Страница 20 из 60
Аванс — полезное в таких случаях решение. Троица промышлявших ловлей рыбы тотонаков получила треть обещанного звонкими золотыми монетами. Такую треть, которая очень многое давала. Но вместе с тем пробуждала ещё более яркое желание получить оставшееся — как только приведут кого-то более серьёзного из числа горожан, способных говорить не только от своего лица, но и от некой общности. А ещё могущих послать вестников в другие тотонакские города, подобные Куйушкиуи, особенно куда более крупные.
Вот были захваченные индейцы, а вот уже и нет их. Отпущены, удалились, на первом этапе пути незаметно — по крайней мере, с надеждой на это — провожаемые теми же тройками воинов, которых посылали на поиск. Сейчас они должны были лишь проследить, чтобы эти трое не свернули не в ту сторону. Не рисковать ни в коем случае, не дать себя обнаружить. Оставшиеся же на берегу, пускай уже и в другом месте, у них была иная задача. Много задач, если точнее, но сводимых к единой цели.
— И снова повторюсь — одного корабля мало, — ворчал Диего ди Ларго, которого мучило само ожидание. — Если мы сможем договориться с теми, кого могут привести эти вот, влекомые ненавистью и жадностью…
— «Если», брат мой Диего, тут ты использовал правильное слово. А если они не приведут? Или те просто не захотят идти? Нам нужен не захват очередного города, не новое разделение наших не столь больших сил. Требуются союзники, которые станут инструментом и, если — опять это проклятое слово! — щитом из чужой плотии руками, держащими непривычное для нас, но способное убивать науа оружие. Гроссмейстер знает, что делать и как уменьшить риски. Вспомни, что уже есть у нас на материке?
— Тулум, Колуа, который наши союзники-испанцы уже переименовали в Веракрус. Хайна — остров, за который и воевать не пришлось. Там были только могилы и город-крепость, откуда науа вывели гарнизон и немногих жителей.
— Видишь, уже три места, которые приходится защищать, вдобавок к большим, ранее занятым островам, начиная с Эспаньолы.
— Нашими землями тут стали только Пуэрто-Рико и отданный по договору с вице-королём Тулум. Не просто отданный, — покривился рыцарь Храма. — В обмен на полную поддержку и даже усиление помогающей Колумбу эскадры. И высадку отряда, достаточного, чтобы при необходимости изобразить отвлекающий удар на Коба. Дорогая цена.
Джузеппе лишь плечами пожал. Дескать, тут большая стратегия и не менее большая политика, проводимая самими Борджиа. У нас же пока положение в иерархии что империи, что Ордена невысокое. Даже тут, в Новом Свете, не говоря уж о Старом. И лишь самим Борджиа ведомо, какие именно подкрепления они запросят из метрополии. Насколько сочтут важным врагом империю Теночк со всеми её особенностями. Большие тайны для находящихся на вершине империи. Он же пока слишком мал для них. Зато очень хочет подрасти, Орден же предоставляет для этого все шансы, нужо лишь ухватиться и сделать всё правильно, без ошибок. В том числе здесь и сейчас.
— Капитан да Васко получил ваше послание, сеньор, — глядя в глаза Фиорентино, доложил один из сервиент-арморумов. Он готов к любой из возможностей.
— Хорошо, — кивнул глава отряда, после чего жестом отпустил подчиненного воина. И тут же добавил, но обращаясь уже к Диего. — Малый город, быстрый удар. Высаженного с клипера отряда и поддержки оружий самого корабля хватит… для гарнизона. Если жители не станут его поддерживать. Тогда мы уйдём, оставив трупы науа или полюбовавшись на следы их отступления из города. Клипер — быстрое судно, паруса и паровая машина помогут добраться до Тулума быстро. И вернуться. Если…
— Если тотонаки примут предложение о союзе. Но что если захотят заложников?
Саркастическая улыбка, появившаяся на лице адъюнкт-рыцаря, сама по себе на многое намекала. Про прозвучавшие затем слова говорить и вовсе не стоило:
— Хотеть они могут что угодно. Орден Храма никогда не оставляет своих людей. И сила не на их стороне. Мы это знаем, они должны будут сами это увидеть, а не услышать от кого-то другого.
— Науа?
