Страница 450 из 454
Мысли Шольке перешли к более приятным вещам. Например, к беременности Лауры. Прошло всего несколько часов с того момента когда он узнал что станет отцом, и эта информация до сих пор будоражила его. Да, в какой-то степени такое случилось неожиданно, хотя при сексе без защиты это вполне логичный результат. Нет, Гюнтер не жалел что так получилось, наоборот! Ощущать что в скором времени он будет не один, что родится наследник его фамилии, продолжение рода.. Это же здорово! Особенно сейчас, когда государство всеми силами поддерживает увеличение демографической ситуации и создало множество бонусов для семей с детьми. Само собой, это всё делается для будущих войн, но если оберштурмфюрер вместе со своими друзьями и с Алексом хорошо постараются то их детям не придётся воевать! Они просто будут жить на своей земле без всяких чернозадых мигрантов, любить своих женщин и жить традиционными ценностями без гнилой толерантности, либерализма и влияния ЛГБТ. Такая цель стоила многих жертв, пусть даже некоторые умники и любят глубокомысленно замечать что "Патриотизм - религия бешеных!" или "Благими намерениями вымощен путь в ад!" С последователями этих выражений Гюнтер был абсолютно не согласен и никогда не упускал случая доказать это оппонентам, когда словами а когда и кулаками.
"Интересно, а какое имя будет у моего сына? Или у дочери? Так, а если Лаура не единственная кто от меня родит?!" - внезапно осенило его.
От такой неожиданной мысли вся сонливость тут же пропала и Шольке стал тщательно вспоминать все сексуальные контакты с его женщинами. С Евой в первый раз всё случилось в Тиргартене.. и тогда.. Точно, на скамейке! И потом возле дерева! В какой-то момент он точно кончил в неё! И потом ещё было перед самым отъездом, когда Лаура напилась и заснула! Значит? Есть вероятность что Ева тоже забеременела! Хотя в последнем письме не было даже намёка на это.. Может, ещё рано? От мысли что бывшая подруга самого фюрера, ещё одна любимая женщина Шольке, возможно, тоже в положении, губы Гюнтера сами собой расползлись в улыбке. И тут же эта улыбка немного померкла, когда он представил что случится когда они обе поймут что беременны от одного очень любвеобильного мужчины. Такое всё равно долго не скрыть. Да уж, надо найти какой-то способ чтобы не дать им сцепиться друг с другом, и заодно не прикончить его самого. Женские острые ногти это не шутка! А что насчёт других?
С Аннелизой у него секса не было, только минет. С её подругой Катариной был, но.. куда он тогда кончил? Увы, этот очень важный момент никак не хотел вспоминаться. С баронессой тоже было но, учитывая её возраст, вряд ли она родит, даже если Гюнтер не сдержался с ней. Графиня отпадает, с той тоже ничего не было. Ханна? Ну да, там много и бурно, но опять же возраст! Остаётся Шарлотта.. В тот раз он был в довольно сильном подпитии и снова так и не смог вспомнить конкретные подробности свидания с девушкой, кроме того факта что секс у них точно случился.
Промучившись минут десять Шольке решил оставить эти мысли до своего возвращения в Берлин. Какой смысл сейчас гадать если мало информации? Вот приедет в столицу и там уже всё будет ясно. Заодно надо будет готовиться к свадьбе, потому что его ребёнок от любимой женщины должен обязательно родиться в полной семье, а не каким-то бастардом.
..Погруженный в мысли о прекрасных дамах своего будущего гарема Гюнтер полностью выпал из реальной жизни и застыл от неожиданности, когда почувствовал что ему в шею слегка впился кончик чего-то острого.
- Если пошевельнёшься или попробуешь заорать - заколю мгновенно, не успеешь даже рот открыть! - зловещим шёпотом по-английски прошипели ему в ухо.
От такого "сюрприза" Шольке почувствовал как его сердце бешено забилось. Кто это?! В темноте не было видно, но чистота речи дала ему понять что говорит с ним явный британец. Проклятье, откуда он взялся?! Вот ублюдок, подобрался к нему, несмотря на то что десятки эсэсовцев находятся всего в сотне метров! На беду Гюнтера то место, которое он выбрал для своего отдыха, находилось в полной темноте, не освещённое ни единым источником света. Отблески ближайшего костра тоже не могли ничем помочь. С колен Гюнтера смутно видимая рука подхватила пистолет-пулемёт и теперь он мог надеяться только на свой пистолет, лежащий в застёгнутой кобуре слева. Но чтобы воспользоваться им нужно несколько секунд, а Шольке сильно сомневался что неизвестные англичане будут терпеливо ждать.
