Страница 92 из 122
— Осталось немного. Подождём.
Грэйг уселся рядом, так же повернувшись в сторону восхода:
— Аргуса не получилось забрать?
Алисия навострила слух, и Энрике, знавший хозяина этого имени, тоже. Остальные просто ходили вокруг, оценивая огромную кладку и заглядывая в окошко домика, где притихшие драконята жались к друг другу, потому что два человека, составлявшие им компанию, безостановочно плакали.
— Принц был с Либерисом. Полагаю, там же, где и пятеро алатусов. Фрейлина Кассандры осталась, чтобы помочь. Потом надо будет её тоже забрать… Если получится.
Как хотелось Алисии сорвать маску с принца, чтобы заглянуть ему в лицо. Настолько спокойный, несколько отстранённый, напоминающий этим мастера Тео! И интонации похожи, а голос нарочно изменён с помощью магии, Алисия подобное тысячу раз проделывала в детстве с подругами, разыгрывая друзей через информеры…
Энрике протяжно вздохнул и уселся рядом, желая поддержать товарища, который, кажется, был совсем не рад своей сегодняшней удаче:
— Мда, заполошная ночка, но каков трюк, а? Как тебе удалось, Арж, построить портал из дворца напрямую?
— Слил грамм триста крови, — усмехнулся Арженти. — Или больше. Теперь спать хочется.
— Ого! А зачем?..
На свой вопрос Энрике не успел получить ответа — за их спинами фыркнул портал, и из него шумно начали появляться алатеррцы. Драконы делали круг, освобождая пространство для летящих следом, и опускались людьми на крошечной поляне рядом.
Мужчины поднялись, начали приветствовать прибывших помощников, Грэйг представил почти всех, но внезапно его оборвал Арженти, указывая на освещающийся горизонт:
— Время истины!
Прибывшие, все знакомые Алисии, сразу подобрались, вытянулись и подняли ладони, за неимением свечей, вверх — к поднимающемуся Глазу Алатуса. Кто-то запел тихо, его поддержали. Это было так по-домашнему, знакомо и торжественно, что Алисия прикрыла глаза и улыбнулась. Вспомнился её первый рассвет, посвящение и благословение Создателя.
Из хижины Рэмирос выводил свою взрослую дочь, сам с драконёнком на руках и она — пытаясь удержать двоих. Алисия забрала одного и зашептала на ушко малышу, указывая на небо, где блеснул первый луч:
— Смотри, Юка, вон Глаз Алатуса! Ты его не видела ни разу в своей оранжерее. Смотри, какой красивый!
Малыши глазами-бусинами заворожённо смотрели на обещанное чудо, а оно начало происходить уже здесь и сейчас. Малышка Юка заёрзала, захныкала, прижалась к Алисии — и вдруг вместо драконёнка на груди возникла девочка, совсем малышка, в возрасте, в котором человеческие дети обычно только учатся ходить.
— Умница ты моя! — со слезами на глазах умильно всхлипнула Алисия, стянула с себя плащ, чтобы закутать голенькую чумазую малышку: теперь детёныш мог замёрзнуть под пронизывающим ветром.
Похожее происходило и с другими детьми. Алатеррские Советники никогда подобного не видели, поэтому невольно начали отвлекаться, снимать свои накидки и отдавать детям.
Наконец яркий свет полыхнул в округе, озаряя пологий холм, на котором была построена хижина. Алисия зажмурилась и прижала к себе крепче малышку, говоря ей:
— Алатус, наш Создатель, благословляет тебя, маленькая! Запомни этот день, Юка!..
Ничто не предвещало беды. Сосредоточенная на малышке и тихо плачущая от сладкой нежности, после обращения драконышей Алисия не разглядывала взрослых, но отчаянные вскрики заставили проморгаться от влаги на ресницах и поднять голову. Увиденное ужаснуло.
— Ох, не смотри, Юка, туда! — она сильнее прижала вздрагивающую девочку к себе и попятилась.
Силуэты Арженти, Энрике, Грэйга, Рэмироса светились ореолом. Остальные… Алисия не верила своим глазам — темнели и выпускали чёрные крылья Тьмы, верной спутницы Света.
Кто-то вскрикнул справа, Алисия невольно повернула голову на звук и окончательно потеряла дар речи — вокруг принцессы Исабеллы тоже имелось свечение, медленно потухающее. Глаз Алатуса выжег её Тьму. Неизвестно было, означало ли это прощение потомков ан-Дисан, предавших своих родственников, или же немыслимую награду — возвращение сути алатуса?