— Да. Мы не окажемся в проигрыше, Диего, даже если комендант гарнизона, присланный тлатоани, попробует выслать отряд, чтобы разбить и пленить оставшихся в живых. Плохое из вероятного лишь одно…
— Если решит закрыться в городе. Капитан да Васко не будет стрелять из орудий по тем, в ком гроссмейстер хочет видеть союзников.
— Вероятность такая, к счастью для нас, мала. Диего. Искать новый путь к тотонакам можно, такие планы есть. Требующие времени, которое не хочется терять. Ждём… и надеемся. Удача, она важна.
— Испанцы бы сказали, что и помолимся, — не удержался от лёгкой иронии рыцарь-тамплиер.
— Пусть молится тот, что хочет, кому это нужно для силы духа. Я предпочту показать высшей силе результат и тихо произнести слова: «Бог, посмотри, это делаем мы, рыцари Храма».
Гордость — вот одна из опор, на которых столь крепко стояли возрождённые тамплиеры. Заодно со стремлением с самым разным новым знаниям, ощущении единства и готовностью не изменять прежде всего собственным законам — писаным и неписаным, Храма и тем, кто были в душе каждого из них. Да, последние могли и должны были отличаться, ведь люди различны, но общего было куда больше. нежели тех самых отличий. И уж точно в новом Храме не было места тому, что цвело и пахло во многих других Орденах, сгинувших давно либо недавно и пока ещё существующих. Впрочем, об этом Джузеппе Фиорентино даже задумываться особенно не хотел. Не хотел он и слишком долго ждать, но тут, увы, от него уже мало что зависело. Фигуры на «шахматной доске» замерли в определённой позиции, а ход был за противником.
Интерлюдия
Интерлюдия
1504 год, февраль, Куйушкиуи, империя Теночк
— И всё-таки они сделали это! — Диего ди Ларго ухитрился воскликнуть, при этом громкость его голоса была лишь малость выше шёпота. — С нами захотели поговорить. Знать бы, что скажут и на что согласятся.
— Услышим. Скоро, — отозвался Фиорентино, тоже получивший не просто сообщение от дозоров, но и сам в подзорную трубу видевший небольшую группу направляющихся в сторону из не самого лучшего укрытия индейцев.
Утро. Солнце уже более часа как показалось из-за горизонта, но светило так себе из-за продолжающегося, хоть и ставшего не таким густым тумана. Накрапывающий дождь тоже приносил неудобство телам, но был полезен. Мало кому в такую погоду хотелось оказаться на свежем и влажном воздухе, ведь промозглость усиливалась ещё и находящимся совсем рядом, в нескольких десятках шагов берегом. Клипер «Гордый», с наступлением утра отошедший чуть дальше, чтоб если и быть замеченным, то не сразу, тоже находился в полной готовности. Нет ветра? Плевать! Паровая машина готова его заменить и помочь хоть отступлению высадившегося отряда, хоть атаке города. Всё было готово… почти всё.
Более десятка тотонаков — не так много и двигавшихся отнюдь не единым отрядом, лишь потом собравшиеся в единое целое. И появившаяся рядом тройка воинов-тамплиеров, не угрожающая оружием, но включающая того, кто неплохо говорил на наречии науа. Подзорная труба не позволяла слышать, но вот видеть всё достаточно чётко, в том числе и жесты, она помогала, будучи как нельзя кстати. Сейчас в Европе невозможно было представить, как раньше могли без них обходиться. Как и без карманных часов — не для всех, конечно, лишь для способных заплатить немалые деньги — новых лекарств, новых… Без много чего, появившегося и продолжавшего появляться, словно из волшебного рога изобилия.
Встряхнувшись, Фиорентино сбросил с себя лёгкое наваждение и неуместные сейчас мысли, целиком сосредоточившись на приближающихся, хм, гостях. Похоже, они были в той или иной мере удовлетворены сказанным им встречающей группой, хотя руки держали близко к оружию или на древках с рукоятями оного. Разумная предосторожность, в которой он, адъюнкт-рыцарь, точно не собирался их обвинять. Ещё немного времени и вот они, полтора десятка, из которых лишь двое выглядели достаточно властно, да и одеяниями заметно отличаясь от остальных. Остальные — это явно охрана и один из тех рыбаков, получивших щедрую плату. Почему один, а не трое сразу? Это тоже предстояло выяснить, но не в первую очередь.