Страница 88 из 230
Глава 40. Он мой сын.
Из-за отвратительного поведения Се Си, Чу Ю почувствовал, что ему все еще необходимо восстановить достоинство Шисюна и поэтому, с холодным выражением на лице, он вышвырнул его за дверь.
Он позаботился об этой маленькой проблеме, но оставалась еще большая проблема.
Чу Ю напряженно думал, как он сможет продолжать лгать——
Се Си было легко обмануть, и он даже помогал ему залатать дыры во лжи. Брокона также легко обмануть, но ложь будет нелегко поддерживать…
Было слишком легко представить, насколько взволнованным станет состояние ума Чу Шэна, когда он услышит, что их отец может быть воскрешен. Он немедленно начнет подготовку к отправке своих людей на поиски улик. Он абсолютно не сможет доверять главному герою…
Тем не менее, это не казалось слишком плохим планом, чтобы просто не говорить Чу Шэну, что эта способность принадлежала исключительно главному герою, и пусть кажется, что у него есть возможность.
Затем Чу Ю весело медитировал и ждал, когда Чу Шэн вернется.
Ночь постепенно сгущалась, на небе то и дело появлялись звезды. Была уже поздняя осень, и листья на деревьях увяли. Скоро в Цин Ту пойдет снег.
Чу Ю вздрогнул и открыл глаза, чтобы смотреть безучастно на цвет неба.
Прошло несколько часов, а было уже 11 вечера. Почему Чу Шэн еще не вернулся?
Чу Шэн всегда был пунктуален и возвращался ровно в девять, ни минутой раньше, ни минутой позже. Первое, что он сделает после прибытия, - это придет и долго, от всего сердца поговорит с ним, пока они будут сидеть колено к колену. Обычно он уходил только в полночь. Не может быть, чтобы он больше не хотел говорить с ним по душам теперь, когда узнал, что его младший брат согнут, верно?
Поколебавшись мгновение, тревожная мысль внезапно промелькнула в голове Чу Ю. Он резко встал, толкнул дверь и ушел.
Обойдя весь лагерь семьи Чу, он обнаружил, что Чу Шэн еще не вернулся. Чу Ю задумался: может быть, эти старые пердуны позволили своим эмоциям снова овладеть ими, обсуждая официальные дела, и поэтому вызвали задержку, так что они все еще обсуждали контрмеры для великой войны между демоническими и праведными культиваторами даже сейчас?
Хотя это было возможно, Чу Ю все же дал нескольким подчиненным инструкции, прежде чем схватить Сюнь Шэн и покинуть лагерь.
Ночью, кроме культиваторов Бессмертного Союза, которые патрулировали территорию небольшими группами, остальные культиваторы оставались на своих участках. Все они медитировали и культивировали, чтобы завтра или даже сегодня вечером попытаться убить еще нескольких демонических культиваторов.
После блуждания в темноте по лагерю Цзяо Ся он не смог найти ничего особенно заметного. Чу Ю на мгновение задумался, а затем изменил направление, направляясь к главному дискуссионному залу Цин Ту, расположенному в центре города.
Далекие улицы превратились в черное поле, где ничего не было видно. Как будто злой дух или злой бог прячется где-то поблизости, тихо поджидая, когда к их двери приведут какого-нибудь молодого человека. Чу Ю медленно подошел к ним, беспокойство в его сердце становилось все сильнее и сильнее. Его рука бессознательно сжала рукоять Сюн Шэна. Он поджал губы и принял осторожную позу.
Все вокруг было тихо, если не считать порывов ветра с запада, который издавал скулящие звуки, похожие на рыдания. Чу Ю почувствовал, как его волосы встали дыбом на концах, и невольно вытащил Сюнь Шэн на три дюйма. Он еще не успел войти в область, окутанную тенями, когда кто-то вдруг легонько похлопал его по плечу.
Ощущение онемения поползло вверх от подошв ног к макушке, когда Чу Ю едва не подпрыгнул от страха. Преодолев мгновенный страх, он проглотил крик тревоги, который чуть было не издал. Он махнул рукой и вытащил меч, чтобы прижать его к шее этого человека, прежде чем повернуться.
У человека за его спиной было лицо, похожее на иней и снег, глаза неподвижны. Он был спокоен, как гора, и молча смотрел на него.
……
Чу Ю сухо кашлянул и убрал меч: "...Шицзун, почему ты здесь?”
Он все еще не издал ни звука, стоя позади него. К счастью, с тех пор как он переселился в книгу, его умственная сила постепенно укреплялась. В противном случае, этот вид испуга определенно заставил бы его ноги стать мягкими.
Лу Цинган кратко сказал: "Маленький Третий еще не вернулся.”
Третий Шиди пропал?
Чу Ю подсознательно сказал: "Разве третий Шиди не патрулировал со вторым Шиди…”
Он произнес только половину из того, что хотел сказать, прежде чем остальное умерло под молчаливым взглядом Лу Цингана и его собственными воспоминаниями. Се Си вернулся, чтобы подглядеть за ним, оставив третьего Шиди одного... более того, судя по виду Лу Цингана, он также понял, что Се Си искал его.
Вероятность того, что Се Си уже отправился на поиски третьего Шиди, составляла восемьдесят процентов.
Хотя большую часть года третий Шиди находился в состоянии, когда его IQ был отключен, его все еще можно было считать умным и сообразительным. Кроме того, Лу Цинган оставил при себе магический предмет, так что, если бы действительно произошел несчастный случай, Лу Цинган, вероятно, не разговаривал бы с ним в такой непринужденной манере.
Тогда вопрос был в том, какого черта Лу Цинган все еще околачивается поблизости?
Как будто услышав мысли Чу Ю, Лу Цинган сказал: "Я слышал, что демонический культиватор проник на сегодняшнюю дискуссию и ранил двух человек, прежде чем убежать из главного зала. Одним из раненых была Сун Шисюн.”
Так что теперь вы должны преследовать и убить этого демонического культиватора.
Чу Ю кивнул и уже собирался сказать что-то еще, когда в его голове мелькнула мысль, заставившая его вздрогнуть: "...Два человека ранены? Кроме дяди мастера боевых искусств, кто еще пострадал?”
Лу Цинган молча смотрел на него некоторое время, а затем кивнул головой и сказал: “Чу Шэн.”
Черт! Они осмелились ранить броконм!
Как и ожидалось, его предыдущее беспокойство не было необоснованным.
Чу Ю глубоко вздохнул: "Где мой старший брат? Рана... серьезная? Почему семье Чу ничего не сообщили?”
Было маловероятно, что все стало настолько плохо, что никакие новости не могли быть переданы, если только Чу Шэн…
Чу Ю не осмеливался продолжать эту мысль, его разум внезапно пришел в смятение. Лу Цинган погладил его по голове и сказал тяжелым тоном: "Чу Шэн не был серьезно ранен. Тем не менее, он временно не может передвигаться. Сейчас он в главном зале и запретил кому бы то ни было передавать новости семье Чу.”
Чу Ю на мгновение отключился, затем потерял дар речи.
Брокон - это все равно брокон. Он хотел защитить своего младшего брата во всех отношениях, даже хотел скрыть тот факт, что был ранен .
Чтобы быть способным ранить двух человек в главном зале, а затем сбежать, демонический культиватор должен был находиться, по крайней мере, на стадии зарождения души. Поскольку у него не было ореола главного героя, Чу Ю решил не присоединяться к действию и не мешать им: "Тогда Шицзуну следует продолжать выслеживать их. Сначала ученик направится в главный зал.”
Свет в глазах Лу Цингана был тусклым, он кивнул головой, но не сделал ни движения, чтобы уйти. Он еще не ушел, так что Чу Ю тоже не следовало уходить. Он молча смотрел на безэмоциональное лицо Лу Цингана и обдумывая, каким образом он может помочь Шицзуна вылечить эту болезнь.
Только через некоторое время Лу Цинань мягко спросил: "...за эти годы он кого-нибудь упоминал?”
Кто?
Время реакции Чу Ю было чрезвычайно медленным, и прошло довольно много времени, прежде чем он внезапно понял, что означал вопрос, и, наконец, ответил: “Старший... Шэнь Нян говорил практически каждый день о лучшем друге, который у него был в секте Тянь Юань. Он сказал, что этот друг был для него самым важным человеком.”