Страница 21 из 99
Вот почему лейтенант Ли находился на борту корабля вместе со своим взводом, состоявшим из двадцати восьми прошедших подготовку морских пехотинцев. «Дж. Ф. К» должен настигнуть вражеский корабль, в случае необходимости вывести его из строя, а затем сцепиться в заключительном раунде схватки. Митчелла забавляло, что современное тактическое мышление действительно предусматривало возможность использования морских пехотинцев для штурма вражеского корабля. Такого не случалось со времени абордажа «Маягуэса» в 1975 году.
— Пожалуй, будет интересно увидеть нашего лейтенанта Ли, когда он перемахнет на вражеский борт с абордажной саблей и пистолетом в руке!
— Моих двух рук для подобного трюка явно недостаточно, сэр, — ответил лейтенант. — Думаю, нам лучше использовать «Эм восемьсот пятьдесят» и надеяться, что плохие парни, когда мы доберемся до них, будут настроены довольно миролюбиво.
— И это говорит морской пехотинец! — сказал Вэрли. — А я-то думал, что вы все отчаянные забияки!
— Ну, если можно обойтись без боя, без стрельбы…
— Вы боитесь, что возникнут проблемы с выполнением боевой задачи, лейтенант?
— Хороший офицер всегда опасается проблем, сэр. Штурм неприятельского космического корабля, по крайней мере, столь же опасен, как операция по зачистке дома. К тому же дело усложняют невесомость и вероятность взрывной декомпрессии. — Ли усмехнулся. — Играть с оружием на борту хрупкого космического корабля не слишком-то блестящая идея.
— По-моему, это чисто академический вопрос, — сказал Вэрли, пожимая плечами. — Китайцы не могут попрать законы физики. Даже при ускорении в два «же» они не уйдут от нас, потому что мы имеем в метафорическом смысле воздушное превосходство в Солнечной системе. Они не могут одновременно маневрировать и увеличивать скорость. Когда мы поравняемся с ними и сравняем скорости, им придется капитулировать… иначе они рискуют получить удар по системам управления.
— Они, кажется, что-то замышляют, — сказал лейтенант Зинкоуовек, третий механик корабля. — Им известно, что мы здесь, и физику они знают не хуже нас. Наверняка у них заготовлен какой-нибудь неприятный сюрприз.
— Они ничего не знают о нашем секретном оружии! — рассмеялся Вэрли. — У нас ведь есть американские морские пехотинцы!
Радио, прикрепленное к воротнику Митчелла, защебетало. Черт побери! Никогда не дадут пообедать спокойно.
— В чем дело?
— Мы обнаружили приближающийся объект, капитан, — неторопливо произнес голос Джеки, ИскИна «Кеннеди». — Он представляет собой угрозу нашему кораблю.
Митчелл был уже на ногах и трусцой бежал к тоннель-лазу, ведущему в центральный отсек корабля, где находился капитанский мостик.
— Какова степень угрозы?
— Объект мал — его масса меньше десяти килограммов, — но он приближается к нам со скоростью пятьсот километров в секунду. Расстояние между нами — пятнадцать тысяч километров. Оно сокращается.
От этих спокойных слов веяло холодом. Тридцать секунд до столкновения…
— Какого черта мы не засекли его радаром?
— Объект очень мал, меньше трех метров длиной. И, кажется, имеет признаки применения стелс-технологии. Эффективная площадь отражения объекта менее двух сантиметров.
Стелс?.. Понятное дело… Тем не менее они должны были обнаружить инфракрасный след, оставляемый двигателем!
— Только что произошло незначительное изменение курса объекта, — продолжала Джеки. — До сих пор он находился в пассивном состоянии. Теперь он явно идет на перехват… его скорость увеличивается.
— Маневр! — взревел Митчелл.
Он уже находился в тоннеле-лазе и, передвигаясь по поручням, быстро погружался в невесомость. Нужно было как можно скорее попасть в центральный отсек, но он уже знал, что времени, чтобы достигнуть мостика, не осталось.
Когда маневровые двигатели «Кеннеди» сработали, Митчелл почувствовал удар, сбоку навалилась перегрузка.
Мгновением позже что-то ударило корабль. На этот раз мощная перегрузка просто припечатала Джереми Митчелла к стене тоннель-лаза. Казалось, корабль закувыркался, раздавливая капитана центробежной силой.
Митчелл слышал протестующий скрежет металла, сопровождаемый громкими хлопками и взрывами, а также пронзительный вой и свист утечки.
Потом Вселенная словно взорвалась. Но шум взрыва был быстро поглощен вакуумом, и наступила тишина. И капитан «Кеннеди» завертелся в холодном пространстве среди обломков корабля. Еще через пару мгновений он умер, окруженный облаком быстро замерзающей крови. Но даже в самый последний миг он пробовал понять, что за страшная катастрофа случилась с его кораблем… и с ним самим.
Космический корабль США «Джон Ф. Кеннеди»;
солнечная орбита, 4,2 а. е. от Земли;
20:07 по времени гринвичского меридиана.
Два мощных снаряда были нацелены на «Кеннеди» — вернее, в ту точку орбиты, где корабль окажется ровно через девятнадцать дней после того, как «Небесная Молния» выпустила эти снаряды. Первый, обнаруженный в самый последний момент, почти промахнулся, потому что «Кеннеди» совершил внезапный маневр.
Тем не менее снаряд зацепил носовую часть корабля и разорвал металлическую оболочку переднего топливного бака. Электромагнитная ловушка, расположенная в боеголовке снаряда и содержащая в жестком вакууме крошечное количество антивещества, разрушилась. Антивещество соприкоснулось с металлом и водой и превратилось в огненный шар, горячий, как поверхность Солнца, излучающий смертоносную радиацию.
Вода мгновенно превратилась в пар и вырвалась в космос. В результате взрыва двухсотметровый крейсер стремительно закувыркался в пространстве. Соединительные и вращательные механизмы двух жилых модулей подверглись внезапной и мощной перегрузке. Из-за этого они сначала частично расстыковались, а затем и вовсе оторвались друг от друга, стремительно улетая в ночь вместе с сотнями мелких обломков, тогда как большая часть корабля начала разрываться на части.
Второй снаряд имел больше времени, чтобы скорректировать свой курс. Он врезался в самый центр пострадавшего «Кеннеди». И от корабля остались только вращающиеся обломки.
Двойная вспышка радиации, свидетельствующая об уничтожении «Кеннеди», должна была достичь Юпитера за двадцать минут, а через двадцать восемь минут путешествия по космической пустыне о ней узнают и на Земле.
12 октября 2067 года.
На орбите Европы;
20:07 по времени гринвичского меридиана.
— Тридцать секунд до старта, — прозвучал в ушах Джеффа голос капитана Галтмана, старшего пилота «Рузвельта». — Как вы себя чувствуете, парни и девчонки?
— Все в полном порядке, сэр, — ответил Джефф. — Готовы к высадке на Европу.
Он пытался призвать хоть к какой-то дисциплине расстроившийся желудок. Майор Уорхерст ненавидел невесомость.
— Ну, тогда мягкой посадки. Увидимся снова через шесть месяцев!
— Помните про фоновую радиацию, — добавил грубый голос полковника Нордена. — Держите людей под прикрытием, пока мы не сможем всесторонне проверить скафандры в экстремальных условиях.
— Есть, сэр! — ответил Джефф. — Мы установим новый рекорд в скоростном беге по пересеченной местности, покрытой льдом.
Хотя, черт побери, если скафандры подведут, все его люди погибнут, даже не добравшись до укрытия. Поверхность Европы, была не только холодной, но и опасной…
— Держите меня в курсе всего происходящего. Я буду над вами через два витка, примерно через 180 минут.
— Роджер вас. Будем ждать, сэр.
Майор Уорхерст вытянул шею, пробуя выглянуть в крошечный иллюминатор рядом с его креслом, чтобы хоть мельком увидеть «Рузвельта». Скафандр, громоздкий шлем и тот факт, что он пристегнут к узкому креслу с жесткой спинкой, мешали Джеффу толком разглядеть хоть что-нибудь. За иллюминатором виднелась только мертвенно-черная пустота и несколько беспорядочных звезд, а также фрагмент каркаса «жука» и герметический пассажирский модуль.