Страница 166 из 230
Размышляя об этом, он посмотрел на патриарха секты Тянь Юань.
Кроме патриарха секты Тянь Юань, было восемь культиваторов, которые находились на стадии зарождающейся души. Кроме Лу Цингана, который отсутствовал, все остальные старейшины оставшихся шести пиков собрались вместе. Вместе с двумя защитниками, которые находились на поздней стадии зарождения души, это боевое построение действительно выглядело прилично.
Каждый из восьми культиваторов зарождающейся души уже держал в руках флаги и стоял в разных положениях с сосредоточенным и серьезным выражением на лицах.
Чу Ю действительно не понимал магических формаций, и он мог только смутно сказать, что это была магическая формация печати. Патриарх, находившийся на стадии полубога, стоял в центре формации.
Оставшаяся душа повелителя демона Янь Хэна еще не полностью пробудилась. Если они воспользуются этой возможностью, чтобы принять меры, то, возможно, им все же удастся запечатать его.
Чу Ю не мог не чувствовать себя взволнованным, глядя на них немигающим взглядом.
Вскоре появился светло-золотой барьер и закрыл область, где появился повелитель демон Янь Хэн, поймав в ловушку несколько демонических культиваторов. В барьере, воздвигнутом полубогом-культиватором и восемью культиваторами зарождающейся души, эти люди не могли убежать и только беспомощно смотрели, как на них нападает зловещий черный туман.
В тот момент, когда черный туман поглотил их, кровавый туман, казалось, выплеснулся наружу.
После поглощения духовной энергии более чем дюжины демонических культиваторов, было похоже, что повелитель демон Янь Хэн больше не хотел успокаиваться. Черный туман постепенно рассеялся и в конце концов показал человека в черном, который стоял на одном колене в воздухе; в этот момент он протянул руку, чтобы вытереть пятна крови в уголках рта.
Чу Ю внезапно почувствовал, как что-то горит в его теле. Он вспомнил, что в тот самый момент, когда портал открылся в запретной зоне, в его тело влетел какой-то предмет. Он нахмурился, игнорируя палящий жар, и поднял голову, чтобы оценить повелителя демона Янь Хэна.
Те, кто достиг стадии формирования ядра, смогли сохранить свою внешность. Повелитель демон Янь Хэн выглядел очень молодым человеком, на вид ему было всего восемнадцать или девятнадцать лет. Его лицо было белым, как снег. Он был красив сверх всяких ожиданий, настолько, что его можно было даже назвать чарующим. Лицо его было совершенно белым, и все же у него были изящно очерченные брови и красные губы. Он был так очарователен, что мог зажечь сердца одним лишь взглядом.
Его глаза были кроваво-красными.
Словно зная, что кто-то оценивает его, повелитель демон Янь Хэн холодно повернулся, чтобы посмотреть на него. В тот момент, когда их глаза встретились, разум Чу Ю на мгновение опустел, и он почувствовал, что его душа вот-вот будет вырвана из его тела. Чу Ю пришлось напрячь почти всю свою энергию, прежде чем он смог отвести взгляд. Его зрение затуманилось, и он судорожно глотал воздух. Вытерев холодный пот со лба, он больше не осмеливался смотреть на повелителя демона.
Большой босс был действительно большим боссом... если бы Се Си пришлось столкнуться с ним в оригинальном романе, он, вероятно, тоже был бы в невыгодном положении. Он мог только надеяться, что те из секты Тянь Юань смогут запечатать его и погрузить в сон на сотни и тысячи лет, пока Се Си не станет достаточно зрелым, чтобы вернуться и сразиться с боссом.
Хотя они могли сказать, что вокруг все еще были другие люди, никто не мог потрудиться что-либо сделать с Чу Ю в этот момент времени. Культиваторы зарождающейся души сформировали печати своими руками, чтобы бросить в флаг массива, и сразу же золотой свет расширился, окутав тело повелителя демона Янь Хэна в мгновение ока. В мерцающем золотом свете лица нескольких культиваторов зарождающейся души побледнели, словно поддержание такого рода золотого света было огромным напряжением для них.
