Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 26 из 72

– Вытри глаза, милая, – сказал он спокойно. – Мы подождем здесь, в сарае, пока он не уйдет.

Послушно, словно маленький ребенок, она сделала все, что он приказал, потом, проглотив колючий ком, стоящий в горле, проговорила:

– Бен. То, что сказал Спенсер, правда. – Голос ее был слаб, она не отваживалась взглянуть ему в глаза. – Я была согласна.

– Я думал, что он изнасиловал тебя. Я был в этом совершенно уверен, – сказал Бен устало. – Но и, соблазнив тебя, он поступил подло. Мой сын – развратник. Он просто не в состоянии пропустить мимо себя ни одну юбку. Он использует все средства, если хочет добиться женщины. Мой сын виноват и должен быть наказан.

Грета хотела ему сказать о том, что Спенсер не соблазнял ее. Их сближение было так естественно и желанно для них обоих, но не знала, как старик посмотрит на это. Возможно, он считал, что для Спенсера она стала очередным развлечением. Наверное, он прав. Она ничего не знала о мужчинах и тех сладких речах, которые они произносят, пытаясь добиться желанной женщины.

Однако ей не хотелось верить, что Спенсер использовал ее так же, как всех других своих женщин.

Поглядывая на ее разорванное платье, Бен боялся спросить девушку о том, что неужели это сделал его сын.

– Как оказалось, что твое платье так разорвано? – как можно мягче спросил он.

Грета вздрогнула, вспомнив нападение незнакомца. Как можно короче она рассказала, как ее заманили в сарай и попытались изнасиловать, как вовремя появился Спенсер и остановил негодяя. Коротко она рассказала о драке и как мужчина, удрав от Спенсера, скрылся в лесу.

– Ты говоришь, что Спенсеру он был незнаком?

Грета кивнула:

– Он сказал, что никогда прежде не встречал его.

– Странно. Я не слышал, чтобы у нас на Холмах появился кто-то новенький.

Бен замолчал, увидев выходящего на крыльцо сына. На его плече висел большой холщовый мешок. Сердце старика заныло. Ему будет ужасно не хватать сына, но как бы там ни было, Спенсер совершил непростительный поступок. Он не просто соблазнил девочку, вполне возможно, он наградил ее ребенком. Но это станет известно только со временем.

Спенсер вывел из загона жеребца, легко вскочил на него и вскоре скрылся в лесу.

– Он ушел. Пойдем домой, девочка.

Когда они ступили на крыльцо и вошли в дом, на землю тихо опустилась ночь.

Глава 9

Пока лошадь не спеша удалялась от дома, злость Спенсера понемногу улеглась, но обида оставалась и жгла душу. Отец даже не захотел его выслушать, не дал объяснить, как получилось, что его маленькая Грета оказалась в его объятиях. Он, возможно, не стал бы так на него обрушиваться, если бы эта глупая девчонка поддержала его. Вместо этого она заливалась слезами так, как будто он и впрямь взял ее силой.

Ночь уже вступила в свои права, когда он достиг вершины холма, совершенно не заботясь о том, куда занес его конь. Он слишком был поглощен своими неприятностями. Спенсер внимательно осмотрел расстилающуюся внизу долину. Примерно в миле, справа от холма, находился дом Труди Геррод. Где-то в двух милях от него стоял маленький, но крепкий однокомнатный домик, который он обычно использовал зимой, когда начинался охотничий сезон. Именно сюда он приводил шлюху, которая ублажала его длинными зимними ночами.

Что ж, здесь ему и придется теперь жить. Он вспомнил, что, закрывая дом на лето, забрал все продукты. Так делалось всегда, на тот случай, если пожалует хозяин леса – медведь. Стоит голодному зверю учуять запах пищи, он примется крушить все кругом, пока не доберется до запасов.

Спенсер слегка пришпорил жеребца, и послушное воле хозяина животное начало быстро спускаться с холма.

«Сначала брошу дома мешок, а потом съезжу в факторию и куплю все необходимые продукты, без которых невозможно обойтись».





В сумерках маленький домик выглядел сиротливо и неприглядно. Унылый крик козодоя лишь усилил тоску, смешивающуюся с чувством одиночества. Подъехав к дому, Спенсер соскользнул с седла и вошел на крыльцо. Приоткрыв тяжелую дверь, он услышал, как быстро пронеслись мыши, стремясь побыстрее забиться в норы.

Спенсер уверенно подошел к столу, стоящему у закрытого ставнями окна, и нащупал подсвечник со свечой и огниво. Зажег свечу и, держа ее высоко над головой, осмотрел всю комнату. Все было так же, как и несколько месяцев назад. Шавни никогда не притрагивались к его вещам. Ему хотелось бы верить, что они делают это не из страха перед ним, а из любви и уважения к нему.

Поставив свечу на стол, он подошел к кровати, плотно придвинутой к стене, и встряхнул перину, которую скатал, закончив сезон.

«Надо будет сделать соломенный тюфяк, летом на перине просто невыносимо спать», – думал он, подходя к железному сундуку и отбрасывая крышку.

Подушка, одеяло, простыня были аккуратно сложены и лежали сверху. Он взял их и стал ловко стелить постель, потом распаковал свои вещи, повесив штаны и рубашки на вешалку над кроватью, вытащил набор для бритья и положил его на окно. На стену повесил блестящий, отполированный кусок олова, который заменял ему зеркало.

Разложив вещи, он прошел вдоль стены, где на широкой полке стояли в ряд тыквы разной величины. Каждая хозяйка на Холмах имела множество таких импровизированных банок для хранения разных продуктов. Поднимая крышки, он заглянул в каждую из них. Как Спенсер и предполагал, все они оказались пусты. Он постоял с минуту, раздумывая, что необходимо в первую очередь купить в лавке: муку, кофе, соль, перец, сахар, соду, топленое свиное сало, сухие бобы и солонину. Взглянув на короткий огарок свечи, он добавил их к своему списку.

В последний раз осмотрев комнату, Спенсер вышел в ночь и оседлал верного Бакскина. Когда он отправился по дороге, идущей вдоль реки, которая вела к фактории, его желудок недовольно заурчал от голода. Невольно он стал думать о том, что приготовила сегодня на ужин эта зеленоглазая ведьма. Надо было отдать ей должное – поваром она была превосходным.

«И прекрасной партнершей в любви», – насмешливо добавил какой-то внутренний голос.

Спенсер неохотно согласился. Хотя сейчас он только презирал эту маленькую дрянь. Он понимал, что отдал бы все на свете, чтобы сегодня ночью оказаться вместе с ней и любить ее до утра, пока последние силы не покинут их.

– Пожалуй, стоит навестить Труди, – пробормотал он. – Она поможет мне забыть эту рыжую колдунью.

Но, подъехав к фактории и войдя в салун, он усомнился: существует ли в этих краях, да и вообще на земле, женщина, которая смогла бы его заставить забыть Грету, любовь которой доставляла ему наслаждение.

Как только Якоб Рейли увидел Спенсера, то сразу же заговорил о маленькой красавице, которая живет в их доме.

– Никогда прежде не видел такой красоты, – объявил высокий мужчина. – Скоро вам с Беном придется отгонять холостяков. – Широкая улыбка появилась на его лице. – Ты должен держать ружье наготове и не выпускать его из рук.

– Это – забота отца, – сказал Спенсер коротко. – Я вернулся в свой дом.

– Ты ушел? Как это получилось? На твоем месте я бы не отходил от нее ни на шаг, сидел бы возле нее и любовался на такую красоту.

Стараясь придать себе как можно более безразличный вид, Спенсер заметил:

– Если девушку нельзя затащить в постель, то у меня к ней нет никакого интереса.

Притворное равнодушие Спенсера не обмануло Якоба. Он заметил, как нахмурился молодой охотник, когда речь зашла о девушке. Он улыбнулся и лукаво сказал:

– О, старый Бен, наверняка, запретил тебе это. Не так ли, дружок?

– Да нет, просто я чувствую себя стесненным от присутствия в доме постороннего. Постоянно приходится сдерживаться, чтобы не поругаться с ней. Пришлось отказаться от многих привычек.

– Ну-ну, – Якоб продолжал улыбаться. Затем неожиданно решил сменить тему. – Я думаю, ты пришел за продуктами.

– Да. Ты знаешь, что мне необходимо. У меня нет ничего. – Он пошел к выходу, затем снова подошел к прилавку. – У твоей скво есть что-нибудь перекусить? Я голоден, как волк.