Страница 3 из 4
Тень взмахнула рукой, и круговерть остановилась: горы, вода, люди вернулись на свои места. Аглая почувствовала всю печаль этого красивого мира. Даже в песках родного края ей не было так тоскливо. Слёзы опять потекли и девушке захотелось никогда не видеть эту зелень, эту воду…
Зачем она пришла сюда? Домой, ей надо домой. К деду, к песку… Зачем ей эта тень Светланы? Что-то было важное… Аглая не могла вспомнить, для чего начала этот поход. Хотелось закрыть глаза, заснуть и проснуться от привычного утреннего дедова крика. Вода, им не хватает воды. А что ещё? Аглая точно знала, что нужно что-то ещё…
Каменные люди строго смотрели на девушку. Они словно хотели в чём-то её обвинить. Тень продолжала баюкать. Аглая поддалась беспамятству и провалилась в сон. Опять.
Глава 8
Открой глаза, Аглая. Ты не можешь всё время прятаться за шорами сна. Объявила себя спасителем, так спасай. Просто вспомни, что хотела сделать, и открой глаза. Так Аглая уговаривала себя, лёжа с плотно закрытыми глазами.
Ей хотелось спать, спать, а потом проснуться в своём, занесённом песком, домике. Не знать про Тень, про воду… А как же родители? Вот! Она вспомнила! Ей нужно найти и освободить их. Потом уже вода. Аглая открыла глаза и вскрикнула от ужаса — прямо на неё смотрела огромная змея.
В песках родного местечка змей хватало, но эта был чудовищно огромный тайпан. Жёлтые глаза пугали и очаровывали Аглаю. Девушке вдруг безумно захотелось прикоснуться к переливающейся коже змеи. Ощутить её мягкую прохладу. Страх прошёл, змея, казалось, улыбается и добродушно щурится.
— Привет, — Аглая протянула руку ладонью кверху, чтобы не спугнуть тайпана.
— Seethaaa-ssst-hathehhh-hathehh-ayaeeh… — ответила змея.
— Я ничего не поняла, но почему-то думаю, что это обозначает приветствие на змеином, — сказала девушка и погладила теплую, коричневую чешую. — Вообще-то, я очень боюсь змей, но в этом странном мире всё работает как-то не так.
Тайпан, не переставая что-то шипеть и улыбаться, начал мягко обвиваться вокруг девушки. Виток, за витком. Всё крепче и крепче. Аглая же заворожённо смотрела в змеиные глаза и ничего не замечала. Жёлтые зрачки приближались, витки затягивались, девушка практически скрылась в смертельных объятиях. Вдруг судорога исказила морду тайпана и змеиные кольца распались, разом ослабив хватку.
— Вот и молодец, Тара. Тащи своё старое, прожорливое брюхо пастись куда-нибудь подальше. Пока я тебя на медальоны не порубил. — Аглая пришла в себя и оглянулась на голос. — Жива, красавица?
Обладатель голоса бесцеремонно осмотрел девушку, пнул уползающего гада и согнулся в поклоне.
— Егор, добрый молодец, — он шутовски шаркнул ногой, — к твоим услугам, о, прекрасная… Прекрасная… Ну, чего застыла? Как зовут тебя, прекрасная?
— Аглая, — смутилась девушка своей недогадливости. — Ты зачем змею прогнал?
— Надо было подождать, когда Тара пообедает? Песок у тебя в голове, что ли, душа моя? Откуда ты такая зачарованная? И куда?
Слишком много вопросов, подумала Аглая. Откуда я знаю, может быть и он, весь такой из себя добрый молодец, сначала полыбится, а потом пожарит меня на ужин.
— Мама не разрешает мне знакомиться на улице. С незнакомыми. И, это, некогда мне. — Аглая бочком, бочком пыталась обойти Егора. — Спасибо, прощай… те…
Когда обходной манёвр завершился, девушка припустила в сторону водопада. Через несколько шагов земля начала уходить из-под её ног.
— Стой, дурёха, там обрыв!
— А-а-а…
Глава 9
Говорят, когда падаешь, то перед глазами пролетает вся твоя жизнь. Аглая не увидела ничего. Почти ничего. Голубое небо вдруг закрылось чёрным крылом, что-то обхватило её поперёк туловища, и всё. Сознание бережно унесло Аглаю в небытие.
— Жива она? Не раздавил бедняжку когтями своими? — кто-то скрипел неподалёку. — Сколько раз тебе, балбесу, объяснять технику безопасности?