Чу Ю смотрел с предельной концентрацией, и вдруг он увидел, как на вершине этого золотого света появилась трещина.
Тусклое, кроваво-красное свечение просачивалось изнутри, как если бы потребовалось еще немного борьбы, прежде чем человек внутри смог бы убежать.
Патриарх секты Тянь Юань спокойно помахал флагом массива, и сразу же вспыхнул золотой свет, и эта трещина была снова залатана.
Под объединенными усилиями девяти человек огромная золотая тюрьма постепенно уменьшалась, как маленькое солнце, отражая повсюду ослепительный свет и рассеивая совсем немного демонической ауры, которая все еще дрейфовала из бездны.
Чу Ю вздохнул с облегчением.
Судя по всему, все, что им нужно было сделать, это приложить еще немного усилий, и они снова смогут запечатать повелителя демона Янь Хэна в бездне.
Именно в этот момент один из старейшин зарождающейся души внезапно запнулся, его лицо было ужасно бледным, словно он мог упасть в любой момент. В этот критический момент, это было бы катастрофой для любого. Чу Ю был в напряжении, когда тот старейшина внезапно ударил себя в грудь, жзакашлявшись кровью, в тот же момент стискивая зубы.
Но, несмотря на его упорство, старейшина с другой стороны теперь заколебался и рухнул вниз.
Многочисленные трещины быстро появились на золотом куполе. Смех был слышен даже изнутри, он звучал, как крик вороны над могильным курганом посреди ночи; это было жутко и чрезвычайно холодно.
Без каких-либо изменений в выражении лица, патриарх секты Тянь Юань наотмашь ударил по флагу, и золотой свет был снова восстановлен. Но в несколько мгновений золотой свет начал растворяться, как тающий лед и снег. На этот раз лицо патриарха секты Тянь Юань побледнело. Он прикусил язык и выплюнул полный рот крови, которая впиталась в золотой свет, и свет снова вспыхнул.
Затем он открыл рот и тихо крикнул: “Продолжайте! Это мерзкое отродье только что очнулось. Хотя он был вскормлен, он не сможет поддерживать это долго. Еще немного, и мы сможем запечатать его обратно в демоническую бездну!”
Оставшиеся старейшины зарождающиеся души даже не имели сил говорить и могли только слабо кивнуть.
Чу Ю взглянул на Сун Юаньчжуо и увидел, что он тоже нетвердо держится на ногах, и его сердце подпрыгнуло. Хорошо, что хоть он и был на грани обморока, но все же оставался мастером секты; если бы остальные все еще стояли, то он был бы слишком смущен, чтобы упасть, поэтому он мог только стиснуть зубы и продолжать держаться.
Это было похоже на перетягивание каната; кроваво-красный свет внутри постоянно вызывал трещины в золотой оболочке, а затем патриарх секты Тянь Юань восстанавливал ее. Это была именно война на истощение; если бы повелитель демон Янь Хэн не выдержал первым, то секта Тянь Юань победила бы, но если бы еще один или два старейшины секты Тянь Юань пали, то ситуация была бы непоправимой.
Чу Ю был как на иголках; в конце концов, если они закончат неудачей, ему придется вмешаться.
Продержавшись довольно долго, двое старших уже не могли идти дальше и в конце концов упали. Бесчисленные трещины мгновенно появились на золотой сфере, которая была разорвана в следующее мгновение.
Лицо патриарха было бледным и болезненным. Тяжело дыша, он помахал флагом и наполнил золотой свет. Он был главной силой формирования, но после столь долгого упорства у него давно закончилась энергия. Он только что восстановил золотой свет, когда тот разорвался.
Последние несколько оставшихся старейшин, которые висели на нем, закашлялись кровью и рухнули на землю.
Прорвавшись сквозь строй, повелитель демон Янь Хэн разразился маниакальным смехом. В мгновение ока он обошел патриарха, подошел к двум старейшинам секты Тянь Юань и без малейшего колебания протянул руки, чтобы схватить их за шеи. Менее, чем за три вдоха тела двух старейшин быстро сморщились, в то время, как их духовная энергия и жизненная сила были поглощены.