Страница 56 из 122
И пошёл себе дальше, не обращая внимания на подопечных, жалобно сверлящих взглядами его спину.
Айе-Алисии достался пост Тэлль, возле лестницы на третьем этаже, а в нескольких метрах встала Ива. Сегодня нужно было держать ухо востро, может быть, ночью раскроется причина слёз бедняжки Тэлль.
— По-моему, вы накручиваете себя. Просто она устала и не выдержала бессонницы, — к репликам прислушалась Космин, девушка из восточных земель. Здесь, на третьем этаже, можно было безбоязненно негромко переговариваться, тогда как на четвёртом хранили молчание, а ведь перебдеть ночь в тишине тяжелее.
Посплетничали немного о том, где разместили мастера Тео. Оказалось, что не с ратниками, как думали алазонки. Поскольку не успели приготовить на третьем этаже, ему отвели комнату недалеко от королевской, где аппартаменты всегда были ухожены, камин подготовлен, постель просушена.
Разговор отвлекал от прохлады и плохо высушенных волос. Ива клялась отполовинить их длину прямо сейчас, если те не высохнут немедленно.
— Поколдуй: “Волосы, волосы, попрошу в полголоса...”, — пошутила Космин. — А ещё вернее — соблазни одного из двух мастеров, и место для просушки тебе обеспечено.
Девушки посмеялись, и Айя внезапно шикнула, отлипая от стены и вытягиваясь — сверху послышался сначала кашель стоявшей площадкой выше Паулы, а потом шлёпающая поступь — хлоп, хлоп... По лестнице спускался, перекинув через руку простынь, в будничной одежде крестьянина-земледельца Тео-мастер.
Он кивнул встретившимся на пути девушкам, промолчал на возглас Ивы из темноты: “Мы рады вашему возвращению, мастер!” — и, сопровождая каждый свой шаг деревянными подошвами купальной обуви, исчез внизу.
Алисия с облегчением выдохнула:
— Эй, давайте потише!
Мастер Сергий ясно дал понять — болтовня наказуема.
Медленно время приблизилось к часу совы — одиннадцатому. Где-то внизу послышался мужской смех, говор и выкрики. Из купальни возвращались ратники.
— Я надеюсь, они не полезут к нам... — вполголоса произнесла Ива, точно так же прислушиваясь, но Айя кашлянула, обрывая разговоры. Приближался уже узнаваемый звук шлёпанья.
Мимо Айи медленно поднимался мастер Тео. На этот раз через его руку была перекинута снятая одежда, а он сам, обернув бёдра простыней и повесив “хвост” через плечо, словно так и делалось всегда, зевал и лохматил мокрые волосы. От его нагретого в купальне тела в прохладном коридоре вился едва заметный пар.
Он помянул бездну, когда поравнялся с Алисией:
— Кто вас сюда ставить? Почему не на королевский этаж? — возмутился так, словно не ожидая встретить кого-либо на своём пути.
— Мастер Сергий, мастер-Тео! — отчеканила Айя. В отблесках факела, воткнутого в держатель на середине пролёта, отлично просматривалась обнажённая фигура мастера и дешёвый деревянный кулон, болтающийся на простой верёвке.
— Охранять свои комнаты? Умное решение! — пробормотал он и ... свернул направо, едва ступил на третий этаж.
Прошла минута. Послышалась возня ключом и опять ругательство.
— Ваши аппартаменты на четвёртом, мастер! — из глубины коридора гаркнул бодрый, голос Фэедры.
— Сам знать! Перепутал этажи! — буркнул мастер, возвращаясь. И, поднимаясь по лестницам, громко сказал, так, чтобы его услышали. — Через десять минут сбор! Все из комнат тоже!
Замечания в адрес прысканья дозорных не последовали.
— О боги, я ни одного мужчину не видела так близко голым! — Космин облокотилась рукой на плечо Ивы, будто умирая от переизбытка чувств.
— Он не был голым, — обрезала Айя, рассеянно ощупывая невысохший кончик косы.
— Как будто для тебя его простыня не зад обтягивала, — Космин не согласилась, и алазонки тихо засмеялись. — Но каков, а? Кстати, а мастерам можно жениться?
Молодой мастер слово сдержал — через десять минут был одет в чистую одежду мастера, а не крестьянина. Девушек, включая тех, кто собрался спать, построили в коридоре четвёртого этажа, и при этом присутствовала Самар-эве, а после показались любопытные фаворит и помощник Рифелура — Сергий.
— Опасности снизу в наш случай быть не может, — осматривая строй девиц, объяснял строго мастер Тео. И ткнул пальцем вниз: — Там целый отуз здоровые мужики. Ваша задача — охранять королеву, а не свои спальни с нижнее бельё! Рассредоточиться каждые двадцать метры по одной, на защиту с воздуха от возможное нападение — семь человек.
Он прошёлся вдоль строя, осматривая каждую:
— Первое. На коридор хватит трое. Каждый час передавать дозор одному, чтобы не застояться. Чья очередь — тот ходить наверх и вниз до второй этаж, чтобы успеть предупредить остальных. Если дозорный не вернуться, поднимать тревога, звать меня!.. Второе. Наверху холодно, поэтому надеть плащи и теплый вещи. Каждые пять часов смена дозора. Второй смене после завтрака отменить первая тренировка, дать отдых три часа. Третье. С завтрашний день будет четыре тренировки и дежурство. Последний слово. В дозоре каждый ночь первая смена — одна из комнаты, во второй — другая.
Последнее распоряжение было не совсем понятно, в том числе для Самар-эве. Мастер-Тео, поморщившись, объяснил: девиц расселили не для того, чтобы пары были друг с другом круглосуточно, не для крепкой дружбы, а чтобы можно было отдохнуть в тишине, пока одна из них на службе.
Казалось, молодой мастер предусмотрел если не всё, то многое. И, конечно, Алисия была рада больше остальных. Теперь появилась возможность исчезать хотя бы на четыре часа с Острова.
Итак, с появлением ученика ректора родилась надежда, будто наступаёт упорядоченная жизнь. Почему разрешили ему экспериментировать, для Алисии осталось загадкой. Никто — ни Самар-эве, ни мастер Сергий, ни даже сама королева — не противоречили. Возможно, уверенность мастера, выражаемая через речь с ошибками, загипнотизировала. А пока осмысливали им сказанное, дело было сделано: алазонок перетусовали; по одной, в том числе Айю, отправили этой ночью отдыхать, но среди оставленных были и те, кто уже дежурил прошлой ночью.
Неожиданно Самар-эве обратилась к Тео-мастеру с просьбой дать отдохнуть бывшим дозорным, мол, сегодня на четвёртом этаже и сам Тео, и мастер Сергий, и младший Советник — как-нибудь мужчины справятся, а случись что важное, то тогда поднимут по тревоге остальных.
— Да будет так, — согласился мастер Тео.
Уходя, Алисия мельком заметила злобное выражение лица наследника Рифелура-эве. Кажется, сегодня у кого-то забрали власть. “А он, мастер-Тео, и в самом деле, оставляет неизгладимое впечатление, — задёргивая занавеску на алькове, думала Алисия. — Откуда у безродного столько самоуверенности? Неужели влияние того хитроумного ректора?.. Может быть... И тело такое...”
Она вздохнула, расслабляясь. Уж это тело она-то успела рассмотреть ещё в прошлый раз, во всей красе. И даже узнать, какими нежными и одновременно сильными могут быть руки и губы безродного мастера.
“Не думай о нём! Нашла о ком мечтать!” — одёрнула она себя и заставила переключиться на мысли о таинственном принце Арженти. Только эта загадочная персона в данный момент привлекала к себе больше внимания, чем мастер-Тео.
“А не попробовать ли послать ему зов? Хотя бы голос его услышать...” — последнее, о чём подумала Алисия, согреваясь и засыпая. Не о бедной Иве, несущей дозор на четвёртом этаже. Не о брате, где-то сейчас летящем или строящем портал. О том, о ком мечтала в далёком детстве, и вдруг сказка воплотилась в реальность, да ещё как!..
Постепенно в замке устанавливалась тишина. Стража внизу, во дворе, выставила свой дозор. Наверху прислонились к каменным выступам женские фигуры — дозор алазонский. Ива, которой теперь не с кем было разговаривать, начала чувствовать сонную слабость. Чтобы прогнать дрёму, девушка поприседала, размяла затёкшие плечи. Но где-то стукнула дверь, и алазонка замерла, прикипая спиной к стене, как велела Самар-эве. Алазонский дозор должен быть незаметен и скор на защиту — вот главное его правило.
По коридору плыла сама королева, не замечая или не желая замечать своих охранниц, две из которых стояли слишком далеко, чтобы различить движение, слитное с тенью. Королева подплыла к комнате мастера-Тео, сделала пасс рукой, не стучась, и вошла.