— Дышит вроде. Рыжая такая… Как Ася.
— Ася? Где Ася? — Аглая резко вскочила и тут же рухнула обратно. Голова кружилась и перед глазами плясали разноцветные мухи. — Где она? И Иван… Где я?
— Ух ты, прыткая какая! Напервось нам расскажи, откудова нарисовалась? — скрипучий голос принадлежал смешной старухе: скрюченный нос, седые патлы, ну чистая…
— А я думала, что баба Яга — чисто сказочный персонаж, — Аглая таращилась на старуху с неподдельным интересом, — а ступа у Вас есть?
Только когда Егор залился лошадиным ржанием, а старушка покрылась малиновыми пятнами, до девушки дошло, что ведёт она себя слегка некорректно. Как сгладить ситуацию, не попав в ещё больший конфуз, в голову не приходило. Аглая решила тянуть паузу и сделала вид, что оглядывает помещение.
Ну, чистая избушка на курьих ножках. Но это не точно — про ноги ничего пока не известно. Но интерьер! Иллюстрации в дедовых книжках ожили и заиграли. Черепа невиданных зверюшек висят вперемежку с какими-то травками. Чёрный котяра щурится с окошка. Даже печь каменная присутствует. И огонь в ней жаркий горит…
— Только не говорите, что меня здесь есть собрались. Как-то надоело это уже. — Аглая нахмурилась и натянула мягкую, пахучую шкуру, которой была укрыта, на нос.
— Вот ещё, чего там жрать? Гриву запутанную, да кило костей? Да и не Яга я, а Параскева. Людей не ем, а чарую. И то не всех, а тех, кто на вопросы ответы даёт неверные.
Аглая в испуге посмотрела на Егора. Тот пожал плечом, скосил рот и сделал какое-то неопределённое движение рукой. Типа не бойся, дело житейское. Странный добрый молодец. Может он и недобрый вовсе. И что тут вообще происходит? Она падала в про́пасть, никого не трогала, спасать не просила и теперь вот это всё.
— А вопросы про что? Учтите, я не местная и ваших местечковых приколов не улавливаю. И вообще, мне пора. — Аглая решила брать напором, авось так отпустят.
— Ба, ну правда, давай девушку так отпустим, надоело жить среди идолов. — Егор заискивающе улыбался старухе. — В друзьях одни камни Тени, да твои соляные столбы.
— Цыц, козявка бестолковая! Миссия у меня такая! Ищу я ту, которая вспять всё повернёт. А она слова правильные знает.
После этих слов бабка закружилась по комнате вихрем. Егор закрыл глаза и словно застыл. Аглая и сама не могла пошевелиться. Только глаза не закрывала. Хотела от страха сомкнуть покрепче, но не слушались веки. К хаотичным движениям прибавилась скрипучая абракадабра.
Да сколько можно уже, подумала Аглая, и начала неожиданно для себя подпевать Параскеве.
Глава 10
«Несёт меня река по небу бездорожья. Вижу будущее в прошлом. Белый плащ — мои мокрые крылья. Голос кричит шёпотом бесцветные слова. Найду, что ищу и умру. Выбор есть у того, кто не идёт прямо. Пусть люди меня не помнят. А-а-у… А-а-у…»
Песня странная лилась из груди, как будто притаилась до времени, а теперь вырвалась. Аглая покинула тело и плыла вверх по водопаду. Она не смотрела по сторонам, но знала — Параскева рядом. Добрались до верхней точки, песню оборвали, сели на мокрые, шершавые камни. Долго смотрели друг на друга, словно перед броском.
— Три пути есть у тебя, девонька, — Параскева отвела глаза, но напряжение не ослабло. — Либо родителей вызволить, либо воду вернуть.
Старуха замолчала. Смотрела она теперь вниз, на ревущую воду. Аглая затаилась. Ждала, когда Параскева продолжит. Сидеть на краю водопада было не страшно. И как будто привычно… Странное ощущение узнавания. Молчание затягивалось.
— А третье либо? — Аглая поняла, что старуха ждёт вопрос.
— Принять предназначение. — Параскева скосила глаза на Аглаю, следя за реакцией. — Исполнить предначертанное: повернуть всё вспять.
— Ну, если вспять… То тогда и вода, и родители… Всё вернётся?
— Не совсем. Ты запустишь отсчёт заново. А вначале было Слово. И Свет. Только теперь Свет нарекут Аглая. Знаешь же эту историю? Вот ее ты и перепишешь. Только уже не будет Аси, Ивана… И тебя тоже не будет.