- Сэр, я же вам говорил, это плохая идея.. - совсем рядом раздался встревоженный шёпот ещё одного британца, отчего оберштурмфюрер стиснул зубы от досады. Если с одним врагом ещё были шансы как-то справиться то вот с двумя почти равны нулю. - Зачем вам сдался этот немец? Кончайте его и отплываем, иначе в любую секунду дружки этого "гунна" могут случайно заметить нас или плот.
- Само собой, Макговерн, живым я его упускать не намерен! - довольным голосом тихо ответил первый англичанин, судя по обращению "сэр" выше званием своего товарища. - Жаль что плот такой маленький, а то бы мы его с собой прихватили, в Англию. Представь, как бы нас там встретили с такой добычей, сержант?
- Лучше убираться поскорее, господин лейтенант.. - напряжённо настаивал его спутник, и чем-то слегка звякнул. - Чёрт..
- Осторожно! - снова зашипел вражеский офицер. - Не шуми, если хочешь оказаться дома! Возьми его автомат, он тебе пригодится, и иди к плоту. Я сейчас приду, нужно кое-что спросить у этого нацистского ублюдка. И мой пулемёт не забудь.
Второй безмолвно ушёл а английский лейтенант, всё время держа какую-то острую хрень возле шеи Гюнтера, наклонился к нему. Пока оба британца вели диалог Шольке смог взять себя в руки и подавить страх. Опыт фронтовика помог ему и теперь сознание усиленно разрабатывало планы как бы вырваться из этой ловушки без вреда для себя. Конечно, учитывая регенерацию, можно было бы плюнуть на остриё штыка или ножа, упиравшееся ему в горло, и заорать, или просто вырваться, но где гарантия что проклятая железка не проткнёт ему шею, челюсть и не войдёт в мозг? По собственной воле испытывать пределы своего дара оберштурмфюреру очень не хотелось, поэтому он отчаянно надеялся на какой-нибудь менее болезненный вариант.
- Ты же меня понимаешь, немец? - снова спросил британец, его голос раздался у самого уха Гюнтера. - Если да то молча кивни.
Шольке помедлил, прикидывая выгодно или нет выдавать своё знание английского, но вражеский лейтенант не дал ему много времени. Штык, а судя по всему это был именно он, надавил Гюнтеру на кожу и он ощутил как по шее побежала кровь.
- Только соври, сволочь, я ведь слышал как ты разговаривал по-нашему с тем беднягой недалеко отсюда, когда говорил что мы все трусы и дезертиры.. - проклятый британец словно угадал его мысли.
Пришлось молча кивнуть, мысленно досадуя на себя. Но кто мог знать что это выйдет ему боком так скоро?
- А теперь расстегни кобуру и ме-е-дленно отдай мне свой пистолет.. - деловито продолжил англичанин. - Давай, я знаю, ты офицер, так что отдавай пушку, если хочешь прожить лишнюю минуту.
Борясь с нахлынувшей злостью оберштурмфюрер подчинился и передал лейтенанту своё второе оружие, одновременно скосив глаза. Лицо британца показалось ему знакомым и потребовалось всего пара секунд чтобы пришло узнавание.. Ничего себе встреча! Этот же тот самый британец, которого он видел в прицеле винтовки на южной окраине города! Ещё умудрился промахнуться, высадив всю обойму!.. Впрочем, в данный момент это сейчас неважно, надо найти способ спастись! В любой момент Гюнтер был готов вскочить или же убрать голову, дожидаясь малейшей оплошности или небрежности противника, но тот всё время был настороже и не ослаблял напор штыка.
- Чего тебе надо? - тихо поинтересовался Шольке, решив попробовать заболтать врага. Каждую минуту к ним мог направиться кто-то из его подчинённых и тогда может возникнуть шанс..
- О, я бы с тобой о многом хотел поговорить, немец.. Жаль только времени мало, надо домой.. - судя по звуку усмехнулся неизвестный. - Мы ведь с тобой встречались несколько раз, я тебя отлично запомнил.