Изо дня в день протагонист хочет пленить меня

Чу Ю холодно посмотрел на него: “Хм, возвращайся в свою комнату, уже поздно.”

Минута молчания и потом лицо Се Си побледнело: “Шисюн, ты снова прогонишь меня?”

Было уже довольно поздно. Если Чу Шэн вернется хотя бы на мгновение и заметит, что у него в комнате находится этот дикий человек, он может стать слишком эмоциональным и вытащить свой меч.

Чу Ю потер лоб и объяснил: “Иой старший брат и родители здесь. Поэтому я должен остаться здесь на некоторое время, к тому же мой старший брат... не очень гостеприимен. Он скоро вернется и я не хочу, чтобы он видел тебя. Если вы двое ввяжетесь в драку и тебе будет больно, это не будет хорошо.”

Его глаза блестели, Се Си слушал и сказал: "Я могу победить его.”

Чу Ю рассердился: "Ты смеешь бить моего старшего брата?”

Главный герой неожиданно все еще хочет сделать это с ним! Бах, в конце концов, каким Шиди он хочет быть?

Се Си раздраженно шмыгнул носом и больше ничего не сказал.

Чу Ю вспомнил, как   Се Си ждал его у руин Мавзолея больше года. Он не мог видеть Се Си расстроенным, поэтому поколебался мгновение, затем прошептал: "Потом... когда мой старший брат уйдет, я позволю тебе вернуться.”

Чу Ю сделал паузу, затем добавил: "Тебе разрешено только культивировать, и ты не можешь делать ничего другого.”

Се Си просто улыбнулся от радости, написанной на его лице, и обнял Чу Ю. Он сделал три шага назад и вышел.

Чу Ю лежал в постели. На его лице было написано замешательство и сомнение.

# Прямой человек вдруг заметил, что он немного согнулся, должен быть какой-то ущерб?#

********

В эти дни расписание Чу Ю было довольно насыщенным.

В дневные часы он проводил большую часть времени с Чу Шэном, медитируя и занимаясь в своей комнате. У него также была ежедневная психологическая консультация и сеанс обучения любви с Чу Шэном. Был также сеанс “Куриный суп для души " перед сном.

Вечером, после того, как лидеры семьи Чу отправлялись на собрания или ложились спать... именно тогда Чу Ю принимал своего маленького Шиди, который входил через окно. Хотя он договорился, что они должны сосредоточиться на культивировании и не делать ничего другого, его всегда гладили и обнимали.

У Чу Ю было чувство, что все больше и больше вещей становилось странным: почему кажется, что он уже вовлечен в тайную любовь...?!

Прошло почти полмесяца, а глава семьи Чу Шуантянь и госпожа Чу все еще не вернулись. Чу Шэн был очень занят, заботясь о культиваторах и своем младшем брате, и находился под таким давлением, что прошло много времени, прежде чем он наконец понял, что что-то не так.

Несмотря на то, что оборонительный комплекс должен был защищать всю территорию Цин Ту, все необходимые флаги и плитки были подготовлены заранее. Чу Шуантянь и госпожа Чу, оба  культиваторы средней стадии Зарождающейся души, должны быть в состоянии установить его в течение десяти дней.

Чу Шэн вернулся к звездным картам, которые долгое время не включались, чтобы проверить их положение. Его лицо вытянулось. Чу Шуантянь и госпожа Чу все еще находились в северо-восточной части Цин Ту, и их метки застряли и долгое время не двигались вперед. Либо они столкнулись с неприятностями, либо случайно уронили свои звездные жетоны.

Излишне говорить, что почти невозможно, чтобы они случайно уронили жетоны.

Это такой вопрос, о котором посторонние не должны знать... Чу Шэн сообщил Чу Ю об этом, чтобы держать его в курсе и обсудить это со старейшинами семьи Чу. Старейшины решили, что он должен пойти осмотреть место, где упали жетоны.

Чу Ю поднял руку: "Старший брат, могу я пойти с тобой?”

Обращаться с ним, как с ребенком семьи и как с заветным сокровищем, будучи под домашним арестом в течение полугода в семейном лагере Чу... какая разница между этим и тем, чтобы остаться внутри руин Мавзолея?

Столкнувшись с этой просьбой своего младшего брата, Чу Шэн поколебался мгновение, затем решил взять его с собой в путешествие.

Однако они еще не закончили планировать, сколько людей взять с собой, когда кто-то прибыл в лагерь семьи Чу.

Тот, кто прибыл, был, если быть точным, посыльным, который в настоящее время служил Чу Шуантяну и его жене. Когда он вернулся в лагерь Цзяо Ся, вид у него был крайне жалкий, а тело с головы до ног было покрыто пятнами крови. Правая рука тоже отсутствовала.

Когда он увидел Чу Шэн, он только только успел достать нефритовый свиток,  затем его тело задрожало и рухнуло.

Выражение лица Чу Шэна было мрачным, когда он протянул руку и взял нефритовый свиток. Простым взмахом руки он приказал собравшимся отойти в сторону. Он использовал заклинание, чтобы дать им уединение, а затем использовал свою духовную энергию, чтобы активировать свиток.

Нефритовый свиток задрожал, затем из него внезапно раздался приятный голос молодого человека, и в одно мгновение их лица стали мертвенно-бледными.

"Я недавно проснулся от сна и увидел, что были некоторые друзья, которые пришли в гости. Я не мог не предложить им свое сердечное гостеприимство. Я осмелился попросить этих двоих поболтать со мной. Очень жаль, что эти два человека были слишком неромантичными. Айя, кажется, я потерял контроль и схватил зарождающуюся душу невестки слишком сильно по ошибке и сломал ее…”

По мере того как они слушали сообщение, лицо Чу Шэна становилось все бледнее и бледнее,   свет надежды в глазах постепенно угасал.

Сердце Чу Ю похолодело. Он не ослышался... сломленная зарождающаяся душа?

"Искренне сожалею, что причиняю неудобства другим, поэтому я попросил старшего брата вернуться домой, чтобы извиниться. Шэн-эру не о чем беспокоиться.”

Треск.

Нефритовый свиток в руках Чу Шэна разлетелся вдребезги.

Это был первый раз, когда Чу Ю видел такое выражение на лице Чу Шэна. Он выглядел так, будто хотел заплакать, но заставил себя вытерпеть это. Его глаза покраснели и он задрожал, но он мог только молча бороться с болью и успокоиться.

Чу Ю мысленно подтвердил это еще раз. Госпожа Чу умерла, а Чу Шуантянь попал в плен.

Как могло случиться, что две зарождающиеся души средней стадии и большое количество культиваторов формирования ядра были полностью уничтожены?

Внезапно его сердце забилось от боли. Чу Ю склонил голову и положил руку на грудь. Он очень мало общался с семьей Чу. Они были ему совершенно незнакомы, но в этот момент ему казалось, что все было не так. Слезы жгли ему глаза, и он чувствовал глубокую боль в сердце.

Возможно, это осталось от чувств первоначального Чу Ю. Сколько же боли Чу Шэн должен чувствовать сейчас?

Некоторое время он молчал, но потом не удержался и прошептал: "Старший брат..."

Нефритовый свиток был сделан из тончайшего материала, и он был чрезвычайно твердым, но Чу Шэн так легко разбил его, крепко сжимая в руках. Осколки были острыми, так что кровь капала с его ладоней, но Чу Шэн, казалось, ничего не чувствовал. Его руки все крепче и крепче сжимали обломки свитка. Спустя долгое время он сказал хриплым голосом:

"Младший брат, это человек, который убил нашего второго брата у меня на глазах.”

Он поднял руку и его кровь потекла на землю, окропив ее красным.

“Он убил нашу мать…”

Чу Ю посмотрел на Чу Шэна, но не мог произнести ни слова. Казалось, голос застрял у него в горле.

Чу Шэн: "Чу Шуанхэ.”