Страница 153 из 165
— Разумеется, сможем, — вставила Ширли.
Я всматривался в ее лицо, пытаясь уловить признаки страсти к Ворнану, но не увидел ничего, кроме волнения.
— Нет проблем, — согласился и Джек. — Но скажи мне, к нам приедут и репортеры, и полиция? Это вот ни к чему.
— Нет, нет, — успокоил я его. — Местопребывание Ворнана будет храниться в секрете. Репортеров можете не опасаться. Дороги, ведущие к вашему дому, конечно же, возьмут под контроль, но едва ли охрана будет докучать вам. Скорее всего, вы ее и не заметите.
— Хорошо, — Джек улыбнулся. — Тогда приезжайте.
Крейлик объявил, что визит в Южную Америку откладывается в связи с тем, что Ворнан нуждается в кратковременном отдыхе. Заметая следы, мы сообщили кое-кому из особо доверенных журналистов, что он отправляется на один из островов Индийского океана. На следующее утро, при большом стечении народа, частный самолет вылетел из аэропорта Йоханнесбурга, взяв курс на Маврикий. Этого оказалось достаточно, чтобы запутать прессу. Чуть позднее мы с Ворнаном сели в ракетоплан и отправились в Америку. Перелетев Атлантический океан, в Тампа пересели самолет и к полудню были в Тусоне. Машина ждала нас у трапа. Шофера я отпустил, сам сел за руль, и мы поехали к Ширли и Джеку Территория в радиусе пятьдесят миль находилась под постоянным наблюдением, но я договорился с Крейликом, что его люди могут появиться в доме лишь когда я их позову. Мы решили, что никто не должен нарушать нашего уединения. Погода в тот октябрь выдалась преотличная. Яркое солнце, бездонное синее небо, остроконечные горные вершины на горизонте. Изредка я замечал в небе золотистую точку вертолета. За нами приглядывали… но издалека.
Ширли и Джек ждали нас у дома, Джек — в застиранной рубашке и вылинявших джинсах, Ширли — в полупрозрачной блузке и шортах. Я не видел их с весны и лишь несколько раз говорил с ними по видеофону. Напряжение в их отношениях, которое я заметил, когда был у них в последний раз, за прошедшие месяцы усилилось. Один лишь приезд высокого гостя не мог быть причиной их суетливости, нервозности, внутренней зажатости.
Прежде всего я представил их друг другу.
— Это Ворнан Девятнадцатый. Джек Брайнт. Ширли.
— Рад познакомиться. — Ворнан не протянул руки, но поклонился, совсем как японец, сначала Джеку, потом Ширли. Последовала неловкая пауза. Мы стояли и смотрели друг над друга под жаркими лучами солнца. Ширли и Джек вели себя так, словно до сего момента не верили в существование Ворнана и теперь видели в нем внезапно ожившего сказочного персонажа. Джек так плотно сжал губы, что они превратились в узкую полоску. Ширли не отрывала глаз от лица Ворнана, качаясь взад-вперед. Ворнан с дружелюбной улыбкой оглядывал дом, его хозяев, окружающую пустыню.
— Позвольте мне проводить вас в вашу комнату, — прервала затянувшееся молчание Ширли.
Я вытащил наш багаж, по чемодану на каждого. Мой — легкий, с несколькими сменами белья да рубашками, Ворнана — неподъемный. Голым пришел он в наш мир, но за время пребывания в двадцатом веке кой-чего поднабрал: одежду, украшения, сувениры. Я занес чемоданы в дом. Ширли поселила Ворнана в комнате, где обычно останавливался я, мне же досталась кладовка, окна которой выходили на солярий. Ее быстренько очистили от разного хлама, превратив еще в одну спальню. Я воспринял это как должное. Ширли осталась с Ворнаном, Джек прошел со мной.
— Джек, мы не намерены злоупотреблять вашим гостеприимством, — я решил сразу расставить точки над «i». — Достаточно одного твоего слова, и мы уедем. Я не хочу доставлять вам лишних хлопот.
— Пустяки, Лео. Не так уж часто встречаешься с пришельцем из будущего. Это интересно.
— Согласен. Но и утомительно. Джек улыбнулся.
— Я смогу поговорить с ним?
— Конечно.
— Ты знаешь, о чем?
— Да. Говори, не стесняйся. Больше-то делать тут нечего. Но едва ли ты что-нибудь узнаешь, Джек.
— Попытка — не пытка, — он пожал плечами и добавил, понизив голос: — Мне казалось, он выше ростом. Но производит впечатление. Производит. Сразу видно, что может подчинять людей своей воле.
— Наполеон был коротышка, — напомнил я ему. — И Адольф Гитлер.
— Ворнан это знает?
— Вроде бы он не уделял много времени изучению истории, — ответил я, и мы оба рассмеялись.
Спустя какое-то время Ширли вышла из комнаты Ворнана и столкнулась со мной в холле. Она не ожидала увидеть меня, а потому маска, которую мы все носим на лице в присутствии посторонних, на мгновение спала, и мне открылись ее истинные чувства. Глаза, ноздри, губы, все дышало кипящими страстями. Я уж подумал, а не подкатился ли к ней Ворнан за те пять-шесть минут, что она провела в его комнате, ибо Ширли буквально источала сексуальность. А мгновение спустя заметила меня, и маска вновь заняла свое привычное место. Ширли нервно улыбнулась.
— Я ему все показала. Мне он понравился, Лео. Знаешь, я ожидала, что он будет холодный и недоступный, эдакий робот. А он вежливый и обходительный, настоящий джентльмен.
— Очаровывать он умеет, это точно. Щеки ее зарделись.
— Ты думаешь, нам не следовало соглашаться на его приезд?
— Это еще почему? Она облизала губы.
— Неизвестно, что может произойти. Он прекрасен, Лео. Неотразим.
— Ты боишься собственных желаний?
— Я боюсь причинить боль Джеку.
— Тогда ничего не делай без согласия Джека. — Я похоже, вошел в роль дяди. — Это же просто. Держи себя в руках.
— А если я не смогу, Лео? Когда я была с ним в комнате… он смотрел на меня таким голодным взглядом…
— Так он смотрит на всех красивых женщин. Но ты же знаешь, как сказать нет, не так ли, Ширли?
— Не уверена, что я этого захочу. Я пожал плечами.
— Хочешь, чтобы я позвонил Крейлику и мы уехали?
— Нет!
— Тогда тебе самой придется сторожить собственное целомудрие. Ты уже взрослая, Ширли. И не ляжешь в постель к гостю вашего дома, если сочтешь, что делать этого не следует. Раньше у тебя с этим проблем не было.
От моих последних слов Ширли аж вздрогнула. Покраснела до корней волос. Уставилась на меня, словно у нее резко ухудшилось зрение и она не могла разглядеть моего лица. Я же сердился на себя. Одной фразой втоптать в грязь десять лет нашей дружбы. Но напряжение спало. Ширли глубоко вздохнула и продолжила уже ровным, спокойным голосом.
— Ты прав, Лео. Это не проблема.
Вечер прошел на удивление тихо. Ширли приготовила бесподобный обед, и Ворнан не скупился на похвалы, отметив, что впервые он обедает у кого-то в гостях. Уже в сумерках мы вышли прогуляться. Джек шел рядом с Ворнаном, я — с Ширли, вплотную за ними. Джек показал нам сумчатую крысу, выскочившую из одной норы и помчавшуюся к другой. Мы увидели американских зайцев, ящериц. Дикие животные, живущие на свободе более всего поражали Ворнана. Потом вернулись в дом, как давние друзья расположились в гостиной, поболтали о пустяках. Ворнан вполне освоился: И мне уже казалось, что волновался я напрасно.
И несколько последующих дней прошли спокойно. Мы спали допоздна, гуляли по залитой солнцем пустыне, ели, болтали, смотрели на звезды. Ворнан держался немного замкнуто, но больше, чем обычно, говорил о своем времени. Указывая на звезды, он пытался найти созвездия, которые знал, но не смог отыскать даже Большую Медведицу. Упоминал о табу, связанных с употреблением пищи, подчеркивая, что в аналогичной ситуации в 2999 году он бы не решился сесть за стол с хозяевами. С удовольствием предавался он воспоминаниям о тех десяти месяцах, что провел с нами, напоминая путешественника, приближающегося к концу пути, а потому оглядывающегося назад, дабы восстановить в памяти выпавшие на его долю удовольствия.
В присутствии Ворнана мы не включали телевизор. Я не хотел, чтобы он знал о бунтах, прокатившихся по Южной Америке, когда стало известно, что приезд Ворнана откладывается. Не было у меня желания лицезреть и охватившую мир истерию, ибо все бросились искать пришельца из будущего, знающего ответы на все загадки вселенной. В одном из интервью Ворнан прямо заявил об этом, но утверждение это до сих пор ни в коей мере не соответствовало действительности, ибо Ворнан поставил куда больше вопросов, не дав, пожалуй, ни единого ответа. Так что имело смысл держать его в изоляции, не допуская до рычагов власти, которые сами просились ему в руки.