Страница 67 из 69
Кожа руки стала обугливаться и покрываться трещинами, но процесс с каждой секундой замедлялся, когда все больше и больше магической силы Квилнала и его жизни проникало в меня, тут же уходя на локализацию травмы и её регенерацию.
Однако, я уже видел последствия такого моего решения — моя рука стремительно начала восстанавливаться, намного быстрее, чем раньше, но она не восстанавливалась до эталон, вместо этого с каждым ранение и восстановлением происходило все больше и больше изменений. Моя рука с каждой секундой покрывалась всё большим числом роговых образований, словно кожа стремительно грубела и наращивала защитный слой, постепенно превращая просто грубую кожу в настоящее скопление твёрдых сегментов из коротких конусообразных чешуек. Пальцы с каждым разом все быстрее наращивали сгорающую плоть, с каждым разом вытягивались и изменялись.
Вот в этот момент меня по настоящему обуял страх. Я готов был умереть, ведь знал, что смогу просто восстановиться у костра, я не боялся смерти, ведь знал, что был бессмертен! Единственное, чего я действительно боялся, так это повторного погружения в безумие. Но вот эти трансформации… это на самом деле пугало меня до глубины души. Что если эти изменения зайдут дальше? Стану ли я тоже Демоном Хаоса? Потеряю ли я себя так же, как и остальные и сформируется ли на основе моей личности Новая личность, что и станет демоном!?
Все и силами я направил магию в свою руку, стараясь всеми возможными и не возможными способами предотвратить трансформации, ликвидировать их, вернуть всё назад, обернуть вспять… да хоть что-то, черт побери! Но каждый рад я терпел неудачу — Пламя Хаоса, пусть и уже переработанная телом Неутомимого Воина, а так же пропущенные через артефакт, через Тьму, но постоянно стремилась изменить меня, адаптировать к окружающим условиям, словно возжигало в той части меня, куда смогло попасть и где было нужно более всего, с его точки зрения, какие-то совершенно непонятные процессы, что и оборачивались во все новые и новые трансформации.
Я слышал, чувствовал, что Неутомимый Воин уже находится на грани. У него ещё полно сил, у него просто не хватает ума, чтобы сделать хоть что-то, чтобы использовать за такой короткий бой все свои силы, но вот его тело, каким бы оно не было, уже не выдерживало. У него уже небыло половины лица, нижней челюсти, сквозная дыра в теле, наполненная Тьмой, от которой его плоть разлагалась и распадались, куча гигантских, по нашим меркам, дыр в теле, так же гниющих и разлагающихся из-за Тьмы, все его тело было наполнено крайне неблагоприятных влияющей на него Тьмой, а теперь ещё и я активно поглощал из него его силы. Аура огня вокруг демона уже угасла и теперь его шатало из одной стороны в другую — он уже с трудом держался на ногах!
Я же, хотя и давал симбиотическому артефакту работать вдоволь, сам всеми силами старался уже даже не предотвратить трансформации, а хотя бы локализовать их и не дать распространить я ещё дальше. Ведь чем слабее становился Квилнал, тем больше и быстрее артефакт тянул из него силы и тем больше её поглощал я. Рука уже практически перестала получать раны, покрывшись камне подобными чёрными образованиями, перетекающими в многочисленные толстые чёрные шипы и широкое, источающее огромный жар, раскалённое лезвие, покрывающей мой локоть, пока между чёрными частями руки была видна светящаяся, красно-жёлтая, словно горящая, плоть. Пальцы же превратились в когтистую лапу с чуть более длинными пальцами. Даже симбиотическому артефакта небыло видно — я его ощущал и чувствовал, но понимал, что он… стал как бы и частью руки, и находится внутри неё, продолжая выполнять свои функции.
И теперь все мои силы, вся моя магическая сила уходила только на то, чтобы не дать трансформация уйти дальше руки, но получалось лишь замедлить процесс, наблюдая, как уже последняя часть плеча преобразовалась и трансформировалась, а мутации медленно распространялись дальше, уже заходя на часть грудной клетки и ключицу.
И только в этот момент я ощутил, как гигантский поток частиц души стал наполнять меня, а ещё секундой позже внутрь меня проникла душа. Могучая, очень древняя, чрезвычайно сильная, могущественная душа.
