Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 35 из 53

Когда я собралась проведать маму, приближался день родов, и она чувствовала себя все хуже, любимый решил ехать со мной.

— Коль, там деревня… ты к такому не привык, — говорила я, опустив голову.

— Я хочу познакомиться с твоими родными. А то, знаю только твою сестру Люду. Я хочу знать о тебе все, моя зеленоглазая колдунья.

Сестра несколько раз приезжала, и я познакомила ее с Колей и его друзьями. Она одобрила мой выбор.

— Я же говорила тебе, что все наладится! А теперь у тебя есть человек, с котором не страшны любые беды! — восторженно хлопнула в ладоши.

Люда была очень рада за нас. И с Колей они очень быстро нашли общий язык.

Но я знала, насколько мама сложный человек. И скорее всего у Николая останется неприятный осадок, после знакомства с ней.

Но Коля стоял на своем. И мне ничего не оставалось, как согласиться. Мы поехали втроем. Глеб расстался с очередной своей девушкой, пребывал в мрачном расположении духа и хотел развеяться. Ни я, ни Коля не смогли ему отказать.

Мама встретила нас довольно приветливо, суетилась на кухне, накрывала стол. Я знакомила парней с братьями и сестрами, рассказывала, что и как у нас тут. В целом, я ожидала гораздо худшего. Но парни ни словом, ни взглядом не показали хоть капли пренебрежения. Наоборот, на второй день сами вызвались идти гулять в лес, восхищались природой, расспрашивали мою маму про роды, давали советы.

Я даже поверила, что все меняется, что мама смягчилась, и у нас начнется новый этап в отношениях. Пока перед нашим отъездом она не позвала меня на разговор во двор.

— Дочь, ты знаешь, я желаю тебе только добра. Понимаю, что ты достигла возраста, когда начала интересоваться мужчинами. Не осуждаю, это все предсказуемо. Но, — сделала длинную паузу, задрала голову вверх, посмотрела на небо, тяжело вздохнула.

— Но? — не выдержала, поторопила ее.

— Николай очень скользкий тип. Он умеет красиво говорить. Без мыла в одно место пролезает. Только уж поверь мне, я знаю таких личностей, они втираются в доверие, а потом такое творят. Мой тебе совет, Маш, пока не зашло все слишком далеко, бросай его.

— У нас с Колей любовь! — я аж подскочила с лавочки.

Слышать подобнее из уст матери, я ко многому привыкла, а вот такого все равно не ожидала.

— Мужик впервые в жизни внимание обратил, вот ты и поплыла. А свои розовые сказки оставь при себе. Жизни не видела, много ли ты понимаешь. Слушай мать и избежишь многих ошибок.

— И это говоришь мне ты? Которая не знает, где отец твоего очередного ребенка?! — не выдержала, вспылила.

Мои отношения с Колей для меня были чем-то неприкасаемым. И когда мама грязными ногами ступила в мою святая-святых, я озверела.

— Ты матери в нос не тыкай! Я живой человек и совершала ошибки. А сейчас хочу тебя от них уберечь! — мать поджимает губы и смотрит на меня с вселенской обидой.

— Коля тебе деньги передает! Меня с работы забрал, не хочет, чтобы я надрывалась. А ты так про него!

— Правильно, чтобы полностью взять тебя под контроль. Я мать и со стороны все вижу.

— Смотри за своими детьми и мужиками! А в мои отношения больше не лезь, — сказала злобно.

— Вот Глеб другое дело. Открытый. Добрый парень, — продолжала гнуть свою линию.

— А мне что до этого? Он наш друг. Да, хороший парень.

— А Николай вам всем еще покажет, — так гадко звучали ее слова, словно над моей головой образовалась черная вонючая туча.

И как я ни старалась, не могла избавиться от этого гнетущего ощущения даже по возвращении в город.

Но у меня был Коля, он умел прогонять тревоги. Хоть последний месяц мы виделись реже. Он заканчивал пятый курс, много работал, впереди была ординатура, он выбивал себе хорошее место. Еще он стал брать разные подработки, чтобы по словам любимого: «Его девочка ни в чем не нуждалась». А мне нужен был только мой Коля! Он был смыслом жизни, центром вселенной.

