Страница 10 из 70
3.
Работали до утра.
- Все будет нормально, уверяю вас, Никита Владимирович, - невнятно лепетала утомленная ночным бдением Матильда Павловна. - Я сделаю исправления, отнесу в налоговую справку… Вот только документы…
- Все будет, - пообещал Латышеву Олег. - Москвичи там тоже сейчас не спят, у них там тоже… мозговой штурм. Документы вышлют завтра же…, то есть, сегодня уже. Фельдъегерской почтой. Задним числом оформим, и все будет тип-топ.
- Очень надеюсь на это, - проворчал Латышев и поморщился от боли
- у него раскалывалась голова. - Поеду домой, голова болит.
- Конечно, поезжай. А мы тут с Матильдой Павловной еще поработаем. Я факс буду ждать. Мне сначала документы по факсу сбросят, для Матильды Павловны, а потом фельдъегерской почтой пошлют. Ну и поруковожу малость. - Олег повернулся к главбуху: -
Матильда Павловна, у нас…
На улице было холодно. Выйдя во двор, Латышев увидел, что его
"икс пятый" занесен снегом и похож на сугроб. Возле машины суетился
Женька, работавший в его фирме водителем газели-термобудки, предназначенной для развозки товара по точкам. Женька, вооружившись метелкой, очищал баварца от снега. Это не входило в его обязанности, просто, решил помочь старому другу и… так вышло - нынешнему начальнику.
- Ты что, Никита Владимирович, ночевал, что ли на фирме? - спросил он, увидев Латышева.
- Пришлось. Проблемы кое-какие возникли.
- Понятно…
Женька был другом, может, даже лучшим другом, но на работе он всегда соблюдал дистанцию - даже когда поблизости никого не было, называл Латышева по имени и отчеству. Правда, на "ты".
Рабоче-крестьянский дух не выветривается. А знакомы они были давно, еще с тех времен, когда вдвоем возили апельсины в Клим - в город конечного потребителя. Хотели наработать первоначальный стартовый капитал для запланированного совместного бизнеса. Правда, ничего они тогда не наработали. Так, на жизнь - на еду, на выпивку, на девочек…
- Сейчас домой?
- Да. Отоспаться хочу. Голова что-то…
- Слышь, Никита Владимирович, что-то в последнее время, замечаю, ты часто стал на голову жаловаться. У меня есть эскулап знакомый.
Хороший врач, иглотерапевт, экстрасенс, еще кто-то… Я его возил когда-то. Ну, когда мы с тобой апельсиновую эпопею прикрыли. Ты в
Турцию за шмотками рванул, а я как всегда за баранку. Целый год его возил. Теперь перезваниваемся иногда. Хочешь, договорюсь, он тебя посмотрит. Иголок в башку навтыкает, если что. Должно помочь, мне помогло.
- У тебя что, тоже головные боли были?
- Не-а. Это ты головой работаешь, у тебя она и болит. А я баранку кручу. У меня профессиональное заболевание…, ну ты понимаешь.
Сидеть на жопе много приходится.
- А-а-а, понятно. И что, говоришь, помогло? Иглоукалывание?
- Помогло. Вот, без операции обхожусь… Так что, договариваться?
- Да не надо, Женька. Просто ночь не поспал, вот и…
- Да, годы наши… А помнишь, как мы с тобой по нескольку суток к ряду не спали? Ночью на складах грузишься, полдня едешь, потом вторую половину дня по овощным магазинам в Климу товар развозишь, а потом, чтобы с бабками не ночевать - в обратный путь. И ничего.
Молодые были…
"Неужели я уже старик? - подумал Латышев. - Одна бессонная ночь и вот они - проблемы со здоровьем… Нет. Ерунда, возраст тут не при чем. Просто устал. Не сегодня, а вообще. Надо отдохнуть. Как только решится вопрос с москвичами, полечу в Таиланд. Или еще куда…"
Дома его ждало электронное письмо.
"Светлана Корчагина прислала вам новое личное сообщение"
О как!
Латышев открыл и прочитал:
"Кит, здравствуй! Ты очень удивил, оставив без ответа мое приветствие… Хотелось бы знать, почему… За этот год мне удалось разыскать несколько однокурсников - ребят и девчонок
- реакция у всех была очень положительная.
… Будь здоров! С Наступающим Новым годом!"
- Вот тебе раз! - озадаченно произнес Латышев. - Ты еще и обижаешься, детка? Да кто ты такая? Я тебя знать не зна… - Он вдруг замер с открытым ртом, пялясь в монитор.
Кит?!
Только один человек на свете называл его так. Лишь мама называла его Китом, но чаще Китенком, а все почему-то только Никитой и
Никитосом. Никитой Владимировичем.
И только она…
Он вдруг узнал ее. Тотчас же. Резко. Моментально. Несмотря на плохую четкость и малый размер фотографии. Он смотрел и смотрел.
Вдруг увидел, что под фотографией вопрос "Увеличить размер фотографии?", кликнул мышкой, и на мониторе появилось укрупненное изображение его… очень давней знакомой, девушки из прошлого, вчерашней таинственной гостьи из зазеркалья.
Он защелкал по клавиатуре:
"Светка? Касаткина? Касатка! Ты?!! Прости, что не узнал сразу. Сегодня ты назвала меня Китом, и я сразу понял, кто мне пишет. А потом увеличил фото и узнал знакомые черты. Ты сама виновата, сбила с толку довольно известной фамилией. Но я никак не мог связать ее, эту фамилию, с тобой. И факультет какой-то дурацкий, в упор такого не помню. Напиши мне на мыло:… Хоть пару строк. Буду знать твой электронный адрес и напишу длинное письмо.
Обязательно напишу, обещаю. Только ты не обижайся, что не признал сразу. И не исчезай. Пожалуйста.
Жду ответа, и будем друзьями".
Кит нажал "отправить" и посмотрел на часы. Восемь часов утра. Во
Владивостоке сейчас глубокая ночь. Спит Касатка…
Ему захотелось еще что-нибудь написать, но он подумал и не стал.
Надо поспать, думал он, надо обязательно выспаться. Он отключил телефоны - и квартирный и мобильный - и завалился в постель.
Но уснуть не смог. Кит долго лежал без сна и вспоминал.
… Студенческие годы… Беспечная, бесшабашная юность.
Кит вернулся из армии, отслужив положенные два года. Служба не была легкой. За границей, в Чехословакии.
Два года без отпуска!
Отпуска вообще-то давали, но не часто и далеко не всем. Чтобы получить его мало было иметь полный набор воинских значков и быть отличником боевой и политической… Надо было быть заметным. Никита был заметным, но не в том смысле, который требовался. Он был дерзким и честолюбивым, а надо было эти два качества спрятать подальше.