управлять снегом, ледяными узорами на окнах и немного контролировать воду. Но толку от этих умений не было почти никакого. Только однажды, во время паводка, я смогла немного пригодиться как носитель дара, и то… порой мне казалось, что я скорее мешалась под ногами.
Из гипноза мерцающего блёклого света меня вывел голос того, что со шрамом.
– Как ваше имя? – спросил он мягко, неожиданно бархатно.
– Лина… – я с трудом протолкнула через горло слабый звук.
– А полностью?
– Линаэль. Линаэль Хант.
– А отец?
– Тираэль Хант.
– У тебя есть ещё родственники?
Я неуверенно покачала головой:
– Матери я не помню, отец был единственным ребёнком в семье, а его родители погибли во время первого нашествия гончих. Если кто-то и есть, то я их не знаю.
Дракон со шрамом раздосадованно цокнул языком и задумчиво посмотрел куда-то под потолок.
– Я пойду отыщу ректора, будем думать, что с ней делать, – обратился он к Райнеру, словно меня не было рядом.
– Устрою пока у себя, – кивнул тот.
– Я хочу видеть отца, – поспешно вставила я.
– Уже вечер, – заметил мужчина со шрамом. – Вам стоит подумать о том, чтобы привести себя в порядок после тяжёлого дня. Сегодня вы вряд ли покинете стены Айсхолла.
– Могу остаться на ночь с отцом, – ответила я, и покраснела, осознав, как глупо сейчас звучу и выгляжу. В грязной, порванной и не по размеру одежде, с босыми ногами, на руках у дракона пытаюсь с ними спорить.
– Не думаю, что вам позволят находиться рядом во время лечения.
– Об этом и речи быть не может, – тихо, но властно произнёс Райнер. – Алоис, я прослежу, чтобы девочка пришла в себя, а ты закончи с сегодняшним набегом. Возможно, были ещё пострадавшие.
Платформа опустилась на один из этажей, по четыре стороны от нас показались довольно широкие проёмы. Кивнув нам на прощание, Алоис сошёл с платформы. Райнер же нащупал что-то ногой – и платформа продолжила двигаться вниз.
Повисло неловкое молчание.
– Простите, – робко произнесла я, когда стало слишком не по себе. – Не могли бы вы опустить меня вниз?
– Замёрзнешь, – коротко ответил он.
– А куда мы… едем?
– Вниз, в жилые помещения.
– Вы обещали отвести меня к отцу.
– Сначала ты помоешься, переоденешься и… обуешься.
Действительно, в таком виде идти в лазарет…
Мы довольно долго спускались, пропуская этажи с выходами, пока, наконец, платформа не остановилась, и дракон не вышел в просторный светлый зал без единого угла. Здесь освещения было гораздо больше, чем внутри шахты. По залу были расставлены кресла и диванчики, письменные столы и журнальные столики, кое-где стояли шкафы, полные книг, даже какое-то подобие кухни попалось мне на глаза. Там стояли двое и пили чай, о чём-то разговаривая.
– Этот зал высечен в скале, – пояснил Райнер серьёзным тоном, – а жилые помещения расположены по периметру, чтобы иметь прямой доступ к свежему воздуху и солнцу. Мы сейчас находимся на этаже профессоров и префектов, а комнаты остальных студентов – ниже.
Пока мы шли, встретили несколько человек – и все они здоровались с Райнером ударом кулака в грудь. Мне доводилось слышать, что так здороваются между собой драконы, но видеть никогда не приходилось, и оттого я чувствовала себя словно окунувшейся в сказку. Почти все здесь были мужчинами, только раз мы повстречали женщину, и все они смеряли меня оценивающим взглядом, словно залежавшийся, подпорченный товар. В какой-то момент мне даже начало казаться, что Райнеру должно быть стыдно прикасаться ко мне – и отвернулась у его обнажённой груди, стараясь больше никого не видеть. А потом и вовсе закрыла глаза, потому что смотреть на Райнера оказалось не менее тяжело.
Как мы оказались возле этой двери, я не знаю. Просто в какой-то момент Райнер вдруг опустил меня на ноги, и босых ступней коснулась холодная каменная поверхность пола. Дракон выудил из какого-то кармана ключ и отпер дверь. Когда та открылась, я буквально шарахнулась назад: весь дверной проём горел алым пламенем.
– Небольшая дополнительная защита, – пояснил он – и огонь тут же потух, оставив после себя лишь слабый запах печного дыма.
– От кого?..
– Студентам иногда приходит в голову, что выкрасть из комнаты преподавателя заготовки для будущего экзамена – отличная идея.
Я вошла следом за драконом и остановилась в паре шагов от порога. Комната, как и зал, оказалась неправильной гладкой формы, ни одного угла. Мебель странным образом повторяла линию стен, что выглядело несколько озадачивающе, но при этом действительно интересно.
– На этом этаже каждая комната имеет свой санузел, – сказал он, стягивая с бёдер повязанную на них одежду. – Можешь пока принять ванну, а я схожу к завхозу и поищу на тебя что-нибудь… поприличнее.
Эти слова снова заставили меня покраснеть. У себя в деревне мне не приходилось задумываться о том, как я выгляжу: там, среди грядок и лесов никто не посмотрел бы на грязь и рваный рукав. Только на праздники и в гости люди старались одеваться “прилично” и для таких случаев держали специальные костюмы. И здесь, среди всей этой чистоты и красоты, я впервые почувствовала себя… чужеродно.
– Сюда, – он указал вправо, и только тогда я заметила, что комната представляла собой не прямоугольник, а скорее угол, и тянулась дальше. Справа от основной части комнаты оказалась гардеробная и крошечная кухня с высоким узким столом и соответствующими стульями по обе его длинные стороны. А по левую руку в стене была дверь, ведущая в туалетную комнату.
– Скромно, зато ни с кем делить не нужно, – усмехнулся дракон.
Скромно?! Да это… королевские покои! Помимо настоящего городского туалета (вместо того, к чему привыкли в деревнях), дальше за изящной деревянной ширмой расположилась самая настоящая ванна! Не корыто – ванна! Наша деревенская ведьма обучалась своему мастерству в столичной академии, и я представляла себе, что такое унитаз и ванна с её слов. Но в жизни они оказались ещё удивительнее. Сияющая белизна, красивые изгибы, абсолютная гладкость…
– Сама справишься? – уточнил дракон, словно что-то заподозрив.
Я торопливо покивала, хотя не имела никакого представления о том, что делать со всей этой красотой.
Дракон раздражённо вздохнул, прошёл мимо меня вглубь туалетной комнаты и принялся крутить металлические рычажки. Из установленного в стене крана побежала вода, быстро заполняя комнату паром. Потом, будто не дождавшись, он принялся расстёгивать верхнюю пуговицу моего плаща, но я схватилась за неё и отступила назад: