Страница 30 из 60
Слегка погружаюсь в мысли, смотря на волны за бортом. Затем на небо с плывущими по нему облаками причудливой формы. Помогает порой. Ага, есть контакт.
— Неравномерность. У него есть общие знания, он умеет добиваться выполнения своих пожеланий. Реформы империи Теночк тому явное и чёткое свидетельство. Хватает пленников, судя по не подтверждённой, но весьма вероятной информации. Цель понятна — выжать из них знания. Готов уступать нам часть своей территории, которую не в силах защитить. Пример тому Тулум и другие прибрежные крепости, а вот Куйушкиуи выбивается из этого правила. Не могу понять, почему гарнизону не был отдан приказ отступать при появлении нашего отряда?
— А откуда ты знаешь, что не был, — парировала Белль. — Может и довели такое распоряжение, но уровень угрозы, он разный бывает. — Наш клипер могли не заметить. Ночь, высадка, а да Васко умелый капитан. Обнаружен малый отряд врага? Приманка для коменданта, который знает, что за захваченных пленников его похвалят, наградят и вообще. Вот и началась раскручиваться цепь ошибок, приведшая его к трагическому исходу, а наших людей к триумфу. А то ты раньше такого не видел, Чезаре, очень раньше и не совсем?
Вынужденно киваю, соглашаясь с подругой. Порой инициатива на местах способна чуть ли не до противоположности извратить изначальный дух спущенного сверху вполне разумного приказа. Инициатива, она ведь разная бывает, от гениальной до откровенно дурной, равно как и множество промежуточных стадий. Жизнь, однако, во всех её своеобразных и местами забавных проявлениях. Для меня забавных, поскольку тому самому коменданту Куйушкиуи сейчас явно не до «от души похохотать».
— Возможно. Пусть это была не самая умная инициатива. Что тогда получаем? По лично твоему мнению.
— Я бы на месте нашего противника плюнула на Куйушкиуи и стала бы укреплять другие города тотонаков, заодно подчищая особо опасных, готовых взбунтоваться. Нет зачинщиков бунта, так он получится либо слабый, либо никакой. Науа знают толк в наведении страха, мы с тобой уже говорили об этом. Только я снова и снова готова повторять.
— Когда теряешь один город за другим, страх работает хуже. И сложно заткнуть рот тем, кто недоволен… по разным поводам. Уверен, что ещё со времени начала реформ у нынешнего тлатоани появилась масса недоброжелателей. Пускай они до поры и молчали. Но теперь, после череды поражений… Частные успехи на Кубе, доставление неприятностей испанцам на Эспаньоле, успешное отражение атаки на Коба — важность этого понимают лишь умные люди. но никак не толпа. ей нужно нечто значимое и в то же время видное.
— Есть у меня мысль… и я её думаю.
Мозговой штурм на две персоны. Обстановка вокруг благостная. Как нельзя лучше способствующая тому, чтобы в голову приходили именно дельные мысли, а не разный мусор. Что до невеликого состава участников — я да Алиса-Изабелла — так тут, увы, вынужденно. Специфика ситуации. Никто — вот вообще и без исключений — не должен знать о нашем иномировом происхождении. А без этогопрогнозировать действия нам же подобного противника — не-а, шалишь! Вот и приходится прокачивать ситуацию в предельно усечённом составе.
— Отвлекающий удар и удар настоящий, — спустя пару минут выдара Изабелла. — Под Куйушкиуи бросят энтузиастов из числа тех, кто недоволен ходом ведущейся войны.На усиление гарнизонов других тотонакских городов, укрепление их обороны — те части войска, которые верны прежде всего самому тлатоани. Резня недовольных или там более мягкое придавливание возможных очагов бунта — тут я не готова предполагать. Но это лучшее, что может сделать тлатоани.
— А где тотонаки, там и другие источники возможных мятежей.
— Особенно Тласкала,- подхватывает на лету Белль. — Если — а тут не если. а почти наверняка — опознают применяемую нами стратегию — постараются минимизировать идущий от неё ущерб. Сильно и сразу усилиться нам не дадут. Затягивание времени, вот то, что для нас хуже всего.
— Есть и похуже.
— Неужели, Чезаре?
— Переговоры, — цежу я сквозь зубы. — Не прямо сейчас, а после какой-нибудь очередной пакости на подконтрольных испанцам землях. Показать, что они как раньше могли, так и в будущем окажутся способны мешать добывать золото, пряности и прочее, после чего откупиться солидным куском прибрежных земель и большим количеством золота. Ну а ещё перенаправить стремления захватывать новые земли в несколько ином направлении. К примеру, чем плохи известные нам инки?
— Далеко.
— Ну или кто поближе. Просто там, где поближе. пожива не столь солидная, хотя… Мезоамерику я знаю не так хорошо, да и ты тоже не самая большая специалистка.
Разводит руками девушка, признавая верность последнего. Очень уж специфическая область знаний, а в сферу наших тогдашних интересов уж точно не входившая. Так уж карта легла. Да и как иначе, ведь специализация был совсем-совсем иная, а увлечение историей присутствовало, пожалуй, только у меня, да и направлено было в иные места, европейские. Что, собственно, сильно помогло. Сейчас же… Ай, всё равно справимся-прорвёмся. Лучше до поры просто насладиться очередной морской прогулкой, а чисто деловой разговор перевести в иное русло. Например, касаемо тех самых новых веяний, которые могут быть перенесены из Нового Света в Европу.Уверен, Белль с удовольствием расширит и углубит многое из того, что я могу лишь примерным пунктиром обозначить.
Глава 4
Глава 4
1504 год, февраль, Куйушкиуи, земли союза тотонаков
Далеко разносящийся орудийный грохот — это одновременно и хороший знак, и не очень. Хороший в том плане, что крепость, к которой мы так стремились, однозначно не пала, раз орудия не просто изредка огрызаются, а полноценно так залпируют. При практически павшей крепости такого в принципе не бывает, ведь у другой стороны огнестрельного оружия нет вообще. Малочисленные трофеи в счёт не берём, они тут погоды не играют, даже если ацтеки успели их в должной мере — особенно при помощи пленников — изучить. Изучай или не изучай, а до производства столь необходимого пороха им, аки до луны пешком, аккурат по воздуху.
Однако грохот орудий означал и плохое. Что именно? Факт не то осады Куйушкиуи, не то полноценных приступов. Лично я бы поставил на последнее, поскольку у держащих оборону тамплиеров под командованием Фиорентино и ди Ларго ограниченный запас пороха и снарядов. Не особо постреляешь залпами, только по действительно серьёзному поводу.
'«Громовержец», понятное дело, шёл не первым в эскадре. Головной дозор, а именно клипер капитана Гвидо Луччиани «Дерзкий», вот с его мостика и тем паче мачтовых «гнёзд» уже реально было что-то дельное рассмотреть в подзорные трубы. Они и рассмотрели. Сделав же это, отнюдь не поспешили на помощь, предпочтя лечь на параллельный эскадре курс, сбавив скорость. Дескать, спешить особого смысла нет, а вот передать сообщение на флагман — совсем иное дело. И вот он, семафор, который лично я толком читать даже не учился. Каждому своё, а забивать голову ещё и этим знанием… Право слово, голова, она не резиновая, да и не входили тонкости морского дела в число того, что мне было действительно нужно, важно и особенно интересно. Другие есть, профильные специалисты. Вот пускай они и переводят с «флажкового» алфавита на нормальный, человеческий язык.
— Гроссмейстер. Моя королева, — громко топая подкованными сапожищами, подошёл к нам, стоящим на крыле капитанского мостика, фон Меллендорф. Видимо счёл, что данная ситуация нуждается именно в его докладе, а не посредством капитана фрегата. — С «Дерзкого» сообщили, что Куйушкиуи держится. Идёт приступ войсками империи Теночк, но серьёзной угрозы обороне защитники не видят.
— Замечательно, — поневоле на лице появляется хищный такой оскал. — Значит, нам остаётся подойти поближе и поздороваться. Громко, из бортовых орудий.
— А если не поймут — поздороваться второй раз, но с другого борта, — радостно вторит мне Изабелла.