А как-то вечером Коля мне сообщил, что его куратор берет его с собой на конференцию в другом городе. Нам предстояло пять дней разлуки! Тогда мне казалось это катастрофой. Так надолго мы никогда не расставались.





Я понимала, что это очень важно для Коли, но не могла сдержать слез, провожая его на вокзале. Словно мое сердце садилось вместе с ним на поезд, а я оставалась опустошенной стоять на перроне.

Всю ночь я проплакала. Та черная туча, которая появилась во время разговора с мамой, сгущалась над моей головой. А я не могла понять причину. Ведь Коля скоро вернется. Мы будем счастливы. У нас впереди вся жизнь!

А утром я ощутила странное тепло в животе, небольшое покалывание. И сразу в голове только одно слово: «Ребеночек». Не знаю, как я почувствовала, как поняла мгновенно.

Побежала в аптеку. Купила тест. Хоть задержка у меня была всего два дня, и это было нормой для моего организма. Но я не сомневалась, не волновалась, просто чувствовала — будут две полоски. Так и произошло, именно их я и увидела на тесте.

Именно в тот момент, когда я в слезах счастья сжимала тест. Когда в голове уже проносились картинки, как я скажу Коле, как он будет рад. В его реакции я тоже не сомневалась. Никаких волнений. Только счастье, которое разливалось во мне обжигающими волнами. Раздался стук в дверь. Я вздрогнула, словно почувствовала, что меня в середине ужалила змея.

На пороге Глеб. Странно выглядит, серый, глаза опущены.

— Привет, что-то случилось?

— Да… мне очень нелегко. Но нам надо поговорить, Маш, — поджал губы, зажмурился, как от сильной боли.

— Не сейчас, потом, — подсознательно я уже не хотела ничего слушать, моя черная туча над головой стала опускаться, лишая меня кислорода.

— Нет, больше тянуть нельзя. Ты должна все знать…

Глава 48

— Что знать, Глеб? — махнула рукой и сделала попытку закрыть дверь. Не вежливо, но именно это мне хотелось сделать. У меня было ощущение, что у меня хотят забрать мою радость, мою жизнь.

— Маш, прости, — парень проскользнул ко мне в комнату. — Ты мне дорога. Ты очень хороший человек, и я не могу поступить иначе. Хоть Коля тоже мой друг, мы многое с ним прошли. Я оказался меж двух огней, и поверь, мне нелегко было сделать выбор.

— У меня нет времени, Глеб. Давай потом, — сделала очередную попытку.

Вместо ответа он протягивает мне стопку фотографий. Я их не беру. Отпрыгиваю, словно он дает мне в руки токсичный предмет.

Фото хаотично рассыпаются по полу. Валяются у моих ног… не хотела смотреть, но взгляд цепляет один кар, и дальше все внутри замирает, коченеет, и только глаза лихорадочно бегают, рассматривают то, во что я отказываюсь верить.

Мой Коля в бассейне обнимает девушку… кажется, я даже ее видела у нас в институте… лицо отдаленно знакомое. Они зажимаются, целуются в воде, около нее. Очень откровенные снимки, я в них не верю.

Даже приходит в голову безумная мысль — это не мой Коля! Вдруг у него есть брат… Бред, сумасшествие. Но я была готова поверить в самое безумное оправдание… Только не правда…

— Это не правда, — мой голос звучит как погребальный колокол.

— Увы, — вздыхает Глеб. — Есть еще видео.

Он ловко достает телефон и включает запись. Они смеются, дурачатся, целуются… Коля ее обнимает… руки любимого обнимают другую… Его голос… мне кажется меня даже обдает отравленной водой из того бассейна, и кожа начинает покрываться волдырями. Душа рвется на части, истекает кровью… А сердце, оно по прежнему с Колей, оно отрицает, продолжает не верить.

Он же не мог! Просто не мог! Его руки, его взгляд, слова, он не мог лгать! Так не лгут!

Тогда что это? Тоненьким голосом спрашивает мой здравый рассудок.

— Нет! — крик отчаяния, жалобный, глухой, наполненный невообразимой болью.

— Маш, она не одна. Их много. Коля… он мой друг, очень хороший человек, только слабость у него к женскому полу… Ни одну юбку не пропустит мимо…

— Это старые снимки! Сейчас он со мной! — поднимаю одну из фотографий и сжимаю ее в кулаке.