Не смея больше медлить, я второй рукой сформировал новые чары и создал магический клинок, которым немедля, одним движением, отрубил себе руку и часть торса, которые уже начали трансформироваться. Плевать, даже если я потеряю артефакт, но если это спасёт меня от мутаций — это того стоит!
Отсеченная часть меня упала, а я почувствовал, как начало падать и гигантское тело Демона, быстро второй, оставшейся рукой закрыв кокон и приготовились к удару, что уже скоро последовал.
Мне казалось, что я на секунду потерял сознание, но само собой, ничего подобного не произошло — просто дезориентация в пространстве, а так же сказалось почти что истощение магической силы — сдерживать изменения своего тела оказалось слишком сложно, а теперь ещё и куча магической силы направляется к месту ранения/потери конечности, чтобы начать восстановление.
Усилием воли полностью остановил восстановление, не давая, тем самым, остаткам магической силы быть потраченной, и оставаясь в сознании, просто ожидая.
Уже скоро я услышал звук удара, а через магические колебания почувствовал, как с большой высоты Квилег спрыгнул в лаву и сейчас по ней добирается до павшего тела своего брата, что прямо с каждой секундой распадались и разлагалось — Тьма из его тела с его смертью никуда не делась и сейчас, по рев всякое сопротивление, активно уничтожали свой сосуд.
Кокон, со мной внутри, быстро подхватили, а ещё через несколько секунд перемещения по вертикальным поверхностям, мы оказались почти в том самом месте, где и находились перед началом сражения.
Кокон раскрылся.
— Ты как? — услышал я вопрос Квилег.
— Максимально хреново, насколько это возможно для живого мертвеца. Сделай одолжение — о неси меня к костру. Мне очень срочно нужна помощь Пламени.
Глава 67. Эпилог
«Не разумное… дитя… подобие… не знает… что делать… не знает… смысла… жизни…» — пришло мне понимание, когда я вернулся к костру и вошёл в контакт с Пламенем.
Сразу пришло понимание и того, что речь идёт о поразившем меня Пламени Хаоса. Пламя же не относилось к нему враждебно, скорее, как родитель относится к неразумно у ещё ребёнку, понимая, что тот ещё ничего не понимает в жизни и своих действиях.
«Могу… помочь…» — пришло мне новое понимание, теперь уже направленное именно мне и говоря обо мне.
Короткое выражение, если переводить его на понятный мне язык, но несущее в себе огромное количество образов и смыслов.
Пламя согласно помочь мне с настигшей меня проблемой. Однако не уничтожая Пламя Хаоса, но направив его, корректируя и направляя его работу.
Уже сюда было вложено много образов, что поясняли мне, пусть и обобщенно, что именно не так с Пламенем Хаоса. Его создавали, пытаясь уподобиться Пламени, чтобы поддерживать работу мира такой, какая она есть и продолжить жизнь живых существ в нем. Однако Пламя — невероятно могущественное, разумное, самосознающее себя существо, живущее одновременно в миллионах и миллионах квантовых вариациях нашей реальности, и количество реальностей постоянно растёт, отчего сила Пламени в каждом отдельном мире падает и мир возвращается… именно что возвращается в свое исходное состояние, каким он был до прихода Пламени.
Пламя Хаоса же, с другой стороны, это такое же разумное существо, живое, созданное из тех же исходных… «материалов» по образу и подобию Пламени, но не обладающей не силой его, ни сознанием, ни знанием. Оно имеет цель, данную ему при создании Квилой, Ведьмой Хаоса — поддерживать жизнь любой ценой! Пламя Хаоса разумно, но в той же степени, сколь разумен новорождённый ребёнок. Он имеет инстинктивную, базовую цель, поддерживать жизнь, но понятия не имеет, как это делать и зачем. Вот и творит, экспериментирует. Цена для него не имеет значения — первостепенная задача у него, сделать так, чтобы жизнь продолжала жизнь. И Пламя Хаоса справлялось с этой задачей тем лучше, чем больше времени проходило и чем больше он экспериментировал. Он изменяет живых существ, трансформирует таким образом, чтобы живые существа могли жить и выживать в условиях, в которых существуют. Пламя Хаоса нацелилось на всецелую адаптацию живых существ, с которыми вступает в контакт, к негативной внешней среде.