Последним померкла сияющая аура вокруг Арженти. Горела она дольше остальных, а за его спиной проклятые алатусы, окутанные Тьмой, уже исступлённо молились, умоляя поднимающееся Око о прощении. Но Алисия никогда не слышала о чудесах, чтобы Тьма приходила и исчезала в один день. Теперь новоявленные дизалатусы пройдут долгий путь, возможно, до самой смерти, чтобы дать шанс своим потомкам вернуть крылья вселенной.
В горах начало светлеть, и ночное покрывало медленно поползло. Алисия очнулась, сообразив, что, вместо помощи из дворца, команда Арженти получила дополнительную нагрузку. И кто теперь будет помогать спускать в долину колыбели?
— Энрике! — окликнула она молящегося брата.
Подошёл он и Арженти, обходя преклонивших колени.
— К сожалению, вынужден вас оставить. Понимаю, что помощь лишней не будет, но вы сами справитесь, — в усталом голосе серебряного принца сквозила улыбка. — Ты молодец, Алисия Нинмах Айя Инанна.
Энрике сиял, на его лице гуляли такие загадочные эмоции, что Алисия заподозрила: успели заговорщики заключить союз, не иначе.
Арженти извинился:
— Я неопытный ухажёр, Алисия, поэтому с подарком как-нибудь в другой раз. Уверен, к тому времени ты сможешь придумать своё условие.
Она переводила взгляд с брата на принца и вдруг догадалась:
— Ты мне предложение делаешь? — и нахмурилась. Невидимый образ Тео обнял её со спины, сомкнул на груди руки в замок, защищая и обещая не отдавать другому.
— Если ты не против, — поклонился Арженти. — Но поговорим об этом в более романтических условиях. Не хочется бередить душу тем, кто только что был наказан за самоуверенность. Да и я бы не хотел повторять их ошибку… Прощаюсь с тобой, Энрике, береги себя, свою сестру и малышей. Какие они славные!
Мужчины пожали руки, и Арженти подошёл близко к Алисии, прижимающей затихшую и, кажется, уснувшую девочку к себе. Протянул руки, но Юка невольно стала своеобразным щитом — и серебряный принц не смог обнять, как следует, свою невесту. Прислонился — Алисия зажмурилась, — её губ коснулись мужские, прохладные, как горный ветер:
— До скорой встречи, любимая.
Не тратя время на разбор случившегося и помощь, Арженти улетел, за ним Грэйг, поклявшийся быть серебряному принцу, потомку ан-Дисан, верным спутником до конца.
Только они исчезли, и портальное марево ещё не померкло, как рядом другой выплюнул золотого дракона с двумя седоками.
— А вот и ещё одна любимая, — проворчала Алисия и направилась к тёплой хижине, куда несколько минут назад зашли, напуганные большим количеством новорожденной Тьмы, Исабелла и Рэмирос.
*****
Начатый, на самом деле за два часа до рассвета, этот день уже казался бесконечным.
Сначала кое-как уложили колыбели в хасаны, доехали до Алатерры. Малыши ужасно боялись скорости, и эти полтора часа для них стали бы очередной пыткой, если бы Алисия не усыпила их: в один хасан с ней сели Анника и Исабелла, чтобы не разделять детей. Кассандра со своим Рэмиросом представляли одну большую тучу из горя, слёз и воспоминаний о прошлом. Глядя на них, не только малыши начинали хныкать, но и взрослые опускали глаза.
Прибыли в столицу. Там охрана еле отбила их всех от информационщиков, до икоты напугавших проснувшихся малышей. Лучше всех было тем, кто ещё спал в колыбелях, но и они, наверное, чувствовали всплеск энергии вокруг себя.
Всё свалилось в кучу: радость, облегчение от возвращения домой невредимыми, с победой, ужас за алатусов, потерявших крылья, и весь рой идей, которые порождала ситуация…
Теперь выходило, по законам, которые закрепили в Конституции предки Аластэира, он должен был покинуть пост и передать правление тому, чья репутация в глазах Создателя была более безупречной.
Энрике тоже выглядел озабоченным, но всё-таки успел выделить для себя выгодное. Отпуская от себя сестру на время, чтобы та отдохнула, обнял и шепнул: