Изо дня в день протагонист хочет пленить меня

Глава 45. Боясь грязи.

Действительно, существовала тайная область с истинной духовной медициной, которая могла помочь кому-то совершить прорыв. Просто... даже семья Чу, которая тайно распространяла эту информацию, не смогла получить ясного представления об этом. Неизвестно, какова будет реальная ситуация.

Чу Ю, с другой стороны, был уверен в своей способности найти это место, из-за упоминания в оригинальном романе.

Большое спасибо оригинальному роману, большое спасибо великому богу сюжетных линий, большое спасибо побочному сюжету за то, что он не исчез, несмотря на то, что изменил историю.

На самом деле, сегодня ему не было особой необходимости что-то предпринимать.

Жадность человека - вещь крайне пугающая.

Се Си вернулся. Когда он увидел, что Чу Ю внезапно слабо улыбнулся, он бессознательно вспомнил улыбку на лице Чу Ю в первый раз, когда он летел на своем мече, и последующие неприятности, которые он поднял. Помолчав с минуту, он тихо спросил: "Шисюн, чему ты улыбаешься?”

Чу Ю слегка кашлянул и перестал улыбаться. Он мягко потрепал Се Си по голове: "Я только что придумал кое-что интересное.”

Се Си отказался отпустить его, когда он спросил: "Что именно?”

Чу Ю видел, что он не собирается сдаваться, пока не доберется до сути дела. После минутного раздумья в нем вдруг возникло озорное желание: "Я не знаю, помнит ли еще Шиди, в какой-то год, в какой-то месяц, в какую-то ночь, в каком-то месте, о том, что случилось с пятью молодыми леди…”

На этот раз настала очередь Се Си хмуриться.

В следующий момент цвет лица Се Си изменился, когда он сжал губы и его глаза потемнели. Он повернул голову и отказался смотреть на Чу Ю.

Чу Ю был вне себя от радости. Он подавил ликование, изо всех сил стараясь, чтобы его голос звучал обиженно: "Теперь ты игнорируешь Шисюна?”

Несмотря на чувство подавленности, в тот момент, когда Се Си услышал эти слова, он повернул голову. Увидев дразнящую улыбку Чу Ю, он почувствовал себя несколько беспомощным: "Шиди... не мог представить, что Шисюн сделает это... Я был немного взволнован и не мог себя контролировать.”

Чу Ю был вне себя от радости. Вспоминая темную историю Се Си, он неторопливо летел на своем мече в самом начале.

Как давно он в последний раз чувствовал себя таким счастливым? Но вскоре его меч внезапно опустился. Что-то сжалось вокруг его талии, и его тело было оттянуто назад и практически заключено в объятия другого тела. Чу Ю был ошеломлен, когда повернул голову: "Что ты делаешь?”

Се Си убрал Дуань Сюэ и теперь стоял позади Чу Ю, обхватив его обеими руками за талию. Увидев, что он повернул голову, Се Си быстро поцеловал его. Его улыбка была искренней и ясной. От него не осталось и следа нечистоты: "Я убил слишком много демонических культиваторов и израсходовал слишком много своей духовной силы. Я чувствую усталость, поэтому я не очень стабилен, когда летаю на своем мече. Не может быть, чтобы Шисюн хотел, чтобы Шиди упал?”

Чу Ю бросил на него косой взгляд и не ответил.

Он был великим героем, который был на пике стадии формирования ядра и который мог легко убить демонических культиваторов. Кого он пытается одурачить с этими быками?

Люди в конце снова были ошеломлены: хотя чувства между товарищами-учениками глубоки, это было слишком, правильно..?

Разумные уже поняли правду.

В мире культивации такого рода вещи не были тем, на что смотрели свысока. Просто, когда с одной стороны был второй господин семьи Чу, а с другой - молодой гений-культиватор мечей, чья репутация распространялась повсюду, не говоря уже о том, что они были также Шисюн и Шиди, это заставило воображение людей немного одичать.

Однако никто не осмеливался искать смерти, открывая рот и комментируя их.

Область к югу от Цин Ту была унылой и пустынной и, казалось, почти не стала полем битвы для Великой войны праведного и демонического пути. Ранее, когда семья Чу исследовала это место, они быстро смогли найти тайное царство.

Хотя сегодня сюда приходило много людей, большинство из них отвечало только за охрану тайного царства извне и ожидание. Единственными, кто входил в тайное царство, были каждый из личных учеников пика секты Тянь Юань плюс Се Си.

Поскольку из-за травмы Сун Юаньчжуо ему было неудобно много двигаться, план придумал старейшина с другой вершины. Вероятно, из-за того, что он не очень любил Сун Цзиньи, он позволил Се Си возглавить команду. Культивация Се Си была самой сильной, и он был довольно молчалив последние несколько лет. Его мрачный и подвижный образ уже прочно укоренился в умах учеников каждой вершины. Поэтому никто из учеников пиков не осмеливался жаловаться на это.

За исключением Сун Цзиньи, который точил свой меч и скрежетал зубами.

Вероятно, в последние несколько лет он слишком полагался на Сун Юаньчжуо, чтобы получить командный пост. После того, как его внезапно сместили с этой должности и он стал простолюдином, он стал немного непривычным к этому. Они как раз достигли входа в тайное царство, когда Сун Цзиньи, казалось, не мог больше сдерживаться, чтобы не открыть рот и не отдать приказ: “Се Шиди взял на себя лидерство, Чу Шиди теперь позади.”

Чу Ю поднял бровь и холодно сказал: “Сун Шисюн, кажется, где-то ошибся?”

Он посмотрел на Се Си с намерением напомнить ему запугать Сун Цзинъи, чтобы тот пока ничего не предпринимал. Только когда он повернул голову, он обнаружил, что легкая улыбка, которая первоначально была на лице Се Си, уже полностью исчезла. Выражение его лица было теперь чрезвычайно уродливым, а глаза - ледяными, как будто он собирался кого-то убить.

Дуань Сюэ также ответил ему, и со свистом, он выдвинулся на три дюйма из ножен.

…Этот ответ не был слишком сильным?

Чу Ю еще не до конца понял, что происходит с ребенком, когда Сун Цзиньи внезапно посмотрел, как будто он что-то понял. Он явно улыбался с мягким и утонченным видом, и все же в уголках его глаз и бровей виднелись признаки насмешки.

"О, мне так жаль. Я случайно сказал не то. Я не должен заставлять Чу Шиди замыкать шествие." - Когда он неторопливо произнес эти слова, Чу Ю сразу понял, что происходит. Его лицо поникло, когда он услышал, как Сун Цзиньи продолжает говорить: "Я заставил Се Шиди вспомнить о руинах Мавзолея? Не горюй, разве Чу Шиди уже не вернулся?…”

Он не мог продолжать.

Чу Ю положил руку на руку Се Си, которой тот вытаскивал меч, и послал ему успокаивающую улыбку.

Ученики рядом с ними, которые наблюдали за ними, поспешно сказали: "Се Шисюн, Чу Шисюн, успокойтесь! Вы абсолютно не можете этого сделать!”

Сюнь Шэн упорно прижимался к шее Сун Цзиньи. Кончик меча был холодным, и холодный свет исходил от него.

Когда в течение нескольких дней старший брат, а затем и младший брат одной семьи приставили меч к его горлу, цвет лица Сун Цзиньи тоже был уродливым. Его пальцы, спрятанные под длинными рукавами одежды, сжались в кулаки. Он холодно открыл рот, чтобы сказать: "Чу Ю, не толкай меня слишком далеко! Думаешь, ты можешь делать все, что захочешь, только потому, что ты из семьи Чу?!”

Чу Ю повернул голову и посмотрел на него с ничего не выражающим лицом.

Очевидно, Чу Ю явно не выказывал никакого выражения, но Сун Цзиньи могла видеть ледяное презрение в его глазах. Все эмоции и негодование, которые он накопил в глубине своего сердца, немедленно вырвались наружу.

На лбу Сун Цзиньи внезапно появились голубые вены, а в глазах, казалось, появились следы крови: "Ну и что с того, что ты сын первой жены семьи Чу? Ты действительно веришь, что ты настолько благороднее и величественнее всех нас? Если ты такой способный, почему бы тебе не использовать свой меч, чтобы убить